«Охотный спор»: шаг навстречу

Вчера в областном пресс-центре «Гранада Пресс» прошел круглый стол о развитии охоты на Южном Урале. В его ходе состоялся конструктивный диалог по разрешению конфликтной ситуации по поводу судьбы охотугодий Облохотрыболовсоюза.

Право на расторжение

Напомним, что прошлогоднее решение министерства радиационной и экологической безопасности области о расторжении договоров на пользование охотугодьями с 8 охотхозяйствами Облохотрыболовсоюза, в которых, по мнению МинРЭБ, в ходе проверки вскрылось немало нарушений, вызвало бурную реакцию охотников. Арбитражный суд подтвердил позицию министерства, но несогласные охотники вчера вышли на пикет на Алом Поле, требуя не допустить развала их общественной организации, сохранить ее охотугодья.

— В Челябинской области более 45 тысяч охотников, 124 охотхозяйства, охоугодьями занято более 8 миллионов гектаров, — говорит министр радиационной и экологической безопасности области Александр Галичин. — В регионе 42 охотпользователя, но сегодня 80 процентов охотугодий находится в пользовании крупнейшего из них — Облохотрыболовсоюза, а общедоступных, которых по закону должно быть не менее 20 процентов, фактически только 2 % (еще 12 % — в ведении частников). Федеральным законодательством региону переданы полномочия по расторжению договоров в случае выявления большого количества нарушений, и министерство воспользовалось этим правом. В ряде хозяйств Облохотрыболовсоюза слабо ведется биотехническая работа по подкормке и восстановлению численности животных.

По словам заместителя министра радиационной и экологической безопасности области Константина Смолина, наша область вовсе не исключение: в Ивановской области все охотугодья за допущенные нарушения изъяты у общественной организации охотников, а в Татарстане такая судьба постигла 40 охотхозяйств. Кроме того, даже после расторжения договора охотхозяйства вправе участвовать в конкурсе на получение права пользования изъятыми угодьями и даже вернуть их в условиях конкуренции с другими претендентами.

Пошли на мировую?

Однако многие охотники считают, что расторжение договоров — слишком жесткая мера, и доказывают, что можно поправить положение и без изъятия охотугодий. Так, к примеру, полагает Александр Шаламов, председатель Миасского городского охотобщества, после проверки которого вскрылось немало нарушений и МинРЭБ подало в суд иск о расторжении договора на использование объектов животного мира.

И все же проверки далеко не всегда приводят к такому результату. Так, по словам председателя ЧРО военно-охотничьего общества Михаила Сухоручкина, в прошлом году министерство проверяло и их, но все нарушения были устранены, и теперь к военным охотникам претензий нет. В их охотхозяйствах создана вся инфраструктура — гостиницы, баньки, имеется штат егерей. Военных охотников больше волнует проблема браконьерства: сегодня егеря охотобществ лишены права составления протоколов при выявлении таких фактов, и не случайно на федеральном уровне уже ставится вопрос о возвращении им этих полномочий.

— Сейчас министерством ставится вопрос о расторжении договоров уже с 18 нашими охотхозяйствами (всего их 64), — подытоживает председатель Облохотрыболовсоюза Валерий Ческидов.— Надеюсь, нам все же удастся договориться. У нас состоялся доверительный, конструктивный диалог, в ходе которого мы впервые за два года почувствовали готовность руководства МинРЭБ предпринять обоюдные усилия для решения наших проблем, желание как-то разрулить сложившуюся ситуацию. Это серьезный шаг навстречу, и мы готовы вместе работать в этом направлении.

В ближайшее время наши охотхозяйства, как того и требует закон, заключат соглашения, в которых будут оговорены условия пользования охотугодьями. Это, я уверен, послужит хорошим дополнением к долгосрочной лицензии Облохотрыболовсоюза, гарантией соблюдения пользователями взятых на себя обязательств по поддержанию порядка в охотничьих угодьях.

Евгений Аникиенко