Из Третьяковской галереи на Южный Урал вернулись полотна русской живописи

4 Сентября 2008 Автор: Моргулес Ирина Израилевна

Вчера в залах второго этажа областного музея искусств перед участниками вернисажа предстали те шестьдесят восемь полотен русской живописи, что в июне отправились в Москву в рамках программы «Золотая карта России» и заняли свое место в Инженерном корпусе Государственной Третьяковской галереи.

Вчера в залах второго этажа областного музея искусств перед участниками вернисажа предстали те шестьдесят восемь полотен русской живописи, что в июне отправились в Москву в рамках программы «Золотая карта России» и заняли свое место в Инженерном корпусе Государственной Третьяковской галереи. «ЮП» подробно рассказывала о подготовке отобранных специалистами галереи картин к переезду, открытии экспозиции в Москве. И вот московские гастроли завершены: 68 картин, включая 22 живописные и графические работы Николая Русакова (особый раздел выставки), вернулись домой. О поездке, ее результатах мы говорим с директором музея Станиславом ТКАЧЕНКО.

up049.jpg- Сложно воссоздать атмосферу Третьяковки,— говорит Станислав Олегович,— там все работает на особое настроение…

- Как принято сейчас говорить, «намоленные стены»…

— …и сотрудники, и отношение к произведениям искусства… Это действительно храм. И — особая публика. В советское время, как помните, каждый командированный считал должным, приезжая в Москву, побывать в Третьяковской галерее. Наверное, это было хорошо, но сейчас такого нет. Сюда идут люди, которые интересуются искусством, понимают его, ходят смотреть адресно. Есть специалисты или любители, которые интересуются, например, Дмитрием Левицким. Они приходили посмотреть на нашего уникального Левицкого, потому что автопортрет этого художника существует лишь единственный…

- И он почему-то находится в Челябинске…

— Есть специалисты по Айвазовскому. Конечно, приходили смотреть на нашего Айвазовского…

- Потому что у нас не марина?

— Да, континентальный пейзаж. Интересно, что в самой Третьяковке хранится вариант «Стада баранов», но меньше, хуже. У нас замечательный Маковский — «Друзья-приятели», тоже один из вариантов картины. Но, видимо, Маковский ее не завершил, и в этой незавершенности проявились свой воздух, свое обаяние, нет залакированности. Приходили посмотреть русский авангард, в частности, Веру Пестель. Тема русского авангарда, тем более его амазонок, на слуху в выставках, проектах, изданиях…

- Это «Портрет Татлина с бандурой»?

— Да. Сама Вера Пестель в двадцатые годы обратилась к реализму, стала менее интересной, прожила долгую сложную жизнь. Приходили, смотрели на раннего Александра Родченко — «Портрет Николая Русакова» и на автопортрет самого Русакова. Кстати, среди экспонатов той самой отдельной выставки Русакова есть выставлявшаяся в середине тридцатых годов в Третьяковке картина. Ее название укладывается даже в нынешний постмодернистский контекст: «Махарба, звеньевая сложной молотилки колхоза имени Кагановича».

- Наверное, это вызвало в Москве особый интерес.

— Да. Вообще Третьяковка сейчас занимается художниками так называемого второго-третьего ряда. С нами там много говорили о возможности отдельной выставки Николая Русакова в филиале, открывшемся недавно рядом в переулке. Они там показывают малоизвестных, незаслуженно забытых художников, которые неплохи. В эту когорту можно внести и Николая Кузнецова. Наш музей обладает большим собранием его работ. Это московский живописец, участник объединения «Бубновый валет». Его замечательный французский натюрморт на обложке нашего каталога — настоящая живопись Серебряного века. Мы встречались с владельцем частной московской галереи Александром Цыбиным, который занимается именно Кузнецовым, в его коллекции более ста работ художника. Он готовит монографию по Кузнецову. На открытии выставки Александр Цыбин подарил нам небольшой пейзаж своего любимого художника.

