В Чебаркуле начали работу метеоритные водалазы

Метеоритные водолазы из Екатеринбурга из фирмы «Алеут — специальные работы», выигравшей тендер на проведение поисковых работ, заканчивают в эти дни подготовку к поискам осколков метеорита, упавшего в озеро утром 15 февраля.

Экологии не навредим…

Одним из главных и трудновыполнимых условий в победе в тендере было не только требование работы провести подешевле других соискателей, уложившись в выделенную сумму. Основным барьером были жесточайшие требования экологов: не должны пострадать ни малейшим образом подводные обитатели озера, природные красоты этого курортного места и самое главное — воды озера. Ведь озеро Чебаркуль — основной источник питьевой воды для города и окрестностей!

Существующие во всем мире технологии специальных водолазных работ примерно одинаковы: на глубине включается мощный гидромонитор для размыва ила и грунта, и все на глубине превращается в настоящий ад из мути и грязной воды, и в такой бурой «каше» вдобавок не видно ни зги! Попробуй найти, даже увидеть невозможно на глубине метеорит! Существующие стандартные насосы-илососы с такой грязевой завесой справляются лишь на короткое время, затем мониторы вновь поднимают со дна тонны грязи. Представляете, во что может превратиться при такой стандартной технологии одна из голубых жемчужин Южного Урала?! Не говоря уже о качестве питьевой воды в городском водопроводе…

Основатель-директор екатеринбургской компании, профессиональный водолаз первой категории (более двух тысяч часов работ под водой!) Николай Мурзин разработал и успешно применяет собственную авторскую технологию и специально разработанное инженерное оборудование. Такое, что мощная помпа ил откачивает, но воду не мутит, грязь со дна в водоем не попадает, а откачивается по трубам.

Под шум набегающей волны мы с Николаем Мурзиным расположились для разговора на днище перевернутой лодки, погожий денек способствовал неспешной беседе, только одна загвоздка, у моего собеседника катастрофически мало времени, шел самый ответственный подготовительный период. Наконец, все необходимые разрешительные подписи получены, а на базе водолазов, устроенной на гостеприимной территории чебаркульской базы спортсменов-водников, работа по подготовке шла в полном разгаре, не до разговоров. Потому водолазы не особо рады визитам журналистов. Оно и понятно, в работе водолазов нет мелочей, а само уникальное оборудование требует к себе особой аккуратности и тщательности. Поэтому Николай даже не стал мне его показывать: и некогда, да и сглаз, излишнее любопытство в таком деле не помощники!

      — География наших работ достаточно широка, — говорит Николай. — Весь Большой Урал, Западная Сибирь, центр России, был заказ даже из Санкт-Петербурга. За полтора десятка лет проехали полстраны, работали на гидротехнических сооружениях заводов, ТЭЦ, гидростанций. Почти 80 процентов заказов — работа по очистке питьевых источников, дело очень ответственное и сложное в плане обеспечения экологической безопасности. В Чебаркуль, например, прибыли от ваших земляков из Верхнего Уфалея, чистили там водозаборы, вели их глубокую реконструкцию. И сейчас одновременно с работами в Чебаркуле еще три наши бригады работают на других водоемах Урала. Скоро часть из них к нам присоединится. Все шесть наших водолазов — высококлассные сертифицированные специалисты.

— Как пришел к идее такой технологии? — переспрашивает Николай. — По университетскому образованию: химик-технолог, а по инженерной специальности — промышленная экология. Так что все эти проблемы близки и понятны как профессионалу. Основная наша работа — чистка рыбозащитных устройств и «ковшей», фильтров-осадителей на различных водозаборах. При этом ни единая рыбешка не должна пострадать! За все эти годы ни одной претензии не было.

Добавлю, что у Николая есть и патенты на его установку, что природу не губит! В ней достаточно много «ноу-хау».

Для чего на озере нужен спелеоподводник?

