К слову и к кадру — бережно…

Нужен ли опыт Эй-Би-Си на челябинском телевидении?

 Сегодня, 1 августа, исполняется ровно месяц со дня вступления в должность нового руководителя ГТРК «Южный Урал» Петра Васильева. Последние семь лет он руководил ГТРК «Ставрополье». Его предшественник, Василий Платонов, возглавлявший компанию 16 лет, стал советником регионального департамента ВГТРК.

«Одно сплошное телевидение…»

Помните, как уверял герой фильма «Москва слезам не верит» — «Через 20 лет будет одно сплошное телевидение»? Должно быть, его пророчество вполне разделяли и в Челябинске, где весной 1958 года в горсаду выросла почти 200-метровая телебашня и уже первого мая состоялась пробная передача. В финале был показан фильм «Рассказы о Ленине». Первыми сотрудниками Челябинского ТВ были не только работники газет и радио, но и артисты театров. Одним из первых челябинских телевизионщиков был и легендарный Леонид Оболенский.

Несмотря на то, что первые челябинские операторы располагали лишь любительскими пружинными кинокамерами «Киев», подержанными японскими аппаратами «Сакура», на студии снимались киноочерки и фильмы, ставились телеспектакли. А некоторые постановки, например, «Честное комсомольское» в июле 1960 года транслировалась даже по Центральному телевидению, и ее выдавали в прямой эфир из столичной студии на Шаболовке…

Нынешнему руководителю ЧГТРК, уроженцу Москвы Петру Всеволодовичу Васильеву, 55 лет. Значит, по возрасту он лишь на год младше компании, которую только что возглавил. Компании, где и сегодня, должно быть, верят в то, что и через 20 лет будет одно сплошное телевидение…

Американский опыт

— В 90-х вы были спецкором информагентства «Интерфакс» в США, докторантом Школы журналистики и массовых коммуникаций Университета Колорадо, исполнительным продюсером американской телекомпании «Эй-Би-Си Ньюс». Насколько этот опыт был полезен для вас, как настоящего и будущего телевизионщика?

— Любой опыт полезен. Тем более, когда ты открываешь для себя что то новое, и полученные знания можешь применить в дальнейшем. И это происходило, когда в начале «нулевых» был исполнительным продюсером телекомпании НТВ, работал на телеканале «Россия»…

— Возможен ли формат американского ТВ для российского? Тем более — регионального?

— Нужны ли заимствования и перенос с одной почвы на другую, целиком калькирование? Думаю, что нет. Потому что в американском телевидении есть свои сильные и свои уязвимые стороны. Точно так же, как на советском и на российском. Есть, безусловно, чем гордиться. А есть и то, что видно невооруженным глазом — не только профессионалам, но и рядовым зрителям — несуразицы, ляпы.

В любом случае: чем большим количеством знаний мы вооружены, тем лучше. Вопрос в другом: как ими распорядиться…

В команде генерала Лебедя

— Вы работали по заказу программ «Прайм-тайм Лайф» и «Найтлайн» на канале «Эй-Би-Си». Что это за продукт?

— Это была документально-информационная программа, которая снимается в формате больших специальных репортажей, состоящих из небольших — по пять-семь минут — документальных фрагментов. Для будущих репортажей приходилось работать с различными группами, в том числе — в команде ныне покойного генерала Лебедя, когда делали большой сюжет о чеченской войне. То есть весь этот российский материал использовался в рамках канала «Эй-Би-Си»для американской аудитории. Выезжали в основном в российские регионы, хотя были командировки и за рубеж.

— В этих проектах не прослеживалась ангажированность?

— В те годы ангажированности было гораздо меньше. Последний мой проект был примерно в 2000 году. И тогда я уже все чаще сталкивался с тем, что стало культивироваться очень выборочное отношение к тому, КОГО приглашаем на интервью, и к тому, ЧТО человек должен сказать. То есть подходы изначально были предопределены.

Прямо скажу: все это, конечно же, обсуждалось. Группы были интернациональные — американцы, британцы, причем все операторы и звукоинженеры были поляки.

Обсуждали и до поры до времени в какой то степени были вынуждены с этим мириться, а потом каждый из нас принимал собственное решение. Я принял решение — категорически не продолжать. Хотя у меня и были очень интересные предложения.

