Какая разница, где сочинять книги?

Наталья Левитина о литературе и журналистике

Выходит «Вероника № 5» — новая книга челябинской писательницы Натальи Левитиной, известной своими произведениями о приключениях журналистки Юлии Бронниковой и другими романами. Корреспондент «ЮП» поговорил с Натальей о феномене скандинавского детективного бума, о том, откуда берутся впечатления и как обманывают писателей.

Когда одного тома мало

— Несколько лет назад мне довелось интервьюировать челябинскую писательницу Анну Ветер, которая работает в жанре фэнтези. Она призналась, что писательство для нее, скорее, хобби. Для вас же оно, насколько я знаю, все-таки переросло в профессию?

— Да. Во-первых, по образованию я журналист, а у каждого журналиста, мне кажется, есть мечта — написать книгу. Впрочем, я сочиняю разные истории столько, сколько себя помню. А прежде чем посвятить себя исключительно писательскому творчеству, успела сменить несколько специальностей. Работала и корреспондентом, и переводчиком в совместном предприятии, и инженером транспортной инспекции. Весь этот опыт потом очень пригодился. Первая моя книга вышла в 1993 году.

— Довольно давно.

— И не говорите! А в 1996-м у меня родился первый ребенок, через полтора года — еще два малыша… Так что на работу в офис я уже не вернулась. Но к тому моменту мои книги уже вовсю издавались, и в результате именно это и стало источником заработка. С тех пор мой единственный доход — это доход от писательского труда.

— А журналистикой сколько занимались?

— Так… Я начала писать для газеты еще в школе, в семнадцать лет. Пока заочно училась на факультете журналистики, работала в молодежной и городской газетах, на областном радио, а также делала передачи для телевидения. Хочу сказать, я очень рада, что успела поработать журналистом. Вы и сами знаете, сколько интересных встреч, знакомств дарит эта профессия. У кого я только не брала интервью в родном городе! Это было отличной практикой.

— Вы челябинский вуз заканчивали?

— Окончила Воронежский госуниверситет, также училась в ЮУрГУ на факультете психологии. А вообще-то я из Казахстана. В Челябинске мы с семьей живем с 96-го года. Уехали из Караганды в год очень сурового экономического кризиса. В городе не было ни газа, ни электричества, улицы и квартиры — все было погружено во тьму. И русское население потихоньку стало эмигрировать. Мы тоже оформили российское гражданство. Здесь, в Челябинске, я, кстати, часто встречаю земляков из Караганды, Костаная, Рудного, Петропавловска…

— Понятно, что в журналистике в массе превалируют тексты малых форм, по сравнению с литературой. Вам тяжело было переходить с малой формы на крупную? Как вам этот переход дался?

— У меня противоположная проблема: как уместить все сюжетные линии в одну книгу. Все время приходится себя останавливать, ограничивать. Или вместо одной книги писать две. Стоит придумать какую-то ситуацию и героев, как все это сразу обрастает деталями, усложняется. Сюжетные линии размножаются в геометрической прогрессии, герои плодятся, как австралийские кенгуру. К примеру, одна моя любимая героиня — журналистка Юлия — должна была фигурировать только в трех книгах. Я придумала что-то вроде трилогии. Но в итоге получилось восемь книг, так как в три романа история Юлии не уместилась.

Авторская провинция

— Сейчас благодаря скандинавскому буму детективы снова в топе. Помогает ли это как-то продажам ваших книг?

— Я, честно говоря, уже и не знаю, что может помочь продажам книг, когда любое произведение можно бесплатно скачать в Интернете, через электронные библиотеки, которые бессовестно нарушают права авторов. Зачем идти в книжный магазин и тратить деньги? Все уже отсканировано и выложено в электронной библиотеке — заходите и пользуйтесь. Но многие люди все-таки остаются приверженцами бумажной книги, наверное, только это и спасает тиражи, и нас — авторов. За что таким читателям я бесконечно благодарна. Что касается детективного бума, то я не считаю свои книги детективами. Это скорее их позиционирование для продажи, для магазинов. Всегда необходимо как-то обозначить жанр книги для оптовиков, которые заказывают книги в издательстве. Да, в моих книгах есть детективный элемент, саспенс, закрученная интрига. Но меня больше интересуют взаимоотношения героев, их переживания.

