Не хочешь в армию— беги в библиотеку

Мировые эксперты предвещают скорую гибель книг. По мнению аналитиков, бумажную продукцию вытеснят специальные устройства для чтения литературы — букридеры — и Интернет. Массовым библиотекам предстоит тяжелая битва за читателя. Корреспондент «ЮП» провел один день в «храме знаний» и успел насолить писательнице Марининой, обидеть пенсионерку и проконсультировать читателя о процедуре развода

Обиженная пенсионерка

Массовая библиотека на окраине города. На часах 10:00. Я открываю тяжелую железную дверь и попадаю в фойе. В углу сидит дежурная. Ею оказывается невысокая женщина с короткими черными волосами и в очках в круглой оправе. Она лениво отрывается от детективного романа, состряпанного на скорую руку писателем- беллетристом, и проводит по мне глазами. «Вас уже ждут, — говорит, — на взрослом абонементе». Я иду по коридору и попадаю в просторное помещение, забитое стеллажами с книгами. В углу комнаты рядом с окном стоит новенький современный ксерокс. Обычно на нем школьники распечатывают заданное на дом стихотворение, а студенты — нужный параграф из учебного пособия. Услуга, естественно, платная — полтора рубля за лист.

Хозяйничает в помещении заведующая взрослым абонементом Валентина Аркадьевна Кузнецова — женщина невысокого роста, с добрым лицом и маленькими хитрыми глазками. Она расставляет книги на места в зависимости от номера. Пособия по медицине убирает на одну полку, по спорту — на другую, художественную литературу — на третью.

— Садись за рабочее место, скоро люди придут, — ласково командует она.
Валентина Аркадьевна как в воду глядела. Через минуту в комнату заглядывает пенсионерка. Увидев меня, она сильно удивляется, мол, вы кто? «Помощник библиотекаря», — уверенно отвечаю я. Немного смутившись, женщина называет мне номер абонемента, сдает книги и устремляется за новой «добычей».

— В библиотеку приходят работать и остаются на всю жизнь, — объясняет мне Валентина Аркадьевна. — У меня стаж — тридцать лет с гаком, а есть сотрудники, которые и больше сорока лет проработали. Постоянные читатели привыкают к нам, мы к ним. Ты для них как инородное тело.
Через несколько минут моя первая читательница-пенсионерка возвращается с книгами. В ее руках два женских романа и учебник по вязанию.

— Внукам собираюсь связать кофточки, — объясняет она. — Цены-то сейчас ого-го какие, а пенсия маленькая. Лекарство, продукты, оплата квартиры — все так дорого. А ребятишек порадовать нужно.
Я понимающе киваю. Бабушка стоит еще несколько минут, будто ожидая продолжения разговора, и отправляется восвояси.

— Пенсионерки-то поболтать любят и меньше чем через час отсюда не уходят, — разводит руками Валентина Аркадьевна. — На жизнь пожалуются, посплетничают, впечатлением от прочитанного поделятся. Хотя была у нас читательница, ох уж любила литературу. До ста лет следила за современной прозой и поэзией, пока не померла. В последние годы жизни ослепла совсем, бедняжка, так мы ей вслух читали.

Пока нет людей, Валентина Аркадьевна жалуется на должников. Говорит, что некоторые взяли книжки еще в начале прошлого года и не вернули их по сей день. Расчувствовавшись, я начинаю обзванивать «провинившихся». Из двадцати читателей мне удается дозвониться лишь до одного — девушки Тамары, которая поклялась принести книги завтра.

— Вот лишим ее абонемента, и запляшет тогда, — с угрозой в голосе говорит Валентина Аркадьевна, будто речь идет о тюремном заключении. — У нас вообще-то штрафы существуют — 50 копеек за день, но некоторые отказываются платить. Помню, раньше мы с коллегами вообще ходили домой к должникам. По два человека. Одному идти страшно: неизвестно на кого нарвешься!

За все надо платить

За час с небольшим обслуживаю всего несколько читателей. Тишина в помещении давит, я начинаю клевать носом. На выручку приходит директор библиотеки Надежда Волынец. Женщина просит помочь вычеркнуть из инвентарного журнала списанные книги.
— Если книжка простояла на полке десять лет и ее ни разу не взяли на руки, или же поступило аналогичное произведение в новом издательстве, то мы ее списываем, — объясняет директор. — С точки зрения документации процесс долгий, к тому же наше решение должна еще одобрить специальная комиссия.