— Ваше предшественник в хорошем смысле был технарь. Причем мастер спорта по радиоспортивным дисциплинам. Вы — гуманитарий. Как вы считаете, важна ли профессия для руководителя такой специфической организации, как ГТРК?

— С Василием Ивановичем Платоновым мы общаемся уже давно — и профессионально, и по- человечески. Надеюсь, что такими же эти отношения останутся и впредь.

А в отношении профессии… Здесь существуют разные подходы. Я не хочу, чтобы моя точка зрения как то довлела. Но все-таки важно знать, ЧТО ты производишь, то есть некий вещательный продукт: новости, документалистику, ток-шоу. Техническая сторона этого производства — это всего лишь одна из составляющих. Сам же продукт требует все-таки гораздо больших навыков и умений.

Очень важно самому написать текст, и не один текст отредактировать, не один материал получить — перечеркнутый от главного редактора, самому снять сюжет, понять, что такое Stand Up, съездить в два десятка командировок — и только после этого, наверное, можно говорить, что я, мол, знаю, что это за хлеб.

Мы не «косили» от армии

— Для многих было неожиданностью узнать, что вы кандидат филологических наук. Какова была тема вашей диссертации?

— Это был 1986 год, когда я вернулся из армии. По закону, который существовал в Советском Союзе — я считаю, что это был хороший закон — после окончания вуза все обязаны были отслужить в армии. Я заканчивал переводческий факультет Московского института иностранных языков имени Мориса Тереза по специальности «Переводчик с английского и испанского языков». Через полтора года после окончания меня призвали в армию — я тогда уже работал на Иновещании в Гостелерадио СССР, где, кстати, закончил работу комментатором «Всемирной службы» Московского радио на английском языке. В то время ни я, и никто из моих товарищей таким приемом, как «откосить» от армии, не пользовались.

В институтской группе, в которой я учился, было 12 человек. Кто то поехал переводчиком в ООН, кто то — в ИТАР-ТАСС, меня отправили служить военным переводчиком в Ирак, о чем сегодня нисколько не жалею.

Уже вернувшись оттуда, снова, по закону, я должен был восстановиться на том же предприятии, с которого призывался — в неменьшей должности. Мне дали даже должность повыше: уходил младшим редактором, а вернулся — стал просто редактором. Параллельно подал документы в заочную аспирантуру на журфаке. Тема диссертации звучала так: «Всемирная служба Би-би-си — канал британской внешней политики. Формы, методы и принципы организации вещания на зарубежные страны».

Один из моих товарищей по студенческой скамье Владимир Григорьев был заместителем министра массовых коммуникаций в бытность, когда руководил ведомством Михаил Лесин, Андрей Шитов — спецкор ИТАР-ТАСС в Нью-Йорке, Андрей Долгов успешно делал карьеру в ООН. Поддерживаем с ними связи, иногда просто по мэйлу друг друга поздравляем.

Накануне нового сезона

       — Что то вы намерены менять? Жанры, темы, формат? Можно ли ожидать каких то кардинальных перемен на местном ТВ или просто «бархатных» революций?

        — Я не сторонник революций. Считаю, что путь эволюции гораздо более привлекателен для любых процессов. Причем эволюции спокойной, грамотно просчитанной. Конечно, под новый телесезон — а мы сейчас как раз на входе в него — будем выстраивать новые программные продукты — с тем, чтобы телезрителям, которые смотрят наши каналы, предлагать то, что в первую очередь ими было востребовано. Чтобы было интересно, познавательно и значимо, и чтобы люди не переключались на другие каналы.

          — Отталкиваясь от ставропольского опыта, как бы вы оценили технически и творчески империю ЧГТРК?

— Сегодняшний уровень редакторского, корреспондентского, операторского и режиссерского мастерства в компании достаточно высок. По десятибалльной шкале я бы поставил: от семи с половиной до восьми. Это достаточно высокая планка. Дальнейшая задача — подтверждать и удерживать эту оценку. А то, может, и подрасти где то.

           По различным критериям ГТРК «Южный Урал» сегодня входит в десятку сильнейших телекомпаний в стране. Начнем с того, что сам Челябинск — город-миллионник, с агломерацией — за два миллиона. Это огромная аудитория, это индустриальная столица не только Урала, но, пожалуй, и всей России… Конечно, это совершенно иная среда для телепроизводства, нежели какие то иные города, которые по размеру населения и по объему рекламного рынка не попадают в эту обойму.

