Почему молодые и перспективные оперные певцы предпочитают учиться в Челябинске, но достигнув высокого уровня остаются не у дел

В первый день весны в немецком городе Карсруэ открывается всемирно известный фестиваль Генделя, где будет представлена музыка великого немецкого композитора и его современников. В фестивале примет участие певец из Челябинска Артем Крутько, обладатель редкого голоса — контратенора. Он приглашен исполнить партию Эустацио в опере Генделя «Ринальдо».

Челябинские меломаны следят за судьбой Артема Крутько, который осенью минувшего года уехал работать в Германию, заключив полуторагодовой контракт с оперным театром Хайдельберга.

Это произошло после поездки певца на прослушивание в Берлин. Сначала Артема пригласили на постановку оратории Генделя «Иеффай» в Боннский оперный театр, где он спел партию Хеймора. Успех был очевиден, после чего певцу предложили поработать в постановке трех опер «Ифигения в Тавриде», «Эхнатон» и «Фаэтон» в Хайдельберге. Так семейство Крутько — Артем, его жена Алена (она профессиональная певица), — и четырехлетний Данилка оказались в Германии.

        Мы связались с Артемом по Интернету и попросили его дать интервью нашей газете.

       — Артем, как вы прижились в Хайдельберге?

      — У нас все отлично, снимаем квартиру в хорошем районе. Рядом находится лесопарковая зона, воздух потрясающий. Так как наш дом находится на возвышенности, вечерами перед нами открывается живописная картина огней Хайдельберга и соседнего Мангейма. Сын с удовольствием ходит в садик, где начинает осваивать первые немецкие слова. Алена периодически дает концерты с органом и конечно занимается воспитанием ребенка.

      — Как тебя принимает немецкая публика?

     — Принимает очень хорошо. После премьерных спектаклей была весьма лестная критика в нескольких газетах и журналах. С первых спектаклей я ощущаю тепло зрителей. Люди подходят после выступлений, благодарят, берут автографы. Узнают в магазинах и говорят комплименты.

       — Артем, как ты попал на фестиваль Генделя в Карсруэ?

       — Это большой и всемирно известный фестиваль Генделя. Туда меня пригласил дирижер, с которым мы работали над оперой Траэтта «Ифигения в Тавриде». Буду петь партию Эустицио в опере Генделя «Ринальдо».

       — Напряженно работаешь? Много учишь?

     — Работы очень много, постоянно нахожусь в процессе изучения новых партий. Но в то же время это очень интересный процесс, потому что каждый раз знакомлюсь и работаю с интересными и талантливыми людьми.

       — Есть ли языковые проблемы?

     — Проблем нет, было бы достаточно времени. Благо меня окружают носители языка и процесс обучения протекает естественным путем. Приходится общаться и понимать. И хотя в школе я изучал немецкий, очень часто выручает английский, который я знаю гораздо лучше.

       — Артем, обозначь перспективы на будущее.

       — Уже идут переговоры с моим агентством о продлении контракта в Хайдельберге на сезоны 2015-2016, но мы еще не решили, останемся ли тут или я буду приезжать на постановки в качестве гостя.

       — Признайся, скучаешь по Челябинску? Возможны ли приезды сюда?

       — Конечно, скучаю и по Челябинску и по нашей публике, с которой сложились теплые отношения и взаимная любовь. Я активно веду переписку с людьми, которые ходили на мои концерты и ждут моего возвращения. Спасибо им огромное за поддержку и желание слушать и видеть меня вновь дома. К сожалению, пока приехать нет возможности — очень плотный график. Но в любом случае, если меня пригласят в Челябинск с концертом, постараюсь найти время и возможность, чтобы порадовать своего зрителя.

        В продолжение темы

        Контратенор — дар божий

     Мы попросили поделиться своими мыслями, пожалуй, самую пристрастную почитательницу таланта Артема Крутько, его педагога, профессора кафедры вокального искусства Челябинской государственной академии культуры и искусств Людмилу Григорьевну Боровик, лауреата международного конкурса в номинации «Мастер—ученик», не раз получавшую благодарственные письма от руководителей музыкальных учреждений, где работают ее воспитанники. Автор множества научных трудов и монографий по вокалу, учебных пособий Людмила Григорьевна занимается еще и творческой деятельностью: недавно она написала шесть романсов на стихи поэтессы Нэлли Ваторопиной и исполнила их на встрече с читателями в библиотеке имени А. С. Пушкина, где ее очень хорошо приняли.

       — Но моя гордость, — говорит она, — ученики, многие из которых стали дипломантами и лауреатами международных конкурсов в России, странах Европы.