По словам Надежды Николаевны, библиотека постоянно заказывает новые учебные пособия и современную художественную литературу. Поэтому может удовлетворить запросы любого читателя.
— Одно время мы даже пытались шагать в ногу со временем и покупали книги на DVD, — продолжает госпожа Волынец. — Взяли энциклопедию Брокгауза и Ефрона. Но с ней было неудобно работать. Поэтому от ноу-хау решили отказаться.

В фонде темно и сильно пахнет старой бумагой, из-за чего начинает кружиться голова. Я беру с полки старенькую и обветшалую книгу Лиона Фейхтвангера. На ней дата изготовления — 1969 год и цена — 9 рублей 80 копеек. Книга обречена, не сегодня, так завтра ее спишут.

— Бумажную продукцию нужно хранить при температуре 18—20 градусов тепла и при определенной влажности, — раскрывает профессиональные секреты Надежда Николаевна. — Зимой мы специально ставим в комнату ведра с водой, чтобы батареи не сушили книги. Пять лет назад у нас случилась трагедия: прорвало теплотрассу и все помещение залило кипятком. Погибло восемь тысяч книг. Мы долго судились с коммунальщиками, но все же сумели отстоять свою правоту, и они выплатили компенсацию.

Осмотрев фонд, мы подходим к инвентарному журналу и начинаем вычеркивать списанные произведения. Почему-то с особым удовольствием я поставил крестик на книге Александры Марининой с говорящим названием «За все надо платить». Должны же быть черные дни и у лучшего сыщика страны Анастасии Каменской.

Царство сна

Последний пункт — читальный зал. Но перед этим нужно найти информацию для позвонившего человека. В библиотеку обратился мужчина и попросил объяснить ему, какие права он имеет при разводе и как правильно оформлять заявление. Пока я штудирую Семейный кодекс, заведующая читальным залом Ирина Старченко объясняет мне причины странного звонка.

— К нам часто обращаются люди юридически неграмотные, — рассказывает она. — Особенно старушки. Нотариусы понимают, что у них денег нет, и отказывают в консультации, отправляя в библиотеку. Помню, был случай, когда к нам и вовсе пришел юноша и попросил «отмазать» его от армии. У парня была серьезная болезнь, а врачи во время медкомиссии закрыли на нее глаза. Мы навели справки и выяснили, что с его заболеванием служить не берут. В итоге молодой человек остался на гражданке.

Проконсультировав мужчину, мы отправляемся в читальный зал — этакое царство сна, где стоит гробовая тишина, а если люди и перекидываются словечком, то делают это шепотом. В комнате несколько студентов: две девушки и один парень в черном спортивном костюме, который, уткнувшись в страницы толстенной энциклопедии, сладко посапывает. «Сейчас проснется, сходит покурит, позанимается и опять уснет, — улыбается Ирина Старченко. — Молодые люди вечно не высыпаются!»

Не обращая внимания на юношу, я сажусь в кресло и начинаю искать абонементы девушек. Студентки просят меня дать им пять законов развития мировой экономики. Списка литературы на руках, естественно, не имеют. «Ничего себе, — думаю, — знал бы их, не работал бы журналистом». На поиски отправляюсь вместе с заведующей. «У нас еще хуже случаи бывали, — вспоминает она. — Как-то пришла школьница и попросила статьи «о постановке диагноза по почерку». И непонятно, смотреть нам учебники по медицине или по психологии. Но мы должны ко всем относиться с уважением и стараться помочь. Правда, одно время к нам повадились ходить бомжи. На улице стоял страшный холод, а они у нас отогревались. Но читатели стали жаловаться на противный запах, поэтому мы сказали бомжам, что библиотека стала платной».

Близится вечер, работа в библиотеке продолжается. Я ищу книги, вписываю их номера в абонемент читателя и понимаю, что начинаю уставать от цифр и от тишины. Люди расходятся, остается лишь посапывающий за столом парень. Мои глаза медленно слипаются. Начинаю зевать и в конце концов засыпаю. Через несколько минут меня будит бой старинных часов. Я ищу заведующую читальным залом, передаю ей свой пост и выбираюсь из «царства сна» на улицу.

Эпилог

Порой возникает ощущение, что в библиотеке время замедляется. Это совершенно другой мир, со своими законами, правилами и интригами. Сюда приходят за крошечные деньги (опытные сотрудники получают шесть тысяч рублей в месяц) и остаются на десятилетия. Может, из-за любви к книгам, может, из-за того, что жить в этом уютном «царстве сна» спокойно и хорошо. Возможно, Интернет и современные технологии со временем вытеснят массовые библиотеки. Но пока эти маленькие уголки существуют, пока их «жители» продолжают хранить знания, на душе становится теплее. Должно же быть место на Земле, где можно спрятаться от бурлящего мегаполиса и провести несколько часов наедине с душевной книжкой.