Уж сколько раз твердили миру…

Не так давно в адрес уважаемого ветерана‑железнодорожника Ш. пришло письмо из благотворительного фонда «Почет» из Москвы. «Благотворительный фонд «Почет» сообщает о произведенных вам в 2009-м выплатах благотворительной помощи…».

Далее следуют даты и номера двух почтовых переводов по двести рублей. И просьба — написать заявление в фонд «Почет» о согласии на обработку персональных данных, непременно заверенных, указано кем, то есть имеющую юридическую силу. Иначе, написано, благотворительная помощь будет приостановлена. Есть и адреса: Москва, ул. Новая Басманная, 2 и еще ЗАО «Специализированный пенсионный администратор» на Дмитровке. «Однако нас насторожило, что письмо мы все же должны прислать не на Новую Басманную, не на Дмитровку, а на абонентский ящик, — пишут в редакцию супруги Ш. — К тому же никаких двухсотрублевых переводов мы не получали, да и не хотим получать. И с чего бы Москве так заботиться о челябинских железнодорожниках? Этим вполне успешно занимается Челябинское отделение РЖД. Объясните, как ко всему этому относиться?»

Прочитав присланное фондом «Почет» письмо, редакция тоже озадачилась. В Интернете, однако, информация о фонде «Почет» присут­ствует, что, по большому счету, ни о чем не говорит. Поэтому, не будучи уверенным, не получив подтверждающей информации, естественно, никакого согласия, да еще заверенного, на обработку своих персональных данных я бы лично никогда и никому не дала. К тому же, если это действительно благотворительность, то сумма 200 рублей смехотворная, да и ту на самом-то деле никто семье Ш. не посылал. И вообще, возникает простая мысль: мало ли как можно использовать заверенные персональные данные, что-то от чужого имени сделать? Согласитесь, повод для раздумий имеется.

К сожалению, методы недобросовестного вымогания денег особенно у пожилых людей приобрели в последние годы просто гигантский размах. Жительницу Металлургического района Л. какие-то целители «нагрели» на 18 тысяч рублей. Опомнившись, она пробует вернуть «лекарства», но ее и слушать не хотят. И вообще, разве по телефону можно осуществлять подобные сделки?

Ко мне домой тоже однажды позвонили из какой-то фирмы с водорослями. И когда я стала задавать вопросы: лекарство это или биодобавки, есть ли сертификат, женский голос на другом конце сурово отрезал: я не с вами буду говорить, а с вашим мужем, он же после операции... Однако я даму охладила: «А зачем? Касса-то у меня. Все зависит от того, дам я денег на ваши водоросли или нет». Дама отстала, а меня до сих пор волнует вопрос: как она узнала о проблемах в нашей семье, кто снабдил ее информацией и дал домашний телефон? Кто вообще имеет право спекулировать на такой больной теме, как нездоровье?

Одна из наших читательниц описала чудовищную историю. Когда она вызвала бабушке скорую помощь, следом приехали три(!), как она выразилась, «труповозки». И приехавшие были весьма настойчивы. Даже врач возмутился: что вы делаете, она же еще жива. Бабуся, слава богу, здравствует и поныне, но ее родственники в шоке:

«Ощущение, что коршуны, чуя смерть, слетаются…» И тоже вопрос: откуда адресок ритуальные службы взяли? Кто берет на себя грех сообщать им о предполагаемой кончине еще живого человека?

Хотелось бы в очередной раз обратиться к читателям с прось­бой: не быть легковерными, даже если, на первый взгляд, ничего опасного в присланных на ваш адрес и фамилию письмах нет.

Вот передо мной лежит очередное далеко не первое послание президента банка «Тинькофф Кредитные Системы» Оливера Хьюза:

«Наше обращение к Вам не случайно! Вы, как человек с активной жизненной позицией, скорее всего уже брали кредиты и знакомы со всеми его достоинствами и недостатками. Все мы, и я не исключение, берем кредиты. С кредитом мы позволяем себе чаще обновлять гардероб, радуем себя новой бытовой техникой, путешествуем. Но, несмотря на все то положительное, что кредиты несут в нашу жизнь, кредит — это не всегда так удобно как хочется нам. Во-первых, во время кризиса стало намного сложнее получить кредит, и Вы, скорее всего, сталкивались с малоприятными, подчас унизительными необходимостями искать поручителей или посвящать в свои дела бухгалтерию для получения справки о доходах. Во-вторых, стоимость большин­ства кредитов резко возросла. Все это может привнести в жизнь только лишние хлопоты, и сам кредит становится в полном смысле слова «золотым» для Ваших нepвов и кошелька!

Подобных проблем легко избежать, воспользовавшись услугами Банка «Тинькофф Кредитные Системы».

А далее называется процент кредита 12,5, который можно получить с карточкой «Платинум». Привлекательно? Да. Но… всегда читайте тексты, напечатанные мелким шрифтом. И если вы подсчитаете, сколько вам придется кроме 12,5 процента годовых заплатить за обслуживание вашего кредита, то, уверяю вас, вы тут же откажетесь от заманчивой идеи. В общем, хочется закончить щекотливую тему бессмертной фразой Крылова: «Уж сколько раз твердили миру», а воз, как понимаете, и ныне там. Люди продолжают обманываться.

Отойдя от избранной темы, в заключение хочется рассказать еще о двух письмах. Одно — из Нязепетровска от Таисии Петровны Ильиной, бывшего преподавателя английского языка, работавшей в последние годы в Нязепетровском управлении народного образования. Поскольку Таисия Петровна занималась там проблемами внеклассной работы, патриотического воспитания, то немало внимания уделяла краеведению. А потом и сама увлеклась стариной, даже выпустила «словарь нязепетровского говора». Занимается краеведением и поныне.

«А недавно, — сообщает Таисия Петровна, — у нас побывала экспедиция этнографического института из Санкт-Петербурга во главе с профессором Изабеллой Иосифовной Шангиной. Ученых интересовала деревня Шемаха, куда в свое время приехало немало выходцев с севера, сохранивших свои обычаи, культуру, особый, «поющий» говор. Две недели работала экспедиция, собрала бесценный материал. Вместе с петербуржцами работали и студенты из Челябинска. Кстати, к нам часто приезжают группы из Челябинского госуниверситета, академии культуры и искусств, педуниверситета. И всегда находят много фольклорных материалов. Значит, им интересен наш северный край!»

Конечно, интересен! Таисия Петровна надеется, что собранная информация может войти в новые книги о Нязепетровске — этом маленьком уголке, где все еще сохраняются старинные традиции, культура, язык «давно минувших лет». И это здорово!

Екатерина Ивановна Доргова (Бобрышева) увидела 20 мая в 120‑м номере нашей газеты снимок боевого самолета ДБ‑3 и материал «Первая бомбардировка Берлина». Екатерина Ивановна, оказывается, сестра Павла Ивановича Бобрышева, участника этой операции. Она просит Василия Павловича Рысенко, если он помнит брата, откликнуться и написать ей письмо на адрес редакции. А также просит откликнуться фоторазведчика Хужесаитова, с которым был знаком друг юности Екатерины Ивановны Виктор Михайлович Чупринский. О нем она тоже хотела бы хоть что-то узнать.

Так что ждем писем, которые мы обещаем передать Екатерине Ивановне в целости и сохранности.

Почту читала
ЛИДИЯ СТАРИКОВА