Предчувствие города

У истоков Троицка стояли военные, купцы и ремесленники

Троицк — один из самых «историчных» городов области, о нем вспоминают едва ли не вперед прочих, когда речь заходит о поселениях  с богатым прошлым. И тем удивительнее становится, когда понимаешь, насколько мало мы знаем о его истории.

Схоронились за стеной

Не претендуя на подробный рассказ об истории Троицка, остановлюсь лишь на некоторых моментах. Чтобы было понятнее, в некоторых случаях (довольно часто) я буду давать сопоставления с Челябинском — городом, расположенным в каких-то 120 км и возникшим лишь на семь лет раньше Троицка. Прошу прощения у троичан, если какие-то моменты моей статьи покажутся им сильно расходящимися с их представлениями, но я стараюсь опираться на архивные данные и описывать то, что имеет документальное подтверждение.

Одна из легенд утверждает, что Троицкая крепость была поставлена на месте татарской деревни, которая существовала здесь задолго до этого знаменательного события. Пока что ни одного реального подтверждения этой версии нет. Поэтому будем придерживаться традиционной (и документально подтвержденной) точки зрения, согласно которой Троицкая крепость была построена в 1743 г. на месте, которое выбрал начальник Оренбургской комиссии и будущий первый губернатор Оренбургской губернии Иван Иванович Неплюев. Крепость была заложена в месте пересечения традиционных путей, что определило ее будущую роль, как центра торговли.

Планировка Троицкой крепости отличалась от большей части укрепленных поселений Оренбургского края — в ней не было деления на «цитадель» и «посад», она с самого начала строилась с таким расчетом, что все строения будут находиться за единой оборонительной стеной. Первоначально стена крепости представляла деревянный заплот, а впоследствии вместо него с трех сторон был отсыпан оборонительный вал с бастионами и «реданами» — треугольными выступами в валу. Хотя со стороны реки до конца существования укреплений Троицк был прикрыт деревянной стеной.

И на баранов хлеб менять

В отличие от построенных ранее крепостей Исетской линии (Челябинской, Миасской, Чебаркульской и Еткульской), где основное население составляли казаки, набранные из крестьян зауральских слобод, в Троицкой и прочих крепостях Уйской линии изначально гарнизон состоял из служащих регулярных частей. Сначала это были роты Оренбургского драгунского и Уфимского гарнизонного полков, а затем были сформированы линейные (или пограничные) части. Судя по всему, командование Уйской линии с самого начала располагалось в Троицкой крепости.

Одним из первых командующих этой линией был подполковник Бахметев, который до весны 1746 г. занимал должность воеводы Исетской провинции. Очевидно, именно ему крепость обязана началом меновой торговли — в августе 1746 г. он прислал в Исетскую провинциальную канцелярию сообщение о том, что к нему обратились «приехавшие де к нему кочующих по сю сторону Тобола, на речке Каяте, киргиз-кайсаков (казахи. — Г.С.) /коих де тут немалолюдно/ киргизы, два человека, просили мены, чего для, по силе Ея Императорскаго Величества Указов и позволено им приезжать в сентябре в первых числех и на баранов хлеб менять».

После этого провинциальная канцелярия, по просьбе Бахметева, разослала по территориям провинции указы о том, что желающие менять с казахами хлеб на баранов (но ничего другого) должны приехать в первых числах сентября к Троицкой крепости. Можно предположить, что эта практика стала постоянной, и встал вопрос о расширении ассортимента товаров. В 1750 г. И.И. Неплюев и А.И. Тевкелев организовали пробную меновую торговлю при Троицкой крепости в течение всего теплого времени года, а точнее, восьми месяцев, уже не ограничиваясь хлебом. Товары для торговли были привезены из Оренбурга, где меновая и ярмарочная торговля к этому времени уже существовала. За восемь месяцев было получено пошлин на 9000 рублей, а кроме того выменяно приличное количество серебра.

«Ездить весьма убыточно»

Уже в январе 1751 г. губернатор И.И. Неплюев и бригадир А.И. Тевкелев входят в правительствующий Сенат с представлением о том, что «для произведения с киргиз-кайсаками торгу и мены, сверх Оренбургской, в Троицкой крепости, торг и мену необходимо учредить определено». И дальше руководители Оренбургской губернии пытаются убедить Сенат в необходимости «открыть» для купцов прямую дорогу в Сибирь через Южный Урал. Дело в том, что с конца XVI в., с постройки г. Верхотурья, единственной официальной дорогой в Сибирь являлась так называемая «Верхотурская государева дорога», она же «Бабиновская».

В 1739 г. царским указом был подтвержден запрет купцам ездить в Сибирь и из Сибири другими дорогами, кроме как через Верхотурье. В какой-то мере эти странные запреты объяснялись наличием в России того времени… внутренних таможен. То есть, проезжая с товарами из европейской части России в Сибирь, купец платил таможенную пошлину (10 копеек с рубля). Таможня на пути в Сибирь традиционно располагалась в Верхотурье. А теперь представьте себе, что из Ирбита, Тюмени или Тобольска в Троицк купцу нужно было ехать через Верхотурье — путь выходил длиннее более чем в два раза. В 1752 г. Сенат по представлению Неплюева и Тевкелева дважды выходил на императрицу Елизавету Петровну с прошениями открыть прямой путь «из России» в Сибирь, «для того наипаче, что Троицкая крепость к Сибири весьма близкая, а чрез Верхотурье во оную, так же и в Оренбург из Сибири, ездить весма далеко и убыточно, торг же при оной Троицкой крепости для Российскаго купечества, также как и в Оренбурге, полезный зачинается еще вновь, и тем надежда подается привлечению и Средней Киргис-Кайсацкой Орды…».

Словно в насмешку, 27 сентября 1754 г. выходит указ Сената, который подтверждает царский указ 1739 г. о запрете купцам ездить в Сибирь другими дорогами кроме Верхотурья… То есть Сенат, с одной стороны, ходатайствует об отмене указа 1739 г., а с другой — сам же его и подтверждает. Надо полагать, у Неплюева с Тевкелевым было о чем поговорить в связи с этой ситуацией. Ситуация выглядит еще более нелепой, если учесть, что в конце 1753 г. внутренние таможни в России были ликвидированы, хотя оставались 10 % в отношении товаров, ввозимых из Сибири.

Очевидно, в 1751 г. после учреждения постоянного менового торга при крепости была создана пограничная таможня. На противоположном, правом берегу р. Уй, напротив крепости, было обустроено место для постоянного размещения менового двора. Там же помещалась и таможня, что вполне естественно — отслеживать торговые операции и взимать таможенные пошлины было удобнее и вернее прямо на месте. Укреплен меновой двор был не хуже, если не лучше, чем собственно крепость, — помимо внешнего и внутреннего укрепленных периметров уже внутри второй оборонительной стены при въезде со степной стороны были поставлены дополнительные стенки, образующие узкие коридоры, по которым были вынуждены продвигаться въехавшие внутрь. Сам меновой двор состоял из двух корпусов лавок, каждый из которых замкнут в «каре». Очевидно, один корпус или «двор» был для российских купцов, а другой для «азиатских».

Торговля шла, развивалась, и Троицкая крепость должна была, по логике событий, обретать черты торгово-ремесленного города. В Троицкую крепость записывались «по ремеслу» отставные солдаты и, возможно, не только они.

Гаяз Самигулов

В следующей статье мы продолжим рассказ о свое­образном развитии Троицка.