Страсти по «бутерброду»

«Уважаемые наркоманы! Складывайте, пожалуйста, ваши шприцы в баночку, а не разбрасывайте где попало. Не хочу, чтобы моя дочь ими играла». Такое вот объявление появилось не так давно на стене третьего подъезда дома номер 289 по проспекту Победы в Челябинске. Здесь в одной из квартир на первом этаже уже давно торгуют наркотиками. Только вот ни Госнаркоконтроль, ни милиция ничегошеньки с этим поделать не могут — наркотик — лекарственный препарат опийной группы — вполне себе легален. Буторфанол называется. Или по-просторечному — «бутерброд».

Чума на оба наши дома

Жителей 289-го и прилегающего к нему 291-го домов по проспекту Победы уже не удивляют толпы молодежи в своем дворе, развязные, а порой и весьма агрессивные. О том, что в третьем подъезде на первом этаже 289-го дома продают наркотики, знают даже дети. Родители просят их играть подальше от злополучного места и шумных подростков, собравшихся, словно ведьмаки, на шабаш.

Жильцы уже привыкли к непрошеным гостям в своих подъездах. И без теории вероятности шанс встретиться с наркоманами (они еще и поздороваются, как старые знакомые) или продуктами их жизнедеятельности — шприцами, упаковками от лекарств — выпадает регулярно. К тому же у «ломаемых» появилась привычка употреблять купленый товар, усевшись прямо на коврики перед дверями домочадцев. Им так комфортнее, знаете ли. Ничего себе «лекарство»

В последнее время врачи все чаще говорят о появлении новой категории наркоманов. Это подростки-экспериментаторы, которые ищут аналоги «тяжелых» наркотиков среди аптечных лекарств. Их «изобретательности» удивляются даже специалисты.

— Как только препарат выходит на рынок, наркоманы его пробуют, — замечает психиатр-нарколог высшей категории, заведующий курсом наркологии Уральской государственной медицинской академии дополнительного образования Росздрава Евгений Кривулин. — Врачи еще не успевают как следует его изучить, а они уже вовсю потребляют. Мы просто не можем за ними угнаться!

Впрочем, буторфанол — далеко не новинка на этом рынке. Его полное описание можно легко найти в Интернете на любом из множества медицинских и околомедицинских ресурсов (корреспонденту «ЮП» попалось описание «бутерброда» даже на сайте одной из столичных ветеринарных клиник). Препарат опийной группы, обезболивающее, по своему составу близок к морфию, может использоваться как его заменитель. То есть вполне себе наркотик, который разрешено продавать только в аптеках (и то не во всех), и только по рецептам.

— Министерство здравоохранения и социального развития России относит буторфанол к лекарствам списка «А», то есть «наркотическим или ядовитым», — говорит Евгений Кривулин. — Когда в 90-е годы грянул опиумный «бум», на него стали «садиться» те, у кого не было денег на героин. Стоил он копейки, да и в наше время его цена колеблется в пределах двухсот рублей за ампулу. Некоторые наркоманы героин и буторфанол чередуют — так дешевле. Злоупотребление препаратом приводит к осложнениям, не меньшим, а может, даже и большим, чем от употребления героина: за короткое время разрушаются сосуды, поражается печень, почки, клетки головного мозга. Быстрая деградация обеспечена.

Впрочем, несмотря на то, что буторфанол считается лекарственным препаратом, во врачебной практике он применяется не так уж и часто. Это подтвердил «ЮП» анестезиолог-реаниматолог городской больницы № 3 Челябинска Александр Кирдяшкин. Он и его коллеги давно не используют данный препарат, заменяя его по возможности другими, со сходными свойствами, но менее «криминальными» медикаментами.

Слова врачей подтверждает и печальная статистика областной антинаркотической комиссии. Не так давно в интервью «ЮП» начальник главного управления по взаимодействию с правоохранительными и военными органами Челябинской области Андрей Максимов привел следующие данные: от передозировки лекарственными препаратами, использовавшимися как заменитель наркотиков, за последние два года скончались почти сто человек. Буторфанол — в числе печальных лидеров.

Так в чем же дело? Почему нельзя пресечь явное, открытое зло?

Мы бессильны

О беде жителей знают все, казалось бы, ответственные за борьбу с наркоторговлей структуры.

После очередного звонка в управление федеральной службы по контролю за оборотом наркотиков России по Челябинской области в нехорошую квартиру нагрянула проверка с обыском. Как и ожидалось, сотрудники службы не нашли у хозяев наркотики, зато обнаружили буторфанол. После визита оперов Госнаркоконтроля в подъезде стало непривычно тихо и чисто. Но уже через несколько дней у крыльца образовалась очередь из тех, кто пришел за порцией «бутерброда».

— Знаешь, к нам на телефон доверия частенько сообщают об этой квартире, — сказал в частной беседе один из знакомых оперативников Госнаркоконтроля. — И мои коллеги не раз бывали «в адресе». Но, по большому счету, мы бессильны.

Знает о проблеме и участковый Калининского района майор милиции Сергей Панасюк. Но, по его словам, заниматься этим должны вышестоящие органы. А знакомые милицейские опера также в частном разговоре подтвердили: всерьез наркоторговцев не наказать.

