Вячеслав Скворцов: «Участки, которые выделяются семьям за третьего ребенка, оказываются никому не нужной землей»
24 февраля 2016
Фото: Вячеслав Шишкоедов
Как утверждают эксперты, демографическая ситуация в регионе если не стала лучше, то по крайней мере не ухудшается. Семейная политика сегодня поставлена во главу угла и находится в числе главных приоритетов многих государственных учреждений и общественных организаций. Таково мнение председателя Общественной палаты Челябинской области Вячеслава Скворцова, который высказал свое мнение о семейных проблемах в Челябинской области и способах их решения.
-
Семейный кризис. В Челябинской области обсуждают возможность предоставления земли за третьего ребенка
-
Газ продлит жизнь! Жители Пластовского района теперь смогут платить за отопление в пять раз меньше
— Вячеслав Николаевич, на состоявшемся недавно заседании, посвященном концепции семейной и демографической политики в Челябинской области, вы сказали, что в 2015 году 256 тысяч южноуральцев, в том числе представителей многодетных семей, получили поддержку. Что это за помощь?
— Многие вопросы сегодня решаются в индивидуальном порядке. Если ребенку требуется операция или другие виды оздоровления, если семья попала в тяжелую ситуацию, ей выплачиваются дополнительные средства. Только Магнитогорск и 10 южных районов Челябинской области, а это порядка 40 000 детей, получают финансовую помощь в том или ином виде. Кроме того, матерям-одиночкам в том же Магнитогорске ежемесячно выплачивается 1200 рублей за ребенка до полутора лет и 1500 рублей за ребенка от 1,5 до 3 лет. Эти деньги выделяются дополнительно к средствам, поступающим из областного бюджета. Это инициатива магнитогорцев, которая была поддержана губернатором.
Специальные программы реализуются также через центр материнства и детства. Ведется наблюдение за будущими матерями, им предоставляется бесплатная медицинская помощь. Технологии, отработанные на территории Магнитогорска и близлежащих округов, мы хотим применять по всей территории Челябинской области. Сейчас подобные проекты подхватывают Златоуст, Сатка, Копейск.
— Кризис сказался на этой работе?
— Бюджета, к сожалению, не хватает. Поэтому мы ищем способы привлечь внебюджетные средства. Только по подтвержденным данным, на сегодняшний день более 3 млрд рублей поступают именно из сторонних источников. Но эта планка может быть поднята до 5, а то и до 10 млрд.
— Вы также говорили о необходимости усиливать адресную помощь. Что делается в этом направлении?
— Радует, что сегодня у нас много волонтеров. В Челябинской области действительно много неравнодушных людей. К примеру, несколько лет назад в поселке Веселовском мать-одиночка готова была бросить сына, так как не имела возможности поставить его на ноги. Помогли односельчане, наши представители. Нашелся благотворитель, который выделяет этой семье 2-3 тысячи каждый месяц. Сейчас парню 15 лет, он учится без троек, прекрасно себя ведет, у него хорошие перспективы и планы на будущее. И таких семей у нас очень много. Много и людей, которые берут на себя крест и помогают этим семьям. С другой стороны, по закону те же благотворители освобождаются от уплаты налога на имущество, к примеру.
Мы также проводим благотворительные марафоны. Южноуральцы собирают средства, которые потом распределяются и направляются для поддержки малоимущих. В прошлом году мы поддержали таким образом примерно 4 000 матерей-одиночек, и женщины не отдали своих детей в дома ребенка.
— Действительно ли семья может получить земельный участок за третьего ребенка и все ли здесь так хорошо?
— Это федеральная инициатива, но работают по этому вопросу отвратительно. Земельные участки действительно предоставляются, но, как правило, это никому не нужные земли в отдалении, в болотистой местности, где нет никакой инфраструктуры. Это просто оскорбление людей, которым выделяется такая «поддержка». Я считаю, что к людям нужно подходить с душой и делать все по-человечески.
— Эти земли располагаются на территории Челябинской области?
— Да, они находятся в муниципальной собственности. То есть каждый муниципалитет изыскивает средства, какие у него есть. Но вот, к примеру, земли за Чурилово. Там нет ни ЛЭП, ни газа. Что там делать, тем более многодетной семье? Картошку сажать? У нас для этого и так достаточно пустующих земель. Участки нужно готовить заранее, обеспечивать их инфраструктурой, чтобы там была асфальтовая дорога, электричество. А семья уже дальше построится сама.
— Еще один вопрос, касающийся семейной политики, это недостаточная сумма, выплачиваемая семье, которая получила статус приемной. Она составляет ежемесячно 5 051 рубль. Этот вопрос как-то прорабатывается?
— Эта сумма, конечно, недостаточна. Она ниже прожиточного минимума. Содержание ребенка требует гораздо больше средств. Вот поэтому я настаиваю на необходимости дифференцированного подхода к этому вопросу. Нужно учитывать, какая семья берет приемного ребенка, работают ли родители или у них нет такой возможности, есть ли и отец, и мать или женщина одна решается на этот шаг. На мой взгляд, цифра должна быть дифференцированной и не быть ниже прожиточного минимума.
