Мировой парень и рыцарь музыки

Первое упоминание о нем относится к 1410 году, когда во главе войска Польского стоял полководец Завиша-Чарный, разгромивший в битве при Грюнвальде немецких рыцарей и прославивший свое имя в веках. Прозвище «Чарный» он получил за свою черную окладистую бороду. Польский король издал специальный указ, сделавший это прозвище частью фамилии.

В библиотеке Краковского университета хранится очень древняя книга — «Гербовник», в которой подробно описывается история жизни королей, именитых шляхтичей и самых старых польских родов. В этом уникальном манускрипте целая страничка посвящена и Завишам.

— Мне посчастливилось поработать несколько лет с Иннокентием Павловичем Завишей — прямым потомком легендарного польского рыцаря, — рассказывает директор Карталинского историко-краеведческого музея Берта Прыткова. — Нелегкая судьба забросила представителя славного рода в ураль-скую глубинку. Это был красивый мужчина, прекрасный человек и настоящий рыцарь музыки.

В Карталах Иннокентий Павлович Завиша четырнадцать лет проработал в Доме культуры железнодорожников, где руководил духовым и эстрадным оркестрами. Многие карталинцы и особенно жители старшего поколения до сих пор помнят его концерты, которые в шестидесятых и семидесятых годах прошлого века пользовались бешеной популярностью.

Но как потомки такого знаменитого и богатого рода, на века обласканного властью, попали в Россию? Увы, судьба к ним не была благосклонной. Это случилось во времена, когда Польша находилась под протекторатом России. Завиши были активными участниками освободительного восстания в 1863 го-ду, и после его подавления их сослали на каторгу в Сибирь, лишили званий, сословий и имущества. Обратного пути на родину не было, а от прежнего богатства остались одни воспоминания. В России Павел Завиша по семейной традиции подался на военную службу, стал офицером, а потом отправился на фронт и вскоре его след затерялся на полях сражений Первой мировой войны.

Когда Иннокентию исполнилось десять лет, его мать, так и не дождавшись мужа, принимает решение эмигрировать в Китай и с маленькими детьми в 1921 году переезжает в Харбин, где устраивается на работу машинисткой в управление Китайско-Восточной железной дороги, а сына отправляет учиться музыке, к которой он имел огромную тягу. Но в 1929 году семья оказывается без средств к существованию, и Иннокентий вынужден, прервав учебу в консерватории, зарабатывать на жизнь игрой в ресторанах.

Иннокентий Завиша обладал исключительными музыкальными способностями, был прекрасным трубачом. Долгое время играл в симфоническом оркестре в Шанхае, подрабатывал в киностудиях, в ресторанах. Учась в консерватории, Завиша познакомился, а потом и подружился со знаменитым Олегом Лундстремом, который называл Иннокентия за добрый и отзывчивый характер «мировым парнем».

В 1947 году его мать и отчим возвращаются в Советский Союз, а вот Иннокентию разрешили последовать за ними в Россию только спустя восемь лет. В 1955 году в числе других репатриантов он вместе со своей семьей поселяется в совхозе Неплюевский Карталинского района, где ему, творческому человеку, пришлось зарабатывать на хлеб физическим трудом. Но он не терял присутствия духа, верил в свою звезду и все это время мечтал о музыке. И только в 1957 году Иннокентий наконец-то перебирается в Карталы, где устраивается на работу в Дом культуры железнодорожников и с головой уходит в привычный для себя волшебный мир музыки.

Здесь он становится руководителем духового и эстрадного оркестров. По его инициативе создаются инструментальные трио, квартеты, ведется активная гастрольная деятельность. Легенда мирового джаза Олег Лундстрем, который к этому времени тоже вернулся на родину, не забыл друга юности — трубача-импровизатора, аранжировщика и просто «мирового парня», частенько приглашал его в Москву и Ленинград. Здесь он познакомил Иннокентия Завишу с такими видными музыкантами, как Эдди Рознер и Александр Вертинский. Встречи с великими мастерами сцены не проходили даром. Возвращался Завиша в Карталы с новыми идеями и пополнял музыкальный репертуар своих творческих коллективов настоящими шлягерами. И благодаря этому он и его оркестры пользовались у зрителей огромной популярностью, а на концертах всегда был аншлаг.

— Двадцать лет назад я встречалась с дочерью Иннокентия Завиши, которая только что вернулась из Польши. Марина Марьинская с волнением и душевным трепетом рассказывала мне, как она впервые посетила свою историческую родину, как побывала в Краковском университете и листала тот самый знаменитый «Гербовник». И лично убедилась, что Завишей здесь помнят и уважают. Памятник их знаменитому предку стоит на центральной площади Варшавы, один из теплоходов назван в его честь. Также его имя присвоено и конной академии, — вспоминает ту далекую встречу директор музея Берта Прыткова.

Чтят и помнят Иннокентия Павловича Завишу и карталинцы. После себя потомок славного польского рода рыцарей оставил целую плеяду талантливых учеников. Среди них Виктор Шлагов, который по сей день руководит в Карталах духовым оркестром, созданным еще по инициативе самого Иннокентия Завиши.

ВЯЧЕСЛАВ ЧЕБОТЬКО,
Карталы