От дезертиров до диверсантов

«ЮП» узнала, как агентов абвера нашли в Челябинске

Послевоенный Урал оказался буквально нашпигован военными преступниками — от обычных дезертиров до агентов германской разведки и диверсантов абвергрупп. Кто-то из них проходил фильтрацию в лагерях для военнопленных, скрывая детали своей биографии, кто-то по чужим документам устраивался на неприметную работу, кто-то вливался в банды.

Продолжение.
Начало в № 269

Военным трибуналом Московского военного округа Бойко был признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ст. 64-а УК РСФСР — измена Родине с переходом на сторону врага, и приговорен к смертной казни. На суде душегуб заявлял: «Признаю себя виновным только на пять процентов». И довольно долго доказывал, что он три года охранял «какие-то объекты» и лишь краем глаза видел творившиеся вокруг злодеяния. И даже неоднократно пытался уйти к партизанам. Но свидетельские показания разрушили замок из песка, старательно возводимый немецким карателем. В ноябре 1985 года приговор был приведен в исполнение...

Бухгалтер из разведшколы

Первую крупномасштабную зачистку в Челябинской области сотрудники Управления НКГБ совместно с армейскими частями и милицией провели уже летом-осенью
1945 года. Тогда только в Челябинске и в пригородных селах было ликвидировано свыше 160 различных бандитских группировок. И народ в этих бандах был очень даже непростой. Бывший десантник, разведчик и оперативный сотрудник контрразведки «Смерш» писатель Владимир Богомолов в своей повести «В августе 44-го» достаточно подробно описал уровень профессиональной подготовки выпускников Варшавской разведшколы абвера, действовавших в нашем ближнем армейском тылу под псевдонимом «Неман»…

И, действительно, одним из самых сложных дел, потребовавших от сотрудников госбезопасности Челябинской области кропотливой работы и слаженности в действиях с другими региональными управлениями, стало дело оперативной разработки Николая Беспалова, скромного главного бухгалтера Нязепетровского леспромхоза...

Все началось с подробной информации об одном из основных спецподразделений абвера — «Варшавской разведывательной школе», находившейся в непосредственном подчинении штаба «Валли». Школа являлась центральной и показательной по вопросам подготовки квалифицированной агентуры из советских военнопленных, в основном, среднего командного состава с высшим и средним образованием. Комплектованием школы, как правило, занимался лично начальник школы майор Моос, известный курсантам как «Марвиц». Помимо агентов, завербованных в лагерях военнопленных, в «Варшавскую школу» направлялись агенты, прошедшие предварительную подготовку и в других разведывательных школах.

Как указано в справке УКГБ по Челябинской области по делу Беспалова, при разведшколе была создана специальная группа 1-Г для обеспечения всей перебрасываемой в советский тыл агентуры фиктивными документами. В ее составе было 4-5 немцев-граверов и графиков и несколько завербованных немцами военнопленных, знавших делопроизводство в Советской Армии и советских учреждениях. Группа 1-Г занималась сбором, изучением и изготовлением различных советских документов, наградных знаков, штампов и печатей советских учреждений, воинских частей и предприятий. Бланки трудноисполнимых документов (паспорта, партбилеты) и ордена группа получала из Берлина.

При аресте в 1945 году нескольких агентов этой школы и в ходе их допросов всплыла кличка «Лукин Петр», под которой служил некто Беспалов, уроженец Свердловской области, бывший старший лейтенант Красной Армии, попавший в плен в 1943 году и прошедший несколько сборно-пересыльных и офицерских лагерей. Интерес к военнопленному проявил сотрудник немецкой разведки Маттерн; по его же просьбе Беспалов написал автобиографию и подробно рассказал о службе в качестве штабного работника в Красной Армии, пояснив особенности ведения той или иной документации.

«В школе Валли-1, — как сообщили на допросах его «подельники», —Беспалов работал при штабе в отделе 1-Г по заполнению и оформлению фиктивных документов, а также вел регистрацию агентов, выбывающих на задание». Рассказали также, что в школе Беспалов пользовался всеми правами и льготами, как официальный сотрудник (питание, обмундирование, денежное довольствие). За активную работу и положительные результаты в январе 1945 года Беспалову было даже присвоено звание унтер-офицера.

