Рынок труда Челябинской области вскоре столкнется с новой волной увольнений

Однако о повторении ситуации 2008 года говорить пока очень преждевременно. В начале октября ООО «ЧТЗ-Уралтрак» уведомил службу занятости о предстоящем сокращении 1700 работников в январе-мае 2014 года. В декабре этого года ОАО ФНЦП «Станкомаш» сведет к нулю численность своих кадров, уволив оставшихся 448 человек.

ОАО «ЗМЗ» пока молчит о своих кадровых планах, однако в региональной службе занятости готовы даже к самому плохому сценарию относительно 4 200 сотрудников метзавода. Руководитель ведомства Владислав Смирнов уверен: рынок труда сейчас чувствует себя настолько хорошо, что существующий спрос на производственников способен выровнять все индикаторы и решить проблему каждой отдельной семьи, которую затронут сокращения.

— Владислав Валентинович, складывается впечатление, что кризис очень серьезен. Возможно, цифры нас разубедят…

— Общее предполагаемое высвобождение рабочих мест в этом году — 4484. Год назад на этот же период (30 октября) цифра ненамного отличалась — 4397. Если говорить о росте относительно прошлого года — это всего лишь 2 %. В 2011 году высвободилось 4291 место, в 2010-м — 7489.

Причем в те годы, которые официально отнесены к кризисным, еще действовали так называемые дополнительные мероприятия антикризисной направленности, за счет которых показатель снижался. Предприятиям перечислялись деньги на то, чтобы они создавали так называемые временные рабочие места. Без дополнительных мер индикативы были бы значительно хуже.

— Какое число безработных регистрировала служба? Какова ситуация сегодня?

— В 2009 году за девять месяцев было признано безработными по Челябинску 25 272 человека, в 2010 году — 17 970, в 2011-м — 13 256, в 2012-м — 8798 и в этом году (но за 10 месяцев) — 9 997 человек. То есть динамичное снижение напряженности на рынке труда явно налицо. И нет той тенденции, с которой мы столкнулись в 2008-м.

Во-первых, четко была видна граница начала кризиса — отсечка замечена в августе, когда число зарегистрированных безработных достигло порядка 20 000, и при этом больше 40 000 вакансий… Во-вторых, безработица в течение сентября-октября, как и сейчас, не росла. Но за сентябрь и октябрь 2008 года, когда стало понятно, что мы заходим в кризис, банк вакансий сократился с 40 000 до примерно 9 000 (!), то есть, четырехкратно.

— Какова обратная сторона медали рынка труда — количество вакансий? В кризис, в динамике и сейчас?

— Сейчас количество вакансий продолжает только расти, то есть потребность у работодателя по замещению вакантных мест сохраняется. Это бизнес. Работодатель вынужден принимать людей, пока он видит, что может зарабатывать деньги. А сейчас для сравнения: что такое кризисный показатель и тот, который существует на сегодняшний день. Общая цифра по банку вакансий в Челябинске в 2009 году (на октябрь-ноябрь) равнялась 5 100, в 2010-м — 14 200, в 2011-м — 17 700, в 2012-м — 19 600 вакансий и 33 000 — на конец года. Сегодня это — 31 458 вакансий. То есть разница между самыми кризисными показателями — в шесть раз. Общее количество вакансий, которое будет заявлено в службу занятости по региону за 2013 год, оценивается в 175-180 тысяч за год (в прошлом году — 171 500, за 2011-й — 173 600, но 2011 год — это период очень мощного выхода из кризиса и, как следствие, активности работодателя).

И мы не видим тенденцию к снижению. Кроме той, которая из года в год носит сезонный характер в независимости от кризисных явлений, которые «поглощают» этот индикатор. Если мы хорошо просматриваем сезонные перепады — это знак того, что рынок труда «отчистился» от тенденции на повышение уровня безработицы.

Немаловажный показатель также — это число обратившихся по поводу поиска работы. По Челябинску в 2009 году за девять месяцев обратилось 16 800 человек. В 2010-м — уже 10 400. В 2011-м — 7 150. В 2012-м — 5 500. Текущая цифра пока не определена, но она как минимум совпадает с уровнем прошлого года. А возможно, и ниже.

— Какие предприятия могут исказить все вышеназванные показатели? И могут ли вообще?

— Порядка 1000 человек сократил с начала года «Станкомаш». И никак эта «1000», как мы и ожидали, не исказила показатели: безработица как снижалась, так и продолжает снижаться. Теперь ситуация там практически на завершающей стадии, и мы понимаем, как она будет дальше развиваться. Поэтому смело могу заверить: никаких проблем по изменению обстановки на локальном рынке труда по Челябинску эта ситуация не привнесла и не привнесет.

Теперь 1700 человек «появилось» на ЧТЗ. Даже увольнение одного человека — не важно из какой сферы — это персонифицированная проблема, которую надо конкретно решать. При этом желательно понимать, какими компетенциями обладает человек, и как их эффективно применить на рынке.