Пока надводные рабочие сваривали из стального уголка главную часть комплекса — прочный и вместительный помост (он затем ляжет на понтоны, на нем будет установлена мощная бензиновая помпа для отсоса ила, воздушный компрессор для дыхания водолазов на десятиметровой глубине, устройство для спуска водолазов под воду — люлька и другое оборудование), я познакомился с участником экспедиции, известным спелеологом-подводником Максимом Шипулиным из Екатеринбурга. Он член Свердловской спелеосекции, ей недавно исполнилось полвека, занимается «высшим пилотажем» — изучает затопленные пещеры, преодолел немало подземных бурных рек! Плавал во мраке тесного подземелья на всех пещерах Урала, в водных пещерах Средней Азии, Кавказа и даже Италии. Величина среди спортсменов такого подводного экстрима в пещерном царстве в нашей стране весьма авторитетная! Чемпион последнего первенства СССР среди спелеоподводников.

       — Слабо себе представляю, как вам приходится ориентироваться в вековой темени пещер, да еще и под водой!

       — Конечно, всякое бывало, например, чтобы проплыть через «шкуродер», а это узкая щель с просветом сантиметров тридцать-сорок, приходилось снимать дыхательное оборудование и толкать баллоны с воздухом перед собой, иначе через узкую щель не протиснуться. Или пещера Красный Ключ в Башкирии, там коварная подземная река зимой несет 12 кубометров воды в секунду, а весной все 70! Там находится карстовое плато, одно из крупнейших в мире, карстовые воронки доходят в диаметре до нескольких километров. Очень интересный район!

       — Но у нас на озере пещер нет, не туда же провалился метеорит?!

      — В пещерах подводнику почти всегда мало что видно, выработалась привычка, что наличие видимости необязательно, а ведь здесь нам как раз такой опыт очень даже необходим. На глубине девяти метров плюс четыре метра ила на хороший обзор рассчитывать не приходится…

Без ПСС не обойтись

   — На базе клуба «Парус» увидел машину знакомой расцветки, это автомобиль поисково-спасательной службы Челябинской области. И лица тоже давно знакомые: начальник поисково-спасательного подразделения ПСС, старожил этой службы Павел Псюкалов и его водолазы Сергей Сухов и Иван Швец. Здесь они для обеспечения безопасности подводных работ и как их кураторы, представители заказчика — областного министерства по  радиационной и экологическойбезопасности. На метеоритных работах здесь ПСС уже не первый раз.

   — Поиски по горячим следам в феврале дали немногое, видимость была нулевая, и руками не удалось нащупать, что же погрузилось на дно, прошив трехметровый слой ила, — говорит Павел Владимирович. Затем приезжали, когда озеро очистилось ото льда уже по весне. У нас были первичные данные магнитометрии чешской экспедиции профессора Гюнтера. Было указано на два подозрительных предмета, на них и сосредоточили свое внимание. Иван Швец активно участвовал в этих поисках.

     — Определяли место двух больших предметов с помощью ультразвуковых эхолотов, — говорит Иван Борисович. — Работать было непросто, водолазы работали с баллонами, а их запаса воздуха хватало минут на сорок. Искали предметы и с помощью двухметровых щупов. Эхолотом мы эти предметы видели, а вот щупом зацепить не повезло… Сильный ветер и непогода очень тогда помешали. Но координаты находок, обнаруженных с помощью эхолота, передали директору клуба «Парус» Евгению Королькову, чтобы он вручил их группе профессора Гюнтера для вторичного обследования магнитометрическим методом. В результате тело, которое лежит ближе к бывшей майне, на магнитометрию откликнулось. А дальнее тело в шестидесяти метрах в стороне даже слабыми магнитными свойствами не обладает, его забраковали…

P.S. Когда этот материал готовился к печати, стало известно: рабочий помост изготовлен, поставлен на понтоны и отбуксирован в точку, где располагается в толще ила предполагаемый фрагмент метеорита. Проходят первые разведочные погружения водолазов.

 фото автора