       — Людмила Григорьевна, рады за Артема?

     — Артем очень талантливый, я его люблю, хожу всегда на все его выступления, слежу за развитием и до сих пор… учу. Для любого певца очень важно иметь всю жизнь педагога, который беспристрастно, несмотря на любые успехи, будет замечать ошибки, давать советы, — со стороны всегда виднее, точнее, слышнее. Артем невероятно трудолюбив, у него отличная память, он внимает всем советам. И он абсолютно чужд «звездности».

       Артем очень точно чувствует музыку, время. Он «живет» на сцене. Я с ним поддерживаю связь, мы переписываемся.

      — Вы употребили слово «состояться». Об Артеме  очень много писали, «уникальный голос», «удивительный тембр», «редкий по красоте» и так далее. Он — приглашенный солист «Мариинки» и номинант «Золотой маски». За плечами семь лет работы в Челябинском оперном театре. Что стало толчком для «окна в Европу»?

      — На самом деле для контратеноров это очень важно — «окно в Европу». Их голоса — для старинной барочной музыки, которая очень популярна в Западной Европе. Контратенор — дар Божий. И в музыке барочных композиторов много партий для этого голоса. Но уникальные, красивейшие голоса не находят широкого применения в русском оперном искусстве. В основном такие певцы занимаются концертной деятельностью. В Европе эти возможности шире.

       — Когда народный артист России Владимир Хомяков сделал с Артемом первый концерт в органном зале — публика была просто потрясена, а Владимир Викторович признался: «Утащат его скоро, ведь это певец очень высокого уровня». Однако «утащили» не так уж быстро…

        — Артем работал с дирижерами, имеющими мировые имена, но певец не может себя предложить, как бы ни был высок его уровень. Помог его величество случай. На одном из концертов в Чебоксарах его услышал исполнитель, имевший в Голландии своего агента. В результате тот заинтересовался, пригласил Артема на прослушивание и процесс пошел. У нас же продвижением молодых и перспективных певцов просто никто не занимается.

         — Артем — лучший из ваших учеников-контратеноров?

       — Совершенно не соглашусь. Аян Сейткожин, Сергей Ванин, Валерий Якупов, Артем Крутько, — они все разные, но голоса у всех красивые, свежие, яркие. Аян работает в Кургане, — его там ценят. Сергей Ванин недавно победил в вокальном интернет-конкурсе, где в составе жюри были бывший директор театра Ла Скала, Любовь Казарновская, которая с восхищением отозвалась о Сергее: «Он пел блестяще». Сергей вошел в четверку лучших вокалистов и был отобран на конкурс в Испанию. И знаете почему он туда не попал? Не смог оформить визу — оказывается, это очень проблематично сделать в Челябинске.

        Владимир Хомяков и с ним приготовил программу, но объявленный на 24 декабря концерт не состоялся из-за демонтажа органа. Зато Сергея с восторгом слушают в Екатеринбурге, где он сотрудничает с камерным оркестром «Harmoniacaelestis». Он приглашен в марте в Пермь, где исполнит кантату Скарлатти «Stabatmater». Свердловская публика оставляет после его концертов восторженные отзывы: «Сергей Ванин просто бесподобен. Не хуже Альфреда Деллера. А может и лучше. А Альфред Деллер — величина…»

        — Людмила Георгиевна, вас беспокоит судьба учеников?

       — Конечно. Редкие, уникальные голоса, но какие проблемы с трудоустройством! Вот в нашем театре оперы и балета двух из них прослушали, а возьмут ли в штат? Уже несколько месяцев ждем решения руководства. Между тем, в академию приезжают на прослушивание новые голоса. Знают, что у нас учат контратеноров, хотят учиться именно в Челябинске.

        — А в России почему не ставят барочные оперы?

     — Ставят, но редко. Старинные партитуры расшифровать очень сложно — классическая форма записи предполагает использование множества ключей. Поэтому такой работой занимаются мало, в репертуарах театров таких произведений единицы. И вот парадокс: уникальные и очень красивые голоса не могут продемонстрировать публике все свои возможности в полной мере.

       — Все так непросто?

     — Непросто. Однако есть и положительные моменты: в телевизионном вокальном конкурсе «Большая опера» на канале «Культура» впервые победу одержал контратенор. Кстати, туда приглашали и Артема Крутько, но он отказался. В проекте «Голос» тоже имели успех обладатели контратеноров. А ведь всего то несколько лет назад широкая аудитория просто не имела представления о таком пении. Хочется надеяться, что и наши талантливые контратенора будут оценены и востребованы не только за рубежом, но и в России.