— Продолжая тему скандинавского бума, хотел спросить, чем лично вам понравились книги Стига Ларссона, автора трилогии «Миллениум»?

— Я вообще редко читаю разрекламированные романы, у меня возникает какой-то внутренний протест, когда книгу старательно навязывают с помощью рекламы и различных маркетинговых уловок. Однако все три книги Ларссона я прочитала. Сразу видно, что писал журналист. Обилие информации, избыточное, мне кажется, количество фактов и деталей. Интересная и необычная главная героиня, даже, я бы сказала, какой-то фантастический персонаж. Очень жаль, что жизнь автора трагически оборвалась в пятьдесят лет.

— Говорят, будет четвертая книга. За Ларссона ее допишут. Возвращаясь, впрочем, к писательству… Я недавно прочитал эссе Захара Прилепина, где он утверждает, что писателю сейчас нет никакого смысла перебираться в столицу. Вы с этим согласны?

— Совершенно согласна. Наверное, это разные вещи: быть писателем и быть раскрученным писателем, который постоянно мелькает на телевидении, чьи фото красуются на обложках журналов, а интервью появляются в каждом издании. Если хотите раскрутиться, то, конечно, надо ехать в столицу и там планомерно себя продвигать. Но какое это имеет отношение к творчеству? Вся эта суета, думаю, будет только вредить процессу, она вообще никак с ним не сочетается… А если просто сидеть и писать книги — какая разница, где их сочинять, в провинции или в столице?

— Это да, но все равно, согласитесь, что в столице, в отличие от провинциального города, можно получить больше впечатлений.

— А чем Челябинск не угодил? По-моему, у нас тут масса возможностей для развлечений и развития. Постоянные выставки, встречи, спектакли, гастроли. Все, конечно, зависит от человека. Кто-то получит массу впечатлений от пятиминутной прогулки по улице. А кого-то не впечатлят Париж и Лас-Вегас вместе взятые. У меня, например, воображения и фантазия до такой степени неуправляемые, что часто приходится давить на тормоз.

— Расскажите мне, как например человеку с не слишком богатым воображением, как вы, с этой фантазией работается?

— Я придумываю все от начала и до конца. У меня постоянно спрашивают, есть ли прототипы у моих персонажей? Кто-то ищет и находит сходство. Да, возможно, есть какие-то отголоски. Однако, чтобы придумать героя, мне не надо его с кого-то списывать. Они сами возникают в моей голове и начинают жить собственной жизнью.

Писателю деньги не нужны?

— Я знаю, что вы не так давно сменили издательство, и теперь ваши книги выходят в издательстве АСТ. Насколько это для вас лучше?

— Гораздо лучше. В материальном плане, в частности. Мой предыдущий издатель был твердо уверен, что писателю (и к тому же, матери четверых детей) деньги не нужны. Поэтому мы расстались. Однако он продолжает активно издавать мои книги, совершенно не утруждая себя выплатой причитающегося мне вознаграждения.

— Помимо вознаграждения, еще один наверняка важный момент для писателя — это творческие встречи с читателями.

— В сентябре я встречалась с читателями на Московской международной книжной ярмарке и в магазине «Молодая гвардия», и у нас в Челябинске — в магазине «Библио-глобус». Это огромное удовольствие поговорить с людьми, заинтересованными твоим творчеством. Приятно слышать: мы вас читаем, нам нравится, пишите еще и побольше.

Евгений Ткачев,

фото Вячеслава Шишкоедова