— А от чего зависит определение это суммы?
— От инициатив. Если критическая масса информации и предложений превысит предел допустимого и будет очевидно, что вопрос нужно решать на уровне закона, тогда власть начнет реагировать. Любой депутат не может знать о ситуации в каждом конкретном случае. Для этого нужны общественные организации, сами семьи должны обращаться, выдвигать инициативы, чтобы эта информация потом доводилась до депутатов и они могли принять меры.
— Многие вопросы сегодня решаются в индивидуальном порядке. Если ребенку требуется операция или другие виды оздоровления, если семья попала в тяжелую ситуацию, ей выплачиваются дополнительные средства. Только Магнитогорск и 10 южных районов Челябинской области, а это порядка 40 000 детей, получают финансовую помощь в том или ином виде. Кроме того, матерям-одиночкам в том же Магнитогорске ежемесячно выплачивается 1200 рублей за ребенка до полутора лет и 1500 рублей за ребенка от 1,5 до 3 лет. Эти деньги выделяются дополнительно к средствам, поступающим из областного бюджета. Это инициатива магнитогорцев, которая была поддержана губернатором. Специальные программы реализуются также через центр материнства и детства. Ведется наблюдение за будущими матерями, им предоставляется бесплатная медицинская помощь. Технологии, отработанные на территории Магнитогорска и близлежащих округов, мы хотим применять по всей территории Челябинской области. Сейчас подобные проекты подхватывают Златоуст, Сатка, Копейск.
— Кризис сказался на этой работе?
— Бюджета, к сожалению, не хватает. Поэтому мы ищем способы привлечь внебюджетные средства. Только по подтвержденным данным, на сегодняшний день более 3 млрд рублей поступают именно из сторонних источников. Но эта планка может быть поднята до 5, а то и до 10 млрд.
— Вы также говорили о необходимости усиливать адресную помощь. Что делается в этом направлении?
— Радует, что сегодня у нас много волонтеров. В Челябинской области действительно много неравнодушных людей. К примеру, несколько лет назад в поселке Веселовском мать-одиночка готова была бросить сына, так как не имела возможности поставить его на ноги. Помогли односельчане, наши представители. Нашелся благотворитель, который выделяет этой семье 2-3 тысячи каждый месяц. Сейчас парню 15 лет, он учится без троек, прекрасно себя ведет, у него хорошие перспективы и планы на будущее. И таких семей у нас очень много. Много и людей, которые берут на себя крест и помогают этим семьям. С другой стороны, по закону те же благотворители освобождаются от уплаты налога на имущество, к примеру.
Мы также проводим благотворительные марафоны. Южноуральцы собирают средства, которые потом распределяются и направляются для поддержки малоимущих. В прошлом году мы поддержали таким образом примерно 4 000 матерей-одиночек, и женщины не отдали своих детей в дома ребенка.
— Действительно ли семья может получить земельный участок за третьего ребенка и все ли здесь так хорошо?
— Это федеральная инициатива, но работают по этому вопросу отвратительно. Земельные участки действительно предоставляются, но, как правило, это никому не нужные земли в отдалении, в болотистой местности, где нет никакой инфраструктуры. Это просто оскорбление людей, которым выделяется такая «поддержка». Я считаю, что к людям нужно подходить с душой и делать все по-человечески.
— Эти земли располагаются на территории Челябинской области?
— Да, они находятся в муниципальной собственности. То есть каждый муниципалитет изыскивает средства, какие у него есть. Но вот, к примеру, земли за Чурилово. Там нет ни ЛЭП, ни газа. Что там делать, тем более многодетной семье? Картошку сажать? У нас для этого и так достаточно пустующих земель. Участки нужно готовить заранее, обеспечивать их инфраструктурой, чтобы там была асфальтовая дорога, электричество. А семья уже дальше построится сама.
— Еще один вопрос, касающийся семейной политики, это недостаточная сумма, выплачиваемая семье, которая получила статус приемной. Она составляет ежемесячно 5 051 рубль. Этот вопрос как-то прорабатывается?
— Эта сумма, конечно, недостаточна. Она ниже прожиточного минимума. Содержание ребенка требует гораздо больше средств. Вот поэтому я настаиваю на необходимости дифференцированного подхода к этому вопросу. Нужно учитывать, какая семья берет приемного ребенка, работают ли родители или у них нет такой возможности, есть ли и отец, и мать или женщина одна решается на этот шаг. На мой взгляд, цифра должна быть дифференцированной и не быть ниже прожиточного минимума.
— А от чего зависит определение это суммы?
— От инициатив. Если критическая масса информации и предложений превысит предел допустимого и будет очевидно, что вопрос нужно решать на уровне закона, тогда власть начнет реагировать. Любой депутат не может знать о ситуации в каждом конкретном случае. Для этого нужны общественные организации, сами семьи должны обращаться, выдвигать инициативы, чтобы эта информация потом доводилась до депутатов и они могли принять меры.
Поделиться
