В таежные красоты Юрюзани за голавлем

Надоело нам за карпом наши удочки таскать, лучше мы с рыбацким скарбом голавлей пойдем искать!

Самостоятельно, наверное, я никогда бы не сподобился отправиться за тридевять земель, да еще и на три дня, как раз в то время, когда в нашей области закончился нерест и можно спокойно выходить за рыбой на лодке. Но поездка в тайгу перевесила все аргументы. А посему «подпоясавшись» забродами (штаны-сапоги), вооружившись двумя спиннингами и прочими рыбацкими причиндалами, следующее утро я встречал уже в машине, в полудреме наблюдая за мелькающим придорожьем трассы М-5.

Наша конечная цель — деревня Мясогутово (Дуванский райцентр), где у одного из приятелей проживает родня. Мои друганы отдыхают там ежегодно, а поскольку среди их таежных родственников есть заядлые рыболовы, то и с рыбалкой нет никаких проблем — всю прилегающую речную округу (Юрюзань, Кошелевка, Ай, Уфа) они знают как углы своего подворья.

«Пропылив» от Челябинска 180 километров, возле Сатки уходим вправо и через сотню верст оказываемся в деревне Мясогутово, которая стоит на реке Ае. Если проехать еще прямо, то попадешь на реку Уфу, а если налево, то будет тебе ручей Кошелевка, который далее впадает в Юрюзань. В общем, если пошутковать, то выйдет как в сказке про трех богатырей — пойдешь направо — коня потеряешь, налево… и так далее. Надеюсь, нас ждет более радужная перспектива!

Как заверили мои дружки, за три дня мы везде успеем удочки замочить, лишь бы нас не замочило… дождем!

На утро грузим моторную лодку на прицеп и с родственным гидом отправляемся на речку Уфу. Через сто десять километров деревня Озерки, район которой и является исходной позицией для спуска нашего немалого моторного плавсредства. Лодка на воде, размещаемся, и с Богом…

Река Уфа в этом районе невелика, но в рыболовном плане весьма привлекательна — перекаты, ямы, в которых знающие рыболовы выуживают даже сомов. Отсюда неудивительно, что по берегам встречается немало всякого рыбачьего люда. Но нам не повезло — всю последнюю неделю здесь шли дожди, отчего уровень в реке оказался высок, а вода мутной. Пройдя по навигатору местного «знатока» несколько «клевых» точек и оставшись без поклевок, мы решили вернуться назад.

На берегу, позавтракав, чем хозяйка снабдила, разворачиваемся в обратную сторону. Не доезжая до родного райцентра, сворачиваем направо. Через пятьдесят километров показалась деревенька Кошелевка, своими пятью домами больше схожая на хутор. По малоезженной дороге огибаем куцее селенье и спускаемся к речке…

Кошелевка — это даже не речка, а мелководный ручей, ужом извивающийся среди кустов и травы и впадающий в Юрюзань. Дорога вдоль ручья не приведи Господь — сплошные лесные завалы и выбоины, да к тому же пять-шесть раз нужно переезжать ручей вброд, а это автомобилю по самое его радиаторное «не хочу». И все это дорожное «удовольствие» длится на протяжении четырех-пяти километров.

Но, несмотря на вычурную неказистость Кошелевки, рыба в ней водится, в том числе и хариус, который заходит сюда из Юрюзани.

…Через пять километров, на которые ушли почти полтора часа, из глухого бездорожья выбираемся к «большой» воде. Пройдя вдоль нее еще километр, под скалой, указанной нашим проводником, организуем стоянку и разгружаем свой ушатанный переходом вездеход. Катер на реку, а из речки котелок воды — рыбалка рыбалкой, а обед с чайком по распорядку!

Река Юрюзань представляет собой извивающуюся водную артерию шириной в тридцать-пятьдесят метров и средней глубиной в два-три метра. Зажатая между отвесными скалами и многовековой тайгой, «насытившись» Кошелевкой и речкой Аем, она бодро несет свои воды в Уфу. Нехоженные места настолько красивы, что мошкара то и дело залетает в раскрытый от удивления рот…

После обеда — знакомство с рекой. Первая попытка в забродах (сапоги) выбраться за борт на перекате, где глубина меньше метра, успеха не принесла. Течение настолько было сильным и толкало вперед, что показалось, я Карлсон, у которого мотор опустили в воду и включили на полный ход! Забросив себя и спиннинг снова в лодку, мы спустились ниже по течению и подвязались к толстым сучьям склоненной над водой полугнилой сосны.

Сразу за ней река становилась спокойней, и под берегом даже был виден водный противоход, что наводило на мысль о наличии ямы. Рассевшись таким образом, чтобы не слишком мешать друг другу, расправляем снасти…

Насаженный мной на крючок большой кузнечик в последний раз дрыгнул мослатыми лапами и примерно на метр ушел в воду. Течение тут же подхватило большой поплавок, отстроенный в пол-воды, и быстро понесло его вдоль берега. Мои подельники забрасывали ближе к середине, но мне было по бороде. Мой взгляд был сосредоточен только на раскрашенном пенопласте, который от стравливаемой по течению лески постепенно удалялся от лодки…

«Есть, подсак!» — через пятнадцать минут первая поклевка у подельника с середины реки, причем не на естественную насадку, а на искусственную приманку — мелкую вращающуюся блесну. Спиннинг дружка основательно загнуло, отчего тот усиленно вращал ручкой катушки и, навалившись на борт, хрипел, как простуженный бегемот…

«Эй, брателло, из лодки не вывались!» — пока я, отвлекшись от своего поплавка, наблюдал за исходом борьбы (все же интересно, что тут за рыба водится), за мою натянутую течением леску сильно дернуло и на другом конце снасти к свинцовому грузилу кто-то основательно добавил веса. Подсечка, есть!

Первым свою добычу — двухкилограммового голавля — в лодку загрузил наш дружок. Вытащенная из сачка серебристая сильная рыбина еще долго подпрыгивала на деревянных сланцах катера. И хотя мой голавль оказался гораздо скромнее (не более пятисот граммов), в процессе вываживания упорная рыбешка доставляла такую массу непередаваемого удовольствия, что конечности от возбуждения начинали трястись сами собой. А это в рыбалке главное!

Но самое главное — это три дня на реке! По вечерам тайга шумела верхушками бесчисленных сосен, а по утрам в палатку закрадывался шепот переката, на котором били хариус и голавль. Слава Богу, что он создал такую красоту, и спасибо, что есть друзья — без них я бы ни в жизнь сюда не добрался!