Нашаманенный праздник

На днях дети-сироты играли с самоедскими лайками, пили мятный чай из покрытого копотью железного чайника и слушали наставления псевдошамана. Экскурсия прошла в этническом центре народов Севера и собаководства «Аквилон».

— Любовь к людям у лаек заложена на генетическом уровне, — кажется, в сотый раз за свою практику говорит экскурсовод Римма Мещерякова. — Если щенок проявляет к человеку агрессию, то его убивают.

Восемнадцать мальчишек и девчонок из детских домов номер пять и восемь (должны были приехать еще ребята из онкоцентра, но состояние их здоровья в день выезда ухудшилось) пропускают слова гида мимо ушей. Им весело, они хотят поиграть с белоснежными пушистыми животными. Ожидание затягивается. Наконец работник центра открывает вольеры и во двор выбегают десятка полтора лаек. Псины носятся за детьми, дети за псинами. Атмосфера настолько положительная, что не хватает только нарисованной вороны из советского мультика про домовенка Кузю, которая бы во всю глотку прокаркала: «Счастье привалило!».

Игры с собаками длятся минут десять. Расставание затягивается еще на пять. Экскурсовод отрывает ребят от новых друзей и ведет кататься на снегоходе и горке.

Римма Мещерякова работает в «Аквилоне» несколько лет. Маршрут в центре не меняется: катание на лайках и снегоходе, посещение музея народов Севера и чаепитие с шаманом, за отдельную плату — банька и кафе. По ее словам, начальство уговорило Римму проработать еще одну зиму. У нее наметился собственный турбизнес. Семья Мещеряковой построила гостиный двор в поселке Серпиевка Катав-Ивановского района, и женщина готова была водить новые экскурсии… в Игнатьевскую пещеру, в которой по легендам бродит дух старца Игнатия.

Путешествие по центру продолжается, несмотря на холод. Дети забыли про мороз и облепили двухметровую горку. Стало завидно. Особенно ребятам из детского дома № 5, которые приехали в валенках.

Через полчаса у Риммы Мещеряковой просыпается жалость к нам и воспитателям. Мы идем в избу, которая почему-то названа ярангой (яранга — переносное жилище северных народов. Круглая в плане, состоит из деревянного каркаса с коническим куполом из шестов, покрытого оленьими шкурами. — Прим. авт.). Антураж в помещении что надо. В углу «буржуйка», под потолком керосиновая лампа, рядом тотем с изображением волка, на стене рога лося, шкуры чернобурки и оленя. Последняя — импортного производства и специально привезена из Финляндии.

— Зимой на севере замерзают все реки, и людям элементарно негде мыться, — продолжает ликбез Римма Мещерякова, — поэтому одежду носят мехом к телу, он таким образом может служить мочалкой. А когда мех становится грязным, его очищают в снегу.

К концу экскурсии мы перемещаемся в чум. Жар от разведенного в нем костра приятно обжигает руки, мятный чай согревает душу. Через пару минут появляется шаман в традиционном шаманском одеянии. Он поразительным образом похож на водителя, катавшего детей на снегоходе. Мужчина пританцовывает, бьет в бубен и напевает что-то на неизвестном наречии.

Зовут его Борис Дашевский и он, в общем-то, никакой не шаман, а руководитель «Аквилона». Начинал с разведения лаек, а потом решил открыть собственный центр.

— Детям не считаю нужным преподносить элементы культа, — рассказывает Борис мне позже. — Достаточно показать им, как выглядит шаман. Как звучит бубен, как звучит варган, показать возможности горлового пения.

В духов и богов Борис Дашевский верить отказывается. Говорит, что воспитан атеистом и даже был членом КПСС, в которую вступил по собственному желанию. Партбилет в отличие от Ельцина публично не бросал, а сохранил на память.

— В век прогресса быть религиозным фанатом, по меньшей мере, несерьезно, — считает он. — Верить можно в кого угодно, но не стоит перегибать палку. Некоторые ползают на коленках весь день, расшибают лоб об пол, а потом садятся в машину и едут пить водку в ночные клубы. Нужно быть более последовательным.

Шаман Борис оказался неплохим шоуменом. Он воспроизводил имена присутствующих на варгане, заставлял детей произносить «ууу-ааа» под удары бубна и требовал от экскурсантов дружного крика, чтобы вместе с ним в дымоход вышли все дурные мысли. Напоследок детям вручили сладкие новогодние подарки и проводили до автобуса.

На обратном пути организатор акции, волонтер фонда «Милосердие без границ» Наталья Борисова рассказала о своем новом проекте. Пару месяцев назад она организовала конкурс живописи среди детей-сирот и детей, страдающих онкологическими заболеваниями. От ребят требовалось нарисовать пейзаж на тему «времена года». Все работы выставили на официальном сайте фонда, двенадцать лучших отобрали спонсоры и партнеры. Из них составят календарь на год — каждый рисунок будет олицетворять тот или иной месяц. Благотворительный проект Натальи ляжет в основу ее дипломной работы по социологии «Проблемы семьи в современном PR».

За соседним креслом сидит 11-летний Влад из детского дома № 5. Пацан нарисовал дом, рядом с которым стоят два снеговика, и выиграл конкурс. Влад роется в целлофановом мешке, подаренном ему шаманом, находит конфету и пытается выменять ее на шоколадный батончик. Наталья, видя это, на секунду задумывается.

— Не знаю чем займусь, когда окончу вуз, но эта работа мне по душе, — говорит девушка. — Разве не здорово?

—Здорово! — соглашаюсь я.

ВАСИЛИЙ ТРУНОВ