Наконец, назревшая проблема по ЗМЗ. Когда то это было градообразующее предприятие с численностью работников более 12 000 человек, на 2000 год — было уже примерно 10 200 человек. А сегодня там работает 4 200 сотрудников… Там ситуация будет раскручиваться по достаточно длинной схеме. Самый главный вопрос — на каких условиях предприятие сменит собственника. Сейчас решаются чисто финансовые моменты, и, поверьте, уволить народ в этой ситуации никому не выгодно. Голые станки ничего не стоят, если рядом с «железом» нет высококвалифицированного работника. А если уволить специалиста он через полгода-год потеряет квалификацию, которую восстановить будет очень сложно. Все это прекрасно понимают. Поэтому вопрос в том, какую модель выхода предприятия из кризиса выберет собственник, когда зайдет на площадку. Допустим, это может быть создание нового юридического лица на базе имеющихся мощностей. Но сокращение сотрудников тоже вероятно, и мы это понимаем.

Сказать, что какое то еще региональное предприятие стремительно падает, на данный момент нельзя.

— Иными словами, «падают» машиностроение и металлургия?

— Совершенно некорректно преломлять проблемы на отдельных предприятиях на целые отрасли. Рынок труда всегда характеризует общая картина, и это не касается отдельных отраслей, например, машиностроения и металлургии. Расклад тут вообще то простой: есть отдельные предприятия, испытывающие проблемы, но это все — увязанные между собой вещи. Есть так называемый эффект «домино». «Упали» мировые рынки, через какое то время стали «падать» наши — те, которые наиболее плотно связаны со сбытом своей продукции и услуг на мировых рынках. Затем — смежники, в итоге, рано или поздно начнет падать уровень доходов населения и, как следствие, — розничная и оптовая торговля. А раз так — значит, «упадет» и транспорт во всех его проявлениях. Это нарастающие явления, поэтому мониторить ситуацию надо в целом, а не только по отраслям. Ни в машиностроении, ни в металлургии кризисных явлений пока нет. Есть отдельные предприятия, которые однозначно находятся в кризисе, и этого никто не отрицает.

— Сможет ли рынок труда урегулировать проблемы этих предприятий, чтобы они не «потянули» за собой всю региональную экономику?

— Даже если на ЧТЗ сразу будут уволены все 1700 человек (они предполагают, что сокращения начнутся с середины января и до июня 2014 года), эта цифра никак не отразится на челябинском рынке труда, испытывающем дефицит высококвалифицированных кадров в производственной сфере. И спрос на таких специалистов растет. Всего лишь за неделю при снижении уровня безработицы служба занятости уже на протяжении двух лет регистрирует в регионе от 1000 до 1500 человек! Грубо говоря, ЧТЗ, возможно, уволит в течение 4,5 месяца столько людей, сколько мы сможем трудоустроить в течение десяти дней… Кроме того, под сокращение попадет большое число пенсионеров, то есть люди в любом случае не останутся без доходов. Но мы по ним также будем работать — вплоть до переобучения и получения новых профессий за счет государства.

Что касается ЗМЗ, даже если ситуация будет развиваться по самому худшему сценарию, срок нашей работы при сложившейся конъюнктуре на рынке труда не превысит шести месяцев. Если вдруг — но это вряд ли — в Златоусте одновременно без работы окажутся 4200 человек, мы об этом узнаем минимум за три месяца (это требование федерального закона с наказанием за неисполнение), после чего сразу же будет плотно выстроена работа с администрацией. Сейчас же — это пока латентный кризис, который ограничен забором предприятия.

Второй момент. Да, предприятие раньше было градообразующим. Сейчас уже нет, поэтому у нас есть время отыграться. И особо высококлассные специалисты смогут трудоустроиться сами, без помощи государства. С большой долей вероятности и с большим удовольствием предприятия заберут их в другие города, а возможно, и регионы, и помогут решить квартирный вопрос. Люди, которые там работают, — профессионалы, востребованные на рынке труда.

— Чего в таком случае стоит опасаться рынку труда?

— Даже если представить, что три крупных торговых центра в Челябинске сократят весь персонал — а это сфера торговли, где тяжелее найти вакансию — думаю, и то бы ситуация не изменилась в худшую сторону. Тем более, когда сокращения происходят в такой кадроводефицитной сфере, как производство, в городе-миллионнике не проблема найти новые рабочие места. Это будет всего лишь перераспределение сил — возможно, в рамках реализующихся инвестпроектов. Например, на площадки «Станкомаша» уже зашло ЗАО «Конар» (производитель деталей трубопроводов. — Прим. ред.), которое изначально планировало создать порядка 70 рабочих мест, а сейчас возникла потребность уже в 250 сотрудниках.

Начали реализовываться в части открытия рабочего места и другие проекты, которые губернатор «завел» в 2010--2011 годах. Сейчас они нацелены на подбор персонала. И этот момент в сложившихся условиях ощутимо начинает работать. Это, например, Михеевский и Томинский ГОКи.

Я даже предполагаю, что службе занятости будет гораздо труднее подобрать квалифицированные кадры под конкретные потребности предприятий, нежели найти людям рабочие места по их специальности — это то как раз не проблема.