            — То есть, если судить только по аудитории, ЧГТРК просто обязана быть интересной и профессиональной…

          — Именно так! Начиная с производства телепрограмм вы обязаны изучить свою аудиторию. Потому что у нее есть свои запросы, свои привычки, свои требования. Если вы не попадете в этот выбор, а будете предлагать нечто иное, то не факт, что аудитория это примет. Может быть, с чем то вы и угадаете. Но опять-таки есть большой риск быть отвергнутым. Поэтому с экспериментами подобного рода поступать нужно очень аккуратно.

             — А у вас были эксперименты?

          — Посмотрите: вот, например, эссе, критическая статья — все эти жанры эволюционизируют. Мы же продолжаем находиться в производстве новостей, которые, как и в позапрошлом веке, остаются самым консервативным жанром, и экспериментировать в котором очень сложно.

Тем не менее, эксперименты, конечно, были. Некоторые из них вооружили меня полезными знаниями: ЭТОГО делать больше никогда нельзя. Некоторые, наоборот, оказались успешными.

Из наших ближайших экспериментов — запуск полноформатного социально-политического, публицистического ток-шоу на канале «Россия 1» с повтором на других каналах. Его героями будут любые люди, которые окажутся с теми, кто не будет бояться приходить в студию и участвовать в полемике. Принципиально только одно — чтобы не было очередности зачитывания вопросов по бумажке и театрального воспроизводство ответов с другой заранее заполненной бумажки. Это должна быть острая дискуссия на самые злободневные темы. Например: кто и как продает блатные номера и каким образом они оказываются на дорогих машинах? Или, например, почему у нас растут тарифы на ЖКХ и за счет чего этот рост можно сдержать?

Темы будут самые разные — жизнь должна их сама предлагать. Что у нас в информационном топе на повестке дня? Что волнует людей, которые будут смотреть наш телеканал?

— Война информационная может докатиться до нашего региона? Если да, то в какой форме? Например, освещение темы событий на Украине. Понятно, что все каналы, в том числе проправительственные или условно альтернативные — освещают подобные темы по-разному.

— Профессионализм работы всех журналистов заключается в одном: наша задача — говорить правду, какой бы горькой она ни была. То есть — не писать под диктовку и не редактировать, компилируя куски текста, выкидывая что то неудобное и подчеркивая что то и кому то выгодное. Повторюсь: надо набраться мужества — и писать правду. Это задача и госканалов, насколько я понимаю. Речь идет не о каком то диктате руководства. Нужно в себе победить каких то внутренних цензоров, которые до сих пор живучими почему то оказываются. Но эта победа не означает, что можно пускаться во все тяжкие и из всего устраивать «Дом 2». Как раз нет! Надо предлагать грамотно и ответственно те новости, которые сегодня являются топовыми, знаковыми для наших сограждан. При этом — соблюдать балансы, проверять источники, требовать от своих корреспондентов как минимум бережного отношения к слову, а от операторов — к кадру.

Город восторгает

— Знание английского языка не пропадет здесь даром?

— Я до сих пор читаю и переписываюсь на английском. Не должно пропасть (смеется). Вот сегодня с утра читал в Интернете пару интереснейших статей о том, как американская информационная система избирательно подает новости. Полностью с этим согласен.

— Какие хобби у главного телевизионщика?

— Рыбалкой не увлекаюсь. Играю в большой теннис. В молодости играл в волейбол, но получил травму и пришлось переключиться на спорт менее травмоопасный. Очень люблю аудио-книги, потому что много времени приходится проводить в машине. Город пока не знаю, но он меня уже восторгает. Как водителя, меня особенно радует большое количество широких проспектов — полосы так полосы! Архитектура очень симпатичная.

Мечтаю еще раз поехать в Златоуст, где был много лет назад: очень уж увлекаюсь холодным оружием. Заинтересовался вашим знаменитым на весь мир музеем камней в Ильменском заповеднике — думаю поехать пофотографировать. Пытался как то на даче построить горку из камней — ничего не получилось, до сих пор валяются разбросанными. Поеду в Миасс — может, чего и подгляжу…

В семье — счастлив… Дочь поступила в международный университет в Москве, будет изучать английский язык — пойдет по моим стопам. Супруга занимается бизнесом. С моей работой у нее нет ничего общего. К сожалению. Или — к счастью?

фото Вячеслава Шишкоедова