— Продавцы анальгетика с точки зрения компетенции нашей службы не совершают преступления, потому что буторфанол — это в первую очередь лекарство, — подтвердил «Южноуральской панораме» руководитель пресс-службы Управления ФСКН по Челябинской области Ольга Кирдяшкина. — Да, мы выявляем факты злоупотребления и распространения препарата, фиксируем их и информируем об этом федеральную службу. Только она вправе обратиться в правительство Российской Федерации с инициативой включить его в списки контролируемых службой наркоконтроля медикаментов. Управление Федеральной службы по контролю за оборотом наркотиков — государственная организация, действующая в рамках закона. И пока соответствующего распоряжения нет, у нас связаны руки.

— Тогда кто должен решать эту проблему?

— Обратитесь в правоохранительные органы. С точки зрения органов внутренних дел, продавцы буторфанола могут быть привлечены за незаконную предпринимательскую деятельность. Профилактика «милиционера непосредственной близости» (участкового) тоже всегда влияет положительно.

— В законодательстве Российской Федерации нет ни одной статьи, согласно которой физические лица, продающие буторфанол, несли бы за это уголовную ответственность, — также подтвердил корреспонденту «ЮП» начальник отделения оперативно-сыскного отдела УВД по городу Челябинску Александр Турлаков. — Некоторых торговцев ампулами мы задерживали десятки раз, но наложить арест на них (даже 15 суток) мы не имеем права. Максимум, что им грозит, — штраф в размере 500—2500 рублей и неприятный разговор с сотрудниками управления по борьбе с наркотиками.

— Можно ли привлечь продавцов буторфанола по статье 171 Уголовного кодекса «Незаконное предпринимательство»?

— Теоретически это возможно, но при этом необходимо доказать, что продавец выручил большую прибыль за сбыт товара, не менее 250 тысяч рублей. Причем важно, чтобы покупатель был истинным, а не подставным лицом из милиции. На деле задержать торговца с такой крупной денежной суммой нереально. Проживающим в указанном вам доме людям стоит обратиться к участковому. У него, конечно, тоже нет полномочий для задержания «наркоторговцев», но он обязан следить за порядком на своем участке.

«Нам как всегда»

Повторимся, с 2006 года буторфанол, согласно закону, подлежит предметно-количественном учету. И на каждую проданную упаковку этого лекарства у аптекаря должен храниться рецепт от врача. При таком раскладе возможность продажи медикамента «из-под прилавка» практически исключена. Чтобы проверить так ли это на самом деле, корреспондент «ЮП» решила зайти в одну из круглосуточных аптек возле Теплотехнического института.

«Трешка», «инсулинка» и «нафтизин в стекле» — стандартный набор вечерних посетителей аптеки. Молодого человека в белом халате, фармацевта аптеки, постоянные клиенты приветствуют с порога: «Привет, Виталик! Нам, как всегда». Это заказ двух девчонок лет четырнадцати, пересчитывающих в ладошках рубли. «Блин, не хватает. Ладно, давай один шприц. И можно я восемьдесят копеек завтра занесу?» — спрашивает одна из них. На том и договорились: аптекарь протягивает шприцы и капли для носа.

— А буторфанол есть? — спрашиваю я.

— Нет, — отвечает, заинтересованно оглядывая меня, Виталик. — У нашей аптеки нет лицензии на продажу этого препарата. Да и спрашивают его редко. Медики, зная нездоровый интерес к этому лекарству, стараются его не назначать.

Если продажа буторфанола действительно так строго отслеживается, тогда откуда и как наркотические лекарства, причем, судя по масштабу торговли, в оптовых масштабах попадают в руки наркоторговцев?

— Знаешь, нас, если честно, уже достала эта проблема, которой уже лет как десять. Бесит собственное бессилие, — признались по очереди приятели-оперативники из Госнаркоконтроля и милиции. — И торгаши ведь все прекрасно понимают, они люди, как правило, юридически подкованные — профессия, так сказать, обязывает. Буторфанол — не героин, за торговлю им не сядешь. Конечно, мы можем недельку-другую их попасти, выяснить, где они оптом берут «бутерброд», даже накрыть всех, но что дальше? Опять штраф в 500 рэ? И толку от недельной слежки? Юридически ситуация выглядит точно так же, как если бы ты мне пачку аспирина продала.

Кто поменяет закон?

Суть «бутербродной» проблемы, по практически единогласному утверждению всех опрошенных газетой специалистов — сотрудников Госнаркоконтроля, милиции, врачей — в действующем законодательстве. И сделать-то нужно не так уж много — внести буторфанол в особый список Минздравсоцразвития России запрещенных к обороту. Это может сделать Государственная Дума, надо лишь, чтобы это предложил сделать орган, обладающий правом законодательной инициативы, — федеральный Госнаркоконтроль, депутаты Госдумы, региональные Заксобрания.

Есть и успешный опыт борьбы с «легальными наркотиками» — прошумевшая на всю страну история с курительными смесями и разного рода «спайсами», которые буквально за месяц после серии материалов в федеральных СМИ были запрещены (хотя порой процедура принятия законов в Госдуме занимает долгие месяцы и даже годы). И торговля им, судя по тому, что говорят оперативники, на самом деле практически исчезла. Более того, торговцы сами сдавали товар в Госнаркоконтроль. От греха подальше.

Оптимисты склонны полагать, что законопроект, который внесет ясность по отношению к контролю над буторфанолом, не за горами. Не так давно прошел слух, что данный вопрос уже поднимался в правительстве Российской Федерации, но почему-то так там и остался. Видимо, кому-то (возможно, влиятельному фармацевтическому лобби) очень нужно, чтобы это золотое и легальное наркотическое дно существовало и дальше.

Кто возьмется переломить ситуацию? Пока ответа нет. А объявление на стене третьего подъезда дома 289 по проспекту Победы, видимо, еще долго будет очень актуальным.