Первый закон о радиации

Впервые за 65 лет существования атомной отрасли в нашей стране в первом чтении в Госдуме России депутатами принят Федеральный закон об обращении с радиоактивными отходами.

Сам по себе факт, что законодательную базу это сложнейшее и опасное дело — обращение с накопленными и вновь образующимися радиоактивными отходами (РАО) — получает только сейчас, не может не вызывать удивления и изумления. Хранение РАО — дело затратное и опасное для экологии, не всякому его поручишь. Притом существовал целый ряд экономических неувязок, например, кто должен платить за образовавшиеся РАО?

Пресс-конференция «Проблемы обращения с радиоактивными отходами в Челябинской области», где обсуждались принципиальные моменты нового закона, прошла под эгидой комиссии по радиационной безопасности Общественной палаты области, министерства по радиационной и экологической безопасности (РЭБ).

Заместитель министра РЭБ Светлана Костина:

— Первый вариант этого закона, столь значимого для нашего региона, представлен на рассмотрение еще два года назад. Одно из самых важных в законопроекте — обязательность обеспечения финансами полного цикла обращения с РАО, то есть производители отходов обязаны заранее преду-смотреть резерв средств на обращение с РАО вплоть до захоронения отходов. Это единственно верное решение, не лоббирование чьих-то интересов, а рациональное предложение по обеспечению безопасности обращения с РАО. Единые для всех тарифы на обращение с РАО будут утверждаться правительством РФ, а финансы — аккумулироваться в резервном фонде госкорпорации «Росатом». Она же будет создавать объекты окончательной изоляции РАО.

Второе — предусматривается несколько источников финансирования: федеральный бюджет, средства предприятий. Логика проста — платит загрязнитель, там, где отходы образовались. Конечно, речи о создании радиоактивных свалок не идет в принципе. Будет создана Единая система обращений с РАО — от момента образования до окончательного захоронения. До выхода закона на предприятиях «РосРАО» (бывший «Радон») проведена инвентаризация отходов и классификация хранилищ. Конечно, и на ФГУП ПО «Маяк». Будет определено, сколько объектов окончательной изоляции РАО потребуется, где их рациональнее сосредоточить.

Сейчас в текст законопроекта внесено более 160 замечаний и поправок, в том числе от Челябинской области. Для региона особо важно, что ко второму чтению закона в ГД (которое впереди) внесены такие существенные изменения: собственность на пункты захоронения РАО исключительно федеральная. Запрещается захоронение жидких радиоактивных отходов в геологических горизонтах, есть гарантии прав граждан на информацию.

Заместитель технического директора ФГУП «ПО «Маяк» Юрий Мокров:

— Мы никогда отходы не ввозили и не ввозим, речь идет о ценнейшем энергетическом и радиохимическом сырье — отработавшем ядерном топливе (ОЯТ). Люди несведущие склонны сознательно или из-за незнания предмета путать РАО и ОЯТ. ОЯТ — топливо, отработавшее свой срок в энергетических ядерных реакторах, а «выгорело» в нем всего пять процентов содержания. Оно и поступает к нам на регенерацию и возвращение в энергетический цикл. Замечу, что четверть своей прибыли «Маяк» тратит на радиоэкологию, в жадности нас обвинить не посмеет никто. Кроме остекловывания и хранения в пеналах жидких высокоактивных РАО приступаем к утилизации среднеактивных отходов, для этого строятся две мощные установки. Подобной технологии в мире пока нет. После отделения чистой воды через суперфильтры среднеактивные отходы будут запаковываться в цементную матрицу. Сейчас ведутся научно-исследовательские и опытно-конструкторские работы на комбинате по полной утилизации и низкоактивных отходов. То есть с «Маяка» в окружающую водную систему «закрытых» промышленных водоемов Теченского каскада не будет поступать вообще никакая «вредная радиоактивность». Слухи же, недавно распространенные о том, что «Маяк» якобы завозит отходы из Франции, Венгрии, вообще плод чьей-то больной фантазии.

— Что касаемо ввоза на переработку и регенирацию ОЯТ энергетических реакторов из-за рубежа, это происходит в рамках давнишнего международного соглашения о нераспространении ядерного оружия. Вкратце оно звучит так: ядерное топливо на переработку должно быть возвращено предприятию-производителю, там, где его создали.

Что ж, надеемся, в хронически застарелой драматической истории обращения с РАО наступит долгожданный порядок, исчезнут неясности, разночтения, лазейки для разных кривотолков. И в целом для общества наступит желанная надежность., уверенность, что развитие атомной промышленности, энергетики, старые хранилища РАО, которые будут ликвидироваться, вреда россиянам, нашим землякам-уральцам, впредь не нанесут.

АЛЕКСАНДР ЧУНОСОВ,
озерск—челябинск