Кому Монетный двор позавидовал

В биографии этого нашего замечательного земляка есть такой факт: его мастерству, тонкости исполнения работ позавидовали на знаменитой фабрике Монетный двор.

— Что? Эти миниатюры сделаны в Челябинске, да еще разработаны всего одним человеком?! Не может такого быть! — этот вердикт был произнесен ведущими специалистами Монетного двора. Того самого, где уже несколько веков чеканят не только монеты-рубли, но и выпускают государственные награды: ордена, медали и памятные знаки.

Речь идет о ветеране Балтфлота, участнике Великой Отечественной войны, художнике, инженере, капитан-лейтенанте Российского флота, разработчике множества памятных знаков и значков, ветеране ЧТЗ — Борисе Матвеевиче Гриневиче.

Повод для встречи с ним не только грядущее 65-летие Победы, но и то, что впервые не он вручал почетный знак, им разработанный. Ему вручили один из самых почетных областных знаков — государственных наград области — золотой знак «За заслуги перед Челябинской областью». Вручая награду, губернатор Петр Сумин сказал немало теплых слов, поскольку работы Бориса Гриневича знает давно.

А Борис Матвеевич ответил собственными стихами к 65-летию Победы, обращаясь ко всему залу: «Ты ветеран? Ты Отчизны солдат? Только вперед и ни шагу назад!».

Действительно, был такой факт, когда 33 миниатюры Бориса Гриневича, посвященные истории ЧТЗ-Танкограда, своим совершенством привели в изумление специалистов Монетного двора. Работы Бориса Гриневича прекрасно знают и ценят на Военно-морском флоте России — от матросов до адмиралов.

Скажите, кому еще могут позвонить домой и поздравить с очередным успехом такие известные люди, как генерал армии, доктор военных и исторических наук, профессор Махмут Гареев, адмирал флота, экс-командующий ВМФ России Владимир Чернавин, отец и сын адмиралы Касатоновы?!

Вот так запросто: поблагодарить за удивительную миниатюру, памятный знак, посвященный Российскому флоту, побеседовать о житье-бытье, пожелать здоровья. Недавно генерал армии Махмут Гареев прислал Гриневичу свою книгу-фолиант «Неоднозначные страницы войны» с самой доброй надписью.

За этой книгой специалисты охотятся в буквальном смысле слова, а герою этих строк она была прислана в дар с авторской подписью. Знай наших!

С адмиралами Гриневичу общаться не внове, сам он из флотской семьи. Например, его дед Дмитрий Васильевич служил на знаменитом броненосце «Ослябя», лично знал адмиралов Макарова, Рожественского... Поскольку славился не только моряцкой доблестью, но адмиральский китель мог изладить безукоризненно. Потому он заразил своего любимого внучка Борю в сухопутном Челябинске тягой к морю и подвигу.

Дошло до того, что отличник учебы из вполне благополучной семьи написал письмо адмиралу Николаю Кузнецову: «Мой дед — морской ратник первого разряда с броненосца «Ослябя». Хочу воевать на флоте против фашистов. Прошу принять в специальную военно-морскую школу». Было тогда пареньку неполных пятнадцать лет, потому и решился за помощью к адмиралу обратиться.

Как ни удивительно, но вызов юному Гриневичу пришел осенью 1943 года! Но не с парадного крыльца, не с благословения знаменитого адмирала Кузнецова Борис осуществил свою мечту попасть на военный флот. По дороге, уже около Волхова, сержант, посланный военкоматом из Челябинска, попросту смылся вместе со всеми документами и продуктами.

Испугался, очевидно, попасть на передовую, в войска, прорывавшие кольцо блокады Ленинграда. Вот так и стал юный Гриневич не курсантом военной школы, а человеком без документов, личностью подозрительной. Моряки Ладожской флотилии, оборонявшие Ленинград, приняли мальца сыном полка.

Какие-то матросские вещички ему изладили, безо всяких продаттестатов на довольствие новоиспеченного приблудного юнгу поставили. Вот так не в классах морской школы, а в боях началось постижение флотской науки «незаконным юнгой» Борисом Гриневичем. И снаряды к орудиям подносил, и раненых вытаскивал — делал все, что положено матросу. Без особых скидок на молодость.