- А вообще-то выставка вызывала интерес?

— Десять тысяч посетителей в летнее время неплохо для выставки провинциального музея. Очень понравился каталог, выпущенный нами к гастролям в Третьяковке. Его раскупили в первую неделю. Полноцветное шикарное издание. Те, кто посетят выставку в Челябинске, смогут его приобрести. Это, наверное, лучшее издание, что музей смог выпустить за всю свою историю,— практически монография.

- Вообще, благодаря проекту «Золотая карта России» музей обрел в стенах ГТГ поистине драгоценный опыт работы столичного и международного уровня и, что было просто необходимо, обзавелся новым оборудованием.

— Да, благодаря «Золотой карте» мы, например, приобрели оборудование для нашего реставратора: станки для изготовления рам, реставрации мебели.

- Багетное дело сложное, затратное.

— Очень затратное. Исторические рамы, представляющие художественную ценность, мы реставрировали, к некоторым картинам просто сделали новые. Сейчас у нас два реставратора: опытный Вадим Чернышев и молодой Виктор Чичиланов, он у нас недавно. Полгода они готовили наши картины к экспозиции в Третьяковской галерее. Кроме того, у нас теперь есть контейнеры для перевозки произведений искусства. С виду — просто ящики, но это специальная фанера, обивка, уплотнители, влагоустойчивые наполнители, герметичная упаковка, закупорка… Когда привезли ящики в Третьяковку, они стояли чуть не на центральной лестнице, сотрудники московского музея говорили: «У нас таких нет». А изготовил эту тару Челябинский завод театрального оборудования. Вообще, все, кто работал с нами, делали это не просто профессионально и старательно, но с душой. Это и железнодорожники (в Москву и обратно картины доставлены фирменным поездом «Южный Урал»), и сотрудники Управления внутренних дел, с автоматами в руках сопровождавшие бесценный груз… А уж о наших сотрудниках и говорить нечего. У нас ведь работают в основном женщины, музей наш довольно небольшой, не сравнить, скажем, с Саратовским да и многими другими провинциальными галереями, штат маленький. И вот вся подготовка экспонатов, упаковка — все было сделано нашими сотрудниками. Я бы особенно отметил вклад ведущего научного сотрудника Галины Трифоновой, главного хранителя музея Сергея Шабалина, ведущего специалиста Константина Сидорова. Но и остальные хорошо поработали.

- Они хоть смогли увидеть результаты своего труда в Москве?

— Не все, к сожалению. Но если во время экспозиции в рамках «Золотой карты России» из других музеев приезжали с выставками по два, максимум три сотрудника, то нам удалось сделать так, что в Москве побывали в ходе этих двух месяцев семь наших специалистов.

Для музейного работника побывать в Москве, в столичных музеях, пообщаться с коллегами дорогого стоит. Это школа прежде всего.

А вообще нашего участия в «Золотой карте России» не было бы без деятельного участия правительства области и лично губернатора Петра Ивановича Сумина.

- Вам хорошо было в стенах прославленного московского музея?

— Нас приняли душевно. Не было и тени столичного снобизма. Мы видели желание помочь и ощутили эту помощь. Особенно хочется сказать о Нине Глебовне Дивовой, инициатору и куратору проекта «Золотая карта России», за который она удостоена Государственной премии РФ. Это человек, выросший в Третьяковке (она пришла туда совсем юной). Благодаря ей, в первую очередь, провинциальные музеи России смогли показать свои сокровища, выйти практически на мировой уровень.

- Это как?

— Ну, например, Третьяковка издает справочник эталонных произведений. И туда взяты три наши картины.

- А что это такое — эталонные произведения?

— Это произведения, авторство которых не подлежит сомнению. Делаются рентгеновское, радиоизотопное исследования, химическое исследование красочного состава, определяются характер и глубина мазка, сила удара кисти… Есть целый ряд параметров, по которым определяется авторство. Результаты исследований служат ориентирами для искусствоведов и других специалистов при определении подлинности или авторства произведений. У нас для таких исследований были взяты натюрморт Николая Кузнецова, «Портрет Татлина…» Веры Пестель и портрет Николая Русакова работы Александра Родченко.

