Мормыш спрячем под дохой и поедем за ухой!

К озеру Треустан добрались по морозному утру (минус 28°). Озеро выглядело как кусочек Заполярья: с заиндевелым частоколом голых елей и берез, торчащих из застывших водных недр — мистика да и только! Выбравшись из машины, почему-то сразу же захотелось обратно. Еще бы!

Мало того что на улице, как в штанах у Деда Мороза, так еще и вчерашнее застолье из организма просится! Брр! Ну да ладно, починка здоровья всегда требует если не гаечного ключа, то что-то около этого, а потому, с трудом накинув рюкзак и подпоясавшись буром, вместе с остальными коллегами спускаюсь к водоему.

…«Первая шеренга налево, вторая — направо» — вот это прикол! Недалеко от берега, посреди широкой натоптанной тропинки, по которой шли и мы, стоял и размахивая шабалой, и благим матом орал весьма «веселый» полковник в полушубке с соответствующими знаками отличия. То ли он от своих отстал, то ли наоборот — все еще дожидался с берега своего лихого эскадрона...

Во всяком случае, все рыболовы, тянувшиеся гуськом, с шуточками обходили его стороной, отчего новоявленный рыбо-гаишник еще больше раззадоривался и удваивал рвение. «Подтянуться, мать вашу, ногу держать, запевай!» Да-а, оказывается сегодня не только мы утомлены «нарзаном»! Махнув на прощание «регулировщику», сразу уходим влево на кромку леса, где два дня назад наш приятель — сегодняшний гид поймал восемь килограммов «зачетных» окушков…

Озеро Треустан давно славится крупной рыбой (карп, судак, карась) и приличным окунем (до двух кг) в том числе. Другое дело, что «горбатую чешую» далеко не всем рыболовам удается прилепить на внутренние стенки своих ящиков.

Причины обычны: незнание водоема (клевых мест), сезонности, погоды ловли и так далее. А наезжающие сюда «разовые» рыбачки (типа нас) могут надеяться только на мешок «матросов» размером с ладошку, коими кишит вся береговая «лесная» полоса. Поэтому по зиме мы бываем здесь редко, так, чтобы душу поклевками потешить да пополнить кошачий рацион.

И только в апреле (последний лед), когда перед нерестом крупный окунь стягивается к мелководью, мы постоянно навещаем большой залив (через деревню Печенкино, Курганская область), где на «балду» цепляются такие экземпляры, что леска трещит, как испорченный транзисторный приемник!

Прибыли, растележиваемся. Здесь рядом с кромкой леса глубина озера три с половиной метра, и повсюду из-под снега (льда) торчат корявые сучья затонувших деревьев, не выдержавших ударов летних штормовых волн. Лунки сверлим среди наибольшего скопления древесного хлама, ибо известно, что окунь — большой любитель поиграть в прятки среди коряг.

Конечно, риск зацепиться и остаться без снасти (леска 0,1 мм, вольфрамовая дробинка) увеличивается в разы, зато и шансы подцепить крупняка вырастают настолько же. Насадка — мотыль (один), который кольцом натягивается на прочный крючок дорогой мормышки. Прикормку здесь не используем, но все же коробка с мормышем на всякий случай мирно «дремлет» за пазухой. Однако, приступим по малу…

Эй, мороз, мороз, не морозь меня, не залазь в мой нос, дай мне окуня!

Первые два часа утренней рыбалки — болт вам, а не рыбы. Зато лунки, а заодно и уши, полярный дедушка «цементировал» как заправский строитель, управляющийся с бетоном высочайшей пробы! Стоило сделать круг (десять лунок), как первоначальная дырка напрочь затягивалась льдом, а об открытых участках физиономии и говорить не приходилось. В общем, если бы ни наша «аптека» (палатка с отоплением), куда мы периодически подходили за «лекарством», здесь бы и расстались с остатками новогоднего здоровья!

К двенадцати часам солнце заулыбалось ширше и сверлить лунки в поисках рыбы стало веселее. К этому времени была проверена вся глубокая закоряженная полоса и чистина — безрезультатно! Там, где еще два дня назад без устали махали удильниками, сегодня — полный облом. На троих нам едва удалось наскрести с два десятка мелких «матросов». Народ вокруг от скуки только причащался, да отращивал с носа сосульки. Наконец, не выдержав такого отстоя, мы решили смотать манатки и отправиться ближе к берегу. Не будет клевать — так пусть нас хоть волки съедят назло рыбе!

…Протиснувшись среди густого ельника (бывшие лесопосадки), на метровой полянке без всякой надежды делаю одну лунку. Больше сверлить не хочется, поскольку, ну какая тут к теще рыба. Здесь проще грибы отыскать. В довершении ко всему прилетела ворона и ,усевшись недалече на дерево, стала с издевкой косить своим черным глазом. Карр, карр — здесь рыбачит дуремарр!

Пока я, сбросив всю прежнюю леску, подматывал глубину (на полтора метра мельче), к моему изумлению на другом конце лески кто-то уже прицепился и, дергаясь, утащил мормышку в зацеп. Ба! Да тут еще и рыбешка водится! Ну, спасибо, птичка, накаркала, наворожила!

Дело пошло… Окунишка (90—120 г) клевал, как в аквариуме. Единственная неприятность — морозная возня с мотылем. Вскоре, порывшись в своих запасах, я сменил живую насадку на искусственную личинку, что совершенно не повлияло на аппетит озерно-лесной живности. Рыба брала подходами: 15—20 полосатиков, пауза. Через пятнадцать минут все повторялось. Позже я не дожидался, пока подойдет свежая рыбья «порция», а просто высверливал новые лунки…

Понятно, что через некоторое время у скучающего народа на кромке с чистым возник закономерный вопрос: а какого лешака, вон те три «лешака» «лешачат» у берега в глубине леса?! После первых появившихся вежливых разведчиков как всегда началось «невежливое» великое переселение — в лес ломятся, ветки трещат! Клевало почти у всех, да и слава Богу. Потому как сложно себе представить послепраздничное состояние без животворящей ухи. Ее всем надо! Даже чапаевский братка, помирая, только ее и просил…

К шести вечера я благополучно ввалился в свое неубранное «родовое гнездо», и первым делом — рыбу в котел! Порядок, он подождет, а уха нет! Так что еще раз всех с Новым годом и Рождеством! И приятного аппетита под бальзам, сваренный из свежих окуней… Если они есть!