Взойти на Ухуру

Супружеская пара из Челябинска покорила высшую точку африканского континента

Спортивный туризм, увы, сегодня почти вымирающий вид спорта. Среди коллег нашего героя — людей, казалось бы, очень спортивных, нет практически уже никого, кто бы этим увлекался.

Заместитель начальника Управления надзорной деятельности ГУ МЧС России по Челябинской области, полковник внутренней службы Алексей Рафаэльевич Исмагилов в системе пожарной охраны уже 32 года. И все это время он покорял все новые и новые вершины. Последний его подвиг — восхождение на высшую точку африканского континента — пик Ухуру. Во всем мире гора эта известна под названием Килиманджаро.

Обманчивая экзотика

«Ведь Эльбрус и с самолета видно здорово»

Ох уж эти скалолазки! Не случайно Владимир Семенович интересовался:

Я спросил тебя: «Зачем идете в горы вы?» -

А ты к вершине шла, а ты рвалася в бой. -

Ведь Эльбрус и с самолета видно здорово…»

Рассмеялась ты — и взяла с собой.

А и вправду: зачем? Впрочем, если не понимаешь этой одержимости, то и объяснять, наверное, бессмысленно. Началось же все как то подспудно. Может быть, с рассказа Хемингуэя «Снега Килиманджаро». А может, нет-нет да и просыпались воспоминания из детства:

Вот идет Гиппопотам.

Он идет от Занзибара.

Он идет к Килиманджаро…

— Кстати, после Килиманджаро мы отдохнули-таки на Занзибаре, — неожиданно начал рассказ Алексей. — А, собственно, что мы знаем о Килиманджаро? Потенциально активный стратовулкан на северо-востоке Танзании. Высочайшая точка Африки. Высота над уровнем моря — 5895 метров. А что еще? Эта вершина всегда нас манила — своим названием, ореолом таинственности, особой экзотикой. Думали-думали, и Наталья как то неожиданно предложила: давай сходим! Что ж, говорю, давай. Но, когда приехали на место, все оказалось не так, как было на картинках…

«Пожарная» любовь

«Ваш сын прекрасно болен… У него пожар сердца!» — писал Маяковский.

Пожарные тоже иногда влюбляются. И даже друг в друга. А вы не знали? Вот как, например, супруга Алексея Рафаэльевича — Наталья Владимировна, оказалась в Чебаркуле? Но все оказалось наоборот: это как полковник Исмагилов в Челябинске оказался? Все просто: история любви.

— Мы с ней одноклассники, — рассказывает Алексей Рафаэльевич. — В Челябинске вместе закончили школу. Родители и у нее, и у меня — чебаркульские. Здесь же, в Челябинске, поженились. После пожарного училища я попросился обратно к себе, в Чебаркуль. С тех пор и живем там. Наталья - руководитель Чебаркульского отделения Всероссийского добровольного пожарного общества. А я езжу каждый день на работу сюда, в Челябинск, и обратно - домой, в Чебаркуль.

Туризмом мы с ней занимаемся с молодости. Наталья, как и я, не воспринимает пляжный отдых. Это просто скучно. Нас манит активный туризм: пешеходный и водный, горный и лыжный. Весь Советский Союз по горам обошли — совершили переходы вплоть до пятой категории сложности. Обошли вершины Северного Тянь-Шаня и Памира, Алтая и Кавказа, Восточных и Западных Саян, Тибета, Южного, Северного, Приполярного и Полярного Урала, Хребта Кодар…

Кстати, в 2003 году семья Исмагиловых признавалась самой спортивной семьей Челябинской области в номинации «Туризм».

Всю жизнь, пока их сыновья были школьниками, брали их с собой. Старший Тимур уже в 8 лет был на Тянь-Шане. Младший Арсений сегодня уже самостоятельно покоряет вершины.

На Килиманджаро Алексей и Наталья Исмагиловы взобрались 27 июня, посвятив восхождение дню образования госпожнадзора, накануне 28-летия совместной жизни…

Почти через забор

— Россиян там не увидишь: они предпочитают лежать на берегу моря, — рассказывает Алексей. — Однодневное пребывание на горе рассчитано примерно на 70 человек. Этих индивидуалов-туристов объединяют по языковому признаку: так появились немецкие, англоязычные группы. Нас, россиян, было двое, я и моя жена. К нам присоединили девушку из Новой Зеландии. Мы спрашиваем: с какого перепугу, дескать, нас объединили. Организаторы отвечают: Ну вы же рядом — Россия и Новая Зеландия, почти через забор…

Каждой сформированной группе выделили проводников, портеров- носильщиков. Одного туда тебя не пустят.

Вокруг национального парка колючая проволока, секьюрити охраняет территорию от диких туристов. На двух туристов выделяют четверых сопровождающих — один гид, один повар и два носильщика. У них свой профсоюз, запрещающий носить портерам на себе больше 20 килограммов. Впрочем, если хочешь нести сам — неси, но носильщиков ты должен оплатить.