С наступлением советских войск школа была эвакуирована сначала под Берлин, затем в Баварию. В эвакуации школы Беспалов принимал личное участие. В мае 1945 года он вместе с другими военнопленными, сотрудниками школы, был помещен в лагерь военнопленных, дислоцированный на территории Австрии, откуда был освобожден американскими войсками, затем оказался в лагере для советских военнопленных в Зальцбурге. При прохождении фильтрации факт службы в немецкой разведывательной школе скрыл, указав, что весь период пребывания в плену был задействован на разных тяжелых физических работах. После прохождения государственной проверки он был восстановлен в воинском звании «старший лейтенант» и направлен на работу в Орловскую область, а затем в 1946 году был демобилизован и прибыл на родину в Нязепетровск.

Его удалось выявить лишь по приметам, сообщенным в ходе допросов его «однокурсников», и то лишь в 1948 году. Сразу арестовывать не стали — выслали фотокарточку Беспалова для опознания. После утвердительных ответов Беспалову, как официальному сотруднику «Варшавской разведшколы абвера», было предъявлено обвинение по статье 58-16 УК РСФСР — «Измена Родине»…

Боевик Скорцени на службе Даллеса

Об огромной работе, проведенной 4-м отделом УКГБ по Челябинской области (антисоветское подполье, националистические формирования и враждебные элементы), свидетельствуют архивные следственные дела по многим выявленным военным преступникам…

В небольшом южноуральском городке в середине 1950-х годов в геолого-разведочной экспедиции работал Николай Петренко. Был он на хорошем счету, неплохо зарабатывал, перевыполнял норму, никогда ни с кем не ссорился и даже был назначен старшим буровым мастером. Все бы ничего, но одна мелочь в его поведении заставила обратить на себя внимание «органов» — он никому не писал, и ему никто не писал писем; он даже не выезжал в отпуск. При этом Петренко часто рассказывал о немецкой каторге; это не было удивительным — через фашистские застенки прошли десятки тысяч советских людей. Настораживало чекистов другое: иногда он явно путал события, факты и даты.

«Разрабатывал» Петренко майор государственной безопасности Евгений Антонов. Вскоре им был послан запрос в Донецкую область, где, согласно автобиографии, Петренко жил до войны. В Челябинское УКГБ пришли протоколы допросов еще в годы войны задержанных агентов «Абвергруппы-203», именовавшейся также «Зондеркомандой-203» особого соединения «Бранденбург-800», в которых упоминался и Петренко, учившийся с ними в разведшколе, даже числившийся на хорошем счету у немцев и живший в отдельном помещении. Вместе с протоколами были получены и приметы военного преступника, во многом совпадавшие с портретом работника геологоразведки. Окончательные сомнения развеялись, когда были проведены повторные допросы и опознание по фотокарточке.

Петренко арестовали и отвезли в Донецкую область, в село Прасковеевку, где летом 1942 года карательный «казачий взвод» расстрелял несколько десятков советских узников. Указав на место захоронения, Петренко признался: «Когда ямы были выкопаны, немецкий майор приказал всем гражданам лечь в них лицом вниз. Некоторые ложились сами, а кто не хотел, тех толкали мы. После этого майор к каждой яме поставил по два человека из «казачьего взвода» и приказал стрелять. Стреляла вся команда, стрелял и я. Когда все было кончено, немецкий офицер приказал через переводчика зарыть ямы. Мы стали их забрасывать землей, слышались стоны, некоторые еще были живы...».

Петренко, как выяснилось, предал родину дважды — сначала прошел различные разведшколы, бежал за немцами в Австрию, а затем его «заслуги» попали в поле зрения американской военной разведки. Ему сочинили легенду об освобождении из плена и, сопроводив необходимыми документами, передали советскому командованию. В конце 1945 года успешно легализовался на промышленном Урале...

Подготовил Владимир Филичкин

Читайте окончание в  одном
из ближайших номеров