В начале 1944 года всех подобных юнг с Ладоги собрали и определили в Ленинградское речное училище, где тогда готовили и офицеров для службы на флоте на штурманском факультете. К тому времени по запросу прислали копии документов Гриневича из Челябинска, так он стал полноправным курсантом на законных основаниях. Правда, не «салагой», а уже обстрелянным моряком.

Война для Гриневича продолжалась и после 1945 года, поскольку молодой офицер попал служить на флагманский тральщик Т-701 в 23-ю Краснознаменную бригаду дважды Краснознаменного Балтийского флота. Сколько десятков морских мин — «рогатой смерти» вытралили моряки Т-701!

Глубоководное траление — до глубин 700 метров добывало со дна морского смертельные сюрпризы, поставленные еще в первую мировую войну.

Только для постороннего человека служба на боевом тральщике в мирное время может показаться увлекательным морским круизом! Каждую вахту, каждую минуту команды этих кораблей сознательно дразнили смерть. Иначе на глубинах, на дне морском мину не ликвидируешь.

Методом простым — спровоцировать любыми способами ее взрыв на месте, где она была поставлена.

А мины разные бывают, каждая со своим норовом: контактные, магнитные, акустические, гравитационные, дистанционные и так далее.

Вот на каком-то крупнейшем мине-фугасе и подпрыгнул в воздух тральщик Т-701, едва не разломившись пополам. Этот пируэт в воздухе стоил Борису Матвеевичу потери зрения на один глаз, острота зрения начала катастрофически падать. Пришлось «двадцатилетнему капитану», как его прозвали, списаться на берег с капитанской уже должности с теплохода «Молотов». Дальше — домой, в Челябинск.

Молодого флотского лейтенанта по комсомольскому набору направили в органы госбезопасности. Были и погони за шпионами-диверсантами, и работа следователем, в конце службы — медаль «Десять лет безупречной службы». И помимо флотского диплома военного штурмана-судоводителя, появился еще один — диплом юриста. К ним добавился затем третий — инженера-механика.

Вот так и пролетели 65 лет — войны, флотской службы, службы в органах, работы руководителем первого в стране бюро художественного конструирования по тракторостроению на ЧТЗ. Тут и начал Борис Гриневич свои работы по разработке почетных и наградных знаков, значков, гербов (плюс, конечно, к основной работе по конструированию).

Была, например, разработана фирменная краска ЧТЗ, его визитная карточка — «темно-желтая АС-182». Она вошла в госстандарты. Кроме того, завод получил большую экономию, отказавшись от довольно вредных, вызывающих раздражение глаз импортных пигментов. Перешли на отечественные, безопасные и дешевые.

Впервые была разработана система символов управления, что позволило отказаться от всяких надписей на множестве языков.

На днях Гриневич позвонил адмиралу флота Владимиру Чернавину и немало того удивил: «Знаешь ли, что два твоих слова вошли в британский словарь-справочник?» — «Нет. Какие же?» — «Выдавливание навалом!» Для людей далеких от флота скажу, что именно такую команду подал адмирал Чернавин, когда ему было приказано удалить без применения оружия незваных гостей в наших территориальных водах из ВМС США.

Это было в период эйфорической «вечной дружбы» с главным нашим супостатом. Тогда адмирал Чернавин принял удивительное по смелости и простоте решение, чтобы и мир к третьей мировой войне не привести, и наши воды очистить. По его приказу российские корабли, на скорости наваливаясь своими бортами на борта незваных гостей, «выдавили» тех в нейтральные воды.

Вот такой маневр и термин появились в морской тактике! А Чернавин в свою очередь сказал: «Ну, Матвеич, ты тоже даешь жару! Прислал ты мне открытку, посвященную твоему другу, ветерану подводнику-торпедисту, Герою Социалистического Труда из Челябинска Николаю Есину. Это просто здорово! Продолжи эту серию обязательно».