Восход солнца на вулкане

— Все восхождение длится семь дней. Из них три дня — это подход, сутки — это непосредственно покорение вершины и схождение. Каждый день ты набираешь по одному километру высоты. В первый день приходишь в промежуточный лагерь, на второй день — еще километр, и снова отдых. На третий световой день — перед тобой край вулкана и видна сама макушка. В штурмовом лагере нам сказали: идите, делайте, что хотите до 12 часов ночи. А делать то что? Спать там невозможно, гулять — тоже, просто лежишь, пытаешься расслабиться. Состояние тяжелое — высота уже 4. 700, воздух разряженный. В комнате, в которой ты находишься, 12 разноязычных человек. У кого то болит голова, кто то плачет, кто то стонет, кого то тошнит, постоянно хлопают дверьми. В обычных то условиях такое перенести непросто, а здесь еще — высокогорье. Но у нас с женой был опыт перенесения подобных условий, и мы выдержали.

— В 12 часов ночи все группы вышли и до утра шли до макушки вулкана. Здесь, на вершине, встретили восход солнца, к 11 утра уже возвратились назад. Дали три часа на сон. Но спать опять невозможно — просто лежишь и пытаешься расслабиться. И снова в путь. И так сутки непрерывного движения без сна.

«Заморозка» в середине лета

— Сложность была еще и в том, что из лагеря все 100 человек (вместе с провожатыми) стартуют одновременно. Вся колонна заползает на одну узкую тропу, все дышат друг другу в затылок, но кто то идет медленно, кто то обгоняет, а обойти тяжело.

Все берут налобные фонарики, но луна такая, что светло как днем. И эти фонари только мешают: кто то резко поворачивает голову — тут же бьет лучом света по глазам. Поэтому наша группа фонарики выключила почти сразу. Постепенно, всех обгоняя, мы пришли к вершине в первой десятке, в которой уже находились итальянцы, не желавшие глотать чужую пыль и потому еще на старте вырвавшиеся первыми. Особенность в том, что, если первый из группы тебя обгонит, придется выжидать нужно всю десятку. Пристраиваешься в хвост — темп для тебя неудобный, пытаешься рвануть вперед — не очень то и получается. И так вот рывками приходилось взбираться.

Было очень холодно. Несмотря на то что вершины достигли 27 июня, мы все-таки находились в южном полушарии, а это время там считается зимой. Внизу, у подножья, 20 градусов тепла, а на вершине минус 15 и страшный ветер. Мы одели на себя не все вещи, которые брали с собой, понадеявшись на то, что все-таки почти на экваторе находимся. Однако руки страшно окоченели, и я чуть не отморозил пальцы. Я многие годы занимаюсь зимним туризмом, но ни разу в жизни зимой так не мерз, как там, на экваторе.

Флаг МЧС на вершине Африки

Самое главное — на вершине мы развернули флаг МЧС, засняли этот исторический момент на камеру. По спутниковой связи передали поздравления коллегам в областное управление. Национальный парк «Килиманджаро» в Танзании выдал нам сертификат, подтверждающий восхождение на столь серьезную высоту. Теперь этот флаг — наша реликвия. Там мы его не установили по одной простой причине. Одно из условий национального парка — сохранение чистоты, за чем они следят с фанатичным усердием. Представьте, если бы каждый турист с нашей планеты оставлял там свои вещи, это было бы ритуальное кладбище. И если ты что то нечаянно там оставишь — вплоть до фантика, тотчас убирают, поэтому на протяжении всего маршрута ты не увидишь ни одной валяющейся бутылки или пакетика. Во всех промежуточных лагерях — цивилизованные туалеты. Для русского человека увидеть подобное на высоте более трех, четырех, пяти километров…

Эйфория наступила, когда спустились вниз. Организм акклиматизировался, ты чувствуешь себя гораздо лучше, а главное — необыкновенное эмоциональное состояние: ты это сделал!

Барс Алтая № 361

В 2012 году в номинации «Маршрут лыжный 4-ой категории сложности» Алексей стал чемпионом России с присвоением ему знака «Барс Алтая» 3-ей степени.

Чтобы получить такой значок, надо залезть на два четырехтысячника, а на Алтае их всего шесть. Кстати, всего на планете «Барсов Алтая» меньше, чем людей, побывавших на Эвересте. У Алексея этот значок под № 361.

Что впереди у «Барса Алтая»? Конечно, были мысли вступить в клуб семи вершин и покорить оставшиеся. Но ко всему надо подходить разумно. Во первых, все это безумно дорого. На Эверест сходить — надо три месяца и два миллиона 700 тысяч рублей. Хотя туда только ленивый не идет при наличии денег — даже японские 80-летние бабушки и их ровесники — тайские старички.

Из досягаемого по времени можно выбрать Антарктиду. Но и этот проект стоит около трех миллионов. Из набора высших точек континентов привлекает астралийский пик Косцюшко: рядом берег океана, затем — релакс в Новой Зеландии… Почему бы и нет? Благо, что теперь там у Исмагиловых есть своя однополчанка…

фото Владлены Шваб и из архива Алексея Исмагилова

Бумажная версия данного материала появится 03.08.2013 г.