Суровый Сирано

На сцене остов самолета времен начала авиации, вполне современные ящики для снарядов, огнестрельное оружие, более серьезное, чем мушкеты. На «гвардейцах-гасконцах» не шляпы с перьями, не кружевные воротники и манжеты, не ботфорты, а кожаные куртки, галифе цвета хаки, гетры, тупоносые солдатские ботинки. Вообще-то действие пьесы Эдмона Ростана «Сирано де Бержерак» происходит в мушкетерские времена…

Мужской мир
 

Перенос действия в другие времена персонажей классических, порой всемирно известных произведений дело вообще-то заурядное, у современных зрителей, как правило, недоумения не вызывающее. Вопрос лишь, во имя чего это сделано, насколько оправдано.

Если вдуматься в даты жизни Эдмона Ростана, то заметим, что пьеса «Сирано де Бержерак» увидела свет рампы в 1897 году, а годом позже уже была поставлена в России в переводе Татьяны Щепкиной-Куперник. То есть в жизни французский драматург-романтик был гораздо ближе к двадцатому веку, чем к годам жизни реального поэта и драматурга С. Сирано де Бержерака. Ростану довелось и во время Первой мировой войны жить, так что теоретически он мог видеть уходящих на фронт бойцов в кожаных «летчицких» куртках, галифе, гетрах, офицерских высоких фуражках, которые позже назовут «деголевками».

А на сцене этот суровый мужской мир был тоже романтичным, но веяло другой романтикой, более близкой нам по времени. Вспоминались герои книг Хемингуэя, Ремарка, Олдингтона, Барбюса, Экзюпери… Страх и его преодоление, дружба, чувство собственного достоинства, любовь, мужество, честь, долг, самоотверженность — это легло на ростановский поэтический текст так плотно, будто одно исходило из другого.

Театр понимал, что изящный, легкий классический перевод Татьяны Щепкиной-Куперник для сурового мира, создаваемого им на сцене, вряд ли будет точен. Взят более жесткий современный перевод Елены Баевской.
Мужской мир спектакля театра «Наш дом» не такой залихватски жизнерадостный, как мы привыкли видеть в многочисленных постановках «Сирано…», и все же обаятелен и необычно достоверен. Трагический финал при таком прочтении пьесы ожидаем.

Преображение поэта

Теперь о Сирано. Если нет артиста, способного повести за собой спектакль, заставив зрителей полюбить себя, нечего и браться за постановку. В «Нашем доме» такой артист есть. Причем, который нужен именно этому спектаклю, что задумали и осуществили режиссер-постановщик Дмитрий Михайлов и художник-постановщик, лауреат национальной театральной премии «Золотая маска» Сергей Александров.

У Евгения Гуралевича Сирано не красавец и не урод. Он просто обычный мужчина средних лет, крепкий, легкий в движениях, но уже слегка лысеющий. Проблема «носа» решена просто: в начале спектакля и конце его лицо Сирано полуприкрыто карнавальной маской типа венецианской — с длинным носом. И все.

Такой Сирано, что в спектакле, о котором идет речь, сдержан в выражении чувств. Он проявляется в действии: в том, что любя Роксану, отдает голос своей любви юному славному мальчику, любимому Роксаной, любящему ее, но не способному найти слова для выражения этой любви. В том, как дважды в день проходит туда и обратно через вражеские позиции, чтобы переслать Роксане им написанные письма якобы от своего соперника, чтобы та не волновалась, в том, как смел и в бою, и в мирное время, когда у него тоже немало врагов…

Отказавшись от своей любви, Сирано Евгения Гуралевича многое же и обретает. Сложная гамма чувств делает из бретера, забияки стойкого мужественного человека, крупную личность. Из дилетанта, блестяще владеющего техникой стихосложения, изящно импровизирующего, он вырастает в большого поэта, философа, чьи стихи богаты мыслями и чувством.

В принципе, для успеха пьесы Ростана, кроме исполнителя роли Сирано, нельзя обойтись без красивого и обаятельного молодого артиста на роль Кристана де Невильета (а он есть — Андрей Сюськин) и тоже красивой и обаятельной молодой актрисы на роль Роксаны (что здесь тоже есть — Ксения Зимбель).

Но в «Нашем доме» нашлось то, что на мой взгляд сделало спектакль выгодно не похожим на большинство его предшественников за более чем столетнюю историю постановок «Сирано…», — полтора десятка хорошо владеющих профессией артистов, создавших на сцене такой образ мужского братства, что дорого стоит.

Замечено, что о «Сирано де Бержераке» театры вспоминают особенно часто, когда становится остро необходимым напоминать о том, что есть такие качества, без которых нельзя жить — мир рухнет: чувство собственного достоинства, любовь, дружба, верность, умение преодолевать страх, мужество, самоотверженность, честь, долг — все то, о чем в этих заметках уже шла речь.

Но повторить не вредно.

Озерск