Верхнеуфалейский скульптор натянул на «голову» метеорита противогаз

Изобретатель — это не обязательно человек, который имеет дело с наукой. Придумывать, используя технику, можно и арт-объекты. Такой 65-летний художник живет в Верхнем Уфалее. Его зовут Александр Кулешов, и он собирает у себя дома из металлолома предметы причудливой красоты. «ЮП» съездила к техноскульптору.

«Индия — Россия — Дружба»

Фасад стоящего на пересечение двух улиц деревянного дома украшает облезшая елка. Вместо игрушек с нее свисают пластинки, компакт-диски, какие то несуразные детали, которые совершенно не тянут на статус новогодних игрушек. Но это, пожалуй, и выделяет елку среди других нарядных красавиц — креативный подход к оформлению.

«Техно» — ключевое слово в творчестве Александра Кулешова. Можно сказать, основа, суть его творческого метода. Он собирает из металлолома скульптуры, которые потом принимают участие на различных фестивалях и выставках, как на Южном Урале (например, на Бажовке), так и за его пределами. А еще: он неизменно придумывает им остроумные названия.

— Запорожец купил. Думал сделать из него скульптуру «Украина — Россия — Дружба». Но никак руки не доходят. Целый сезон уже простоял. Не знаю, возьмусь ли я когда нибудь за него или нет.

Мы стоим с Александром Ивановичем в захламленном гараже. На улице дикий мороз. В гараже, впрочем, тоже. Я боюсь сделать лишний шаг, чтобы не нарушить местную «идиллию». Кажется, потяни за один предмет, и все остальные попадают за ним следом, рухнув как карточный домик.

— Тяжело мне эти скульптуры даются, — признается художник. — Долго я их делаю. Пока придумаю, что к чему примострячить — неделя или даже месяц может уйти. «Слон на Муравье» у меня, например, полтора месяца занял. Я его на фестиваль «ЛОМ» в Екатеринбург отвез, там он и остался. Теперь его, вроде как, один бизнесмен хочет купить, на дачу себе поставить.

Экспонат, к слову, представляет собой большого розового слона за рулем мотороллера «муравья». Другое название фигуры «Индия — Россия — Дружба». «Интересная, конечно, скульптура получилась, — с гордостью замечает Александр Иванович. — Я когда в Интернете искал картинки по запросу «Индия — Россия — Дружба», в основном вылезали президенты, реактивные истребители всякие. А сейчас набираю — на тебе: вторая и третья картинка — мой «Слон на Муравье».

Для кого то металл — пластилин

Вообще, техноскульптор с Интернетом на «ты». Дома у него стоит старенький компьютер: не бог весть что, конечно, но работает. На нем Александр Иванович мне показывает свои скульптуры, которых у него практически не осталось. Что то потерялось, что то снова пошло на металлолом. Спрашиваю, не жалко ли ему с экспонатами расставаться. «Досадно бывает. Но терять надо уметь», — сдержанно говорит он.

История взаимоотношений художника с техникой и арт-объектами долгая. Как он сам признается, скульптурами он занимается всю жизнь. Вплотную — последние пять-шесть лет: «Я сейчас на пенсии, но продолжаю работать, а экспонаты делаю в свободное от работы время». Однако, очевидно, что для него это занятие  лишь хобби. «Бизнесмен из меня не получился, продавать свои изделия не получается», — смеется Александр Иванович.

— Работа с металлом это же, наверное, целая наука. В чем она заключается? — интересуюсь я.

Техноскульптор лишь пожимает плечами. «Да что там: сверлишь, свариваешь… Правда, я сейчас сваркой стараюсь не пользоваться. А так — нормально пилится. Для кого то металл — это тот же пластилин. Мне лично он гораздо ближе, чем дерево».

Александр Иванович говорит, что в Верхнем Уфалее он не то, чтобы знаменитость, тут люди больше по кружкам разбиты. Каждый в своем соку варится: поэты общаются с поэтами, охотники с охотниками и т. д.

Однако техноскульптор выставлялся и в родном городе: в Доме культуры и местной библиотеке. Когда я пытаюсь добиться у художника, как у него рождаются идеи произведений, он снова отшучивается: «Так же, как и у поэтов стихи. Честно, не знаю».

Вообще, Александр Иванович производит впечатление скромного человека: «У меня же все примитивное. Я свое место знаю. Это другие ребята делают скульптуры из большого количества изделий. А я работаю на уровне анекдота. Три гвоздя забил, юмор добавил. Плюс к каждому экспонату что то вроде таблички придумываю, как в зоопарке».

Очевидно, что скульптора больше тянет рассказывать про свои работы, нежели про себя. А про них Александр Иванович, как показывает практика, может разговаривать долго и обстоятельно.

«Экологический десант»

— Это вот «Колыбель человечества», — техноскульптор показывает мне на мониторе один из своих экспонатов. Он представляет собой три койки, поставленные друг на друга и раскрашенные в российский флаг.

«От детской койки до взрослой, поэтому «Колыбель человечества». Всем нужна кровать: от бомжа до президента», — философски замечает Александр Иванович. Потом его внимание переключается на «Часы-самоходики», «Оду колесу» и другие предметы своего творчества.

Выслушав подробную историю каждого, я также узнаю, что материал для своих произведений художник добывает простыми способами:

— Что то годами копится, что то соседи подкидывают. Соседи меня, кстати, в последнее время теребят. Спрашивают, почему нет скульптур. Скучно без них. Ну я и взялся за работу над изделием «челябинский метеорит». У меня уже был один такой, на крыше дома вместо флюгера стоял. Новый я назвал «Экологический десант».

Рассматриваю этот экспонат. Видно, что на «голову» метеорита натянут противогаз. Что тут добавить: еще один каламбур от Александра Ивановича, суть творческого метода которого я вначале определил неправильно. Это не «техно», это — анекдот.

Фото Вячеслава Шишкоедова