Формула «серебряной экономики» пойдет южноуральским предприятиям на пользу

По данным переписи населения 2010 года, средний возраст жителей региона составлял на тот момент 39 лет, по переписи 2002 года — 37,6 лет. За этот период времени население Челябинской области постарело на 1,4 года. Поэтому в публичное поле вынесли вопрос о так называемой серебряной экономике.

Средний возраст южноуральцев к 2020 году должен вырасти на 5 лет с 69 до 74 лет. При том, что число жителей, по прогнозам, останется на том же самом уровне — около 3,5 миллиона человек. Эксперты считают, что изобретать велосипед, поддерживая трудоспособность населения, не надо. Есть смысл обратиться к забытой советской практике наставничества на производствах и закреплять пожилых людей за молодежью, которая получила образование, а наработать практику пока не успела.

В плюсе будет и пенсионер (предоставляется возможность реализовать главную потребность — передать опыт, а также заработать прибавку к пенсии), и работодатель (не надо будет тратиться на переобучение молодых кадров и открывать новые рабочие места для контролеров), и даже государство (не одинокий человек ведет себя в обществе совершенно иначе). «ЮП» провела круглый стол по проблемам «серебряной экономики».

Сто очков за опыт

Вера Трофимова, заместитель начальника ГУ по труду и занятости Челябинской области:

— У нас численность пенсионеров ежегодно увеличивается примерно на 10 тысяч человек. Причем увеличение это идет по возрасту (не буду говорить, что по старости, потому что старость — понятие относительное). При этом растет число работающих пенсионеров. Но уже не на 10, а на 20 тысяч. Думаю, процесс продолжится. Горбачева много ругали, но меры, предпринятые в 1985 году, были беспрецедентными: такой всплеск рождаемости даже сложно было представить. Комплексная застройка, новые детсады, школы, новые микрорайоны… Но такие меры эффективны где то ближайшие лет пять. Потом их надо усиливать. Занятых у нас где то 1 миллион 740 человек (сюда входят все — от общественников до церковнослужителей), то на предприятиях и организациях у нас примерно 1 миллион 100 человек. Работающих пенсионеров — около 900 тысяч. Почти каждый девятый — это работающий пенсионер. Естественно, надо что то с этим делать.

Как государство будет подталкивать работодателя сохранять в штате пенсионеров? Пока нет каких то мер — квота для инвалидов и тому подобного. Но нет и необходимости, потому что за квалифицированные кадры любого возраста работодатель держится. Взять, к примеру, профессию сметчика: здесь не надо иметь физических сил — надо иметь опыт. Вместе с тем, государство понимает, что проблема есть. С прошлого года мы получили право обучать пенсионеров бесплатно, чтобы повысить их квалификацию. Пенсионер теперь имеет возможность даже поменять рабочее место или профессию. В первом квартале направили на обучение уже 50 человек, и постоянно выходим с предложениями.

Все лучшее детям

Михаил Нуждин, первый заместитель председателя Челябинского областного совета ветеранов:

— Не знаю, откуда взялась цифра 900 тысяч работающих пенсионеров в Челябинской области, у нас по статистике минсоца и ПФР 1 миллион 100 тысяч пенсионеров. Работающих — 395 тысяч. Это прихоть или необходимость? С этих позиций и надо рассматривать вопрос. Почему работают эти люди? Средняя пенсия — 10 тысяч, причем почти 90 тысяч пенсионеров получают выплаты ниже прожиточного минимума. Люди пенсионного возраста сильнее других держатся за свое рабочее место, потому что первыми рискуют попасть под сокращение. Хотя работодателю пенсионер выгоден: это ограниченная зарплата, отсутствие надобности в переобучении — в такого специалиста уже не надо вкладывать капитал.

Наше поколение с молоком матери впитало, как собирать колоски, как отрабатывать трудодень, как помогать в огородах. Сегодня этого нет. Детей учили труду даже в детсадах — сажать, поливать деревья… Поэтому говоря о подготовке достойной смены рабочего класса, мы должны признать, что потеряли систему профориентации молодежи. Положительный пример здесь разве что ММК, сохранивший систему шефства над школами. Идет профориентация: школа, техучилище, колледж — по крайней мере, сохранилась модель подготовки кадров.