- И опять авангард…

— Да, именно русский авангард интересен и Москве, и Парижу, и Берлину, и Токио. Например, именно на Родченко и Пестель приезжал посмотреть Жан-Клод Маркаде — профессор Сорбонны, ведущий специалист по русскому авангарду. Он планирует выставку Родченко и, будучи в Екатеринбурге, специально за-ехал в Челябинск, взглянуть на раннего Родченко. А работа Веры Пестель была в 2005 году на выставке в Брюсселе. Это два художника мирового значения из нашей коллекции.

- У вас решетки на окнах крепкие?

— Крепкие.

- Теперь эту коллекцию вы сделаете постоянной экспозицией?

— Да, у нас тут больше шла речь об авангарде, но ведь то, что было вообще отобрано для Третьяковки,— это лучшее, что есть у нас из русского искусства XVIII–XX веков. А сколько еще ждет своей очереди на внимание зрителей! Зарубежное искусство, работы уральских художников (их у нас много, и очень хороших), советское искусство… Увидит ли когда-нибудь посетитель нашего музея знаменитую картину Кукрыниксов «Подписание акта о капитуляции гитлеровской Германии?» Ее размер — три метра!

Много чего есть…

- А залы на площади Революции? Там заканчивается ремонт. Говорят, получаются очень красивые и удобные помещения.

— Часть залов будет отдана изделиям художественных промыслов Урала (чугунное литье, гравюра по стали, камнерезное искусство). А основные залы -выставкам, организованным нами, или привозным. Но это все же очень мало для того, чтобы хоть время от времени вынимать из запасников то, что мы имеем…

Третьяковская галерея для каждой выставки в рамках «Золотой карты России» выбирает даже особый, выгодно оттеняющий именно эту коллекцию фон, на котором привезенные картины будут экспонироваться. Для челябинской вы-ставки был подобран благородный оттенок синего… Все имеет значение.

Вчера Третьяковская выставка (можно теперь ее так назвать) предстала перед челябинцами. Бывший пассаж братьев Яушевых — одно из уцелевших в нашем городе зданий с историческим колоритом — прекрасный образец модерна начала XX века. Особняк многое успел повидать на своем веку (не в переносном, а в прямом смысле слова век — построен в 1913 году). Я, например, помню его как Дом пионеров, ходила сюда заниматься в кружке, кстати — рисования. В конце сороковых-начале пятидесятых это было.

По этим залам бродят свои тени. А о не намоленности стен… Что-то уже есть, а о чем-то надо позаботиться нам с вами. Как? Приходить и смотреть. Испытывать чувства, прислушиваться к ним…

Вчера | 10:35
Нина Дашевская: «Я пишу просто для людей»

С 4 по 5 октября в Челябинске при поддержке медиахолдинга «Гранада Пресс» пройдет главное литературное событие осени — «Южно-Уральская книжная ярмарка-2019». В программе: книжные новинки, творческие мастер-классы, лектории и встречи с популярными писателями. Один из хедлайнеров мероприятия — писатель Нина Дашевская.

17.09.2019 | 10:14
На Южном Урале вышел в свет нагайбакский словарь пословиц и поговорок

В свои 84 года нагайбакская учительница составляет третий словарь.

25.03.2015 | 13:11
Запрещенная пьеса. На сцене златоустовского «Омнибуса»

У молодого, но уже довольно известного писателя был рассказ «Осенью». Два года он пролежал в столе, но потом автор, пробовавший себя в драматургии, решил переделать рассказ для сцены, а переделав, представил его, как и было положено, в цензуру.

06.03.2015 | 11:55
«CHELoBEK ТЕАТРА» — это звучит…

На фестиваль, созванный НХТ, съехались театры России и зарубежья

Новости   
Спецпроекты