Хотим мы или не хотим, ностальгия это или не ностальгия, но без практики наставничества предприятиям сегодня тяжелее работать. Сегодня профтехучилищ как таковых практически не осталось — и для промышленной базы, и для сельскохозяйственной. После того, что сделал Шатилин в Магнитогорске в 60-х годах, получив звание Героя Соцтруда, наставничество пошло по всей России. Сегодня мы робко начинаем возрождать эту форму взаимоотношений на предприятиях. В конце концов есть трудовые династии, которые тоже могут послужить достойным примером молодежи. Но системы то нет. Нет рабочего человека на телевидении. Нет героики труда.

Есть и еще одна проблема. В Китае дети, согласно законодательству, берут на содержание своих родителей. А в наших домах-интернатах в дни, когда пожилые люди получают пенсию, дети приезжают на «Мерседесах» и забирают деньги. Подобную картину сам лично наблюдал в Бредах: тихо, спокойно, все идет своим чередом… А мне говорят: приезжайте к нам через три дня — увидите, что здесь будет… Ровно через три дня вся парковка была заставлена иномарками. Да, в развитие медицины сегодня вкладывают миллиарды, но рядовой человек — бабушка, дедушка — не чувствует этой отдачи.

Нематериальный мотив

Ольга Лиховидько, заместитель председателя правления челябинской общественной организации Общество «Знание»:

— Люди пенсионного возраста сейчас активно обучаются компьютерной грамотности, и могут даже поменять профессию. Пожилые люди находят, например, работу бухгалтера. Одна женщина вообще у нас занялась сетевым маркетингом. Это помогает пенсионерам чувствовать себя нужными. «Серебряная экономика» ведь строится не только на необходимости работать и выживать, но и на необходимости чувствовать свою востребованность в обществе. Многие пожилые люди очень активны, они не могут сидеть часами на лавочке и обсуждать соседей. Хочется деятельности и лучше всего — профессиональной. Причем многие ведь готовы охотно делиться опытом.

Взять тот же западный опыт — там специалисты высокого класса бесплатно рассказывают молодежи о том, как правильно работать. В той же банковской сфере, не говоря уже о рабочих специальностях, которые без наставничества в принципе неполноценны. Если бы в России подобную систему поставить на поток — по аналогии с бизнес-тренингами, только без материальной подоплеки — вы представляете, сколько бы пенсионеров откликнулось?! У пожилого человека денежная мотивация есть, но она не главенствующая. Первостепенная задача — передать опыт: не хочется, чтобы он пропадал.

Дотянуть до уровня

Татьяна Калинина, декан экономического факультета ЧелГУ, кандидат экономических наук:

— Изначально искать новую точку роста в «серебряной экономике» стали французские экономисты. Во-первых, пенсионеры — это большой пласт людей, которые предъявляют совершенно другие требования к продуктам, в отличие от молодежи и людей среднего возраста. Например, подвинутые гаджеты пожилому человеку не нужны, поэтому производители получают здесь особую нишу и могут заниматься разработкой новых товаров. Действует даже силиконовая долина, нацеленная на создание изделий именно для пожилых потребителей. Во-вторых, европейские страны характеризуются очень большой социальной нагрузкой на бюджет (содержание домов престарелых).

Но в России ситуация в корне отличается. Уровень доходов нашего пенсионера и европейского просто не сопоставим. Наши пенсионеры вынуждены работать. Именно вынуждены. Большинство пенсионеров работает до 65 лет, а после источник дохода — это пенсия и приусадебное хозяйство. Поэтому я вижу проблему несколько в другом: необходимо повышать качество жизни пенсионеров, совершенствуя систему здравоохранения и социализации. Людям банально не хватает общения. Кроме того, когда пенсионеры живут в одиночку, — это опять же дополнительная нагрузка на бюджет, хотя могли бы помогать родственники.

Что касается рабочих мест для людей пожилого возраста — у нас, к сожалению, тяжело трудоустроить даже молодежь… Работодатель не готов переобучать молодые кадры. Хороший способ нашли в Германии. Сотрудники пенсионного возраста переводятся на другую должность: к их основной должности добавляется приставка «контролер». Зарплата, конечно, становится ниже, но это хороший стимул и для пенсионеров, и для государства (поддержание платежеспособности). Япония пошла по совершенно другому пути. Достаточно сказать, что уровень доходов пенсионеров там очень высокий.

Средняя продолжительность жизни — это, конечно, хороший показатель. Но ведь можно жить, а можно доживать…

Подготовила Инга Зайцева