Горячая линия Минздрава для вернувшихся из-за границы: 8 (351) 240-15-16. 
Оперативная информация по коронавирусу в мире, стране и регионе.

Челябинская графика — неслучайное соседство

19 Декабря 2013

Одним из самых сильных впечатлений последнего времени стало пространственное и временное соседство двух художественных выставок.

Одним из самых сильных впечатлений последнего времени стало пространственное и временное соседство двух художественных выставок.

В Выставочном зале Союза художников России экспозиция, посвященная 100-летию знаменитого челябинского мастера Михаила Ивановича Ткачева, чьи произведения находятся не только в уральских собраниях, но в Государственном Русском музее Санкт-Петербурга и в Третьяковской галерее Москвы. По стечению будто бы случайных обстоятельств расположилась рядом с совсем не юбилейной выставкой графики вполне сложившихся мастеров Екатерины Савочкиной и Любови Серовой.

Художник, чье творчество стало уже признанной классикой графики советских времен ХХ века, и те, чья творческая зрелость складывалась в сложные постмодернистские времена. Какая убедительная разница! Можно даже сказать — разительный контраст. Хотя в обоих случаях зрителю предъявлено подлинное мастерство и честная преданность профессии, просто разница в возрасте — более полувека. Просто  ли?

Парадоксы монотипии

Михаил Иванович Ткачев с 1946 года постоянно жил и работал в Челябинске. А еще раньше учился в Пензенском художественном училище и работал художником в редакциях газет. Создавал антифашистские плакаты и политические сатирические рисунки.

В 50 е годы в графике — явное преобладание линогравюры. Это броский контраст черно-белого, бескомпромиссная определенность рисунка и хороший тираж с награвированной доски. А Михаил Иванович вдруг увлекается сначала акварелью, а потом удивительной граверной техникой — монотипией. Это когда единственный оттиск получают с записанной маслом пластины. Оттиск, но без тиража. А масло специальными химическими составами лишают блеска. В этом уникальность и парадокс. Техника капризна и труднопредсказуема. В известном на всю Россию подмосковном Доме творчества «Челюскинская дача» художник познает все премудрости ремесла. Свой единственный оттиск мастер выбирает не из десятков, из сотен вариантов, остальные уничтожает. Михаил Иванович ищет тончайших близких оттенков цвета. Он реализуется как художник — лирик, изысканный и поэтичный. Его любимые мастера — Левитан, Врубель, Серов, Коровин. А темы? Они вполне советские — циклы «Дорогами побед», «На целинных землях Южного Урала», «Магнитка»…

Ткачев в своих темах остается художником, для которого важно время года, пейзаж, женская красота, озерные отражения, солнечные восходы и закаты. Окружающий мир ему симпатичен и близок, и художник смог «заразить» этим и сегодняшнего зрителя. Экспозицию, каталог и все заботы по выставке взяла на себя искусствовед Галина Семеновна Трифонова. Ее любовь и профессиональное внимание добавили экспозиции радости и энергии. Особая благодарность семье художника, сохранившей о нем не только память, но и его произведения.

Тревожность как симптом творчества

«Погружение» — так назвали свою выставку Любовь Серова и Екатерина Савочкина. Эту выставку очень ждали коллеги, потому что творческая репутация обеих экспонентов безупречна. Обе по рождению горожанки, челябинки. Обеим ничто не мешало получить сначала среднее (Челябинское художественное училище), а потом и высшее профессиональное образование (Красноярский государственный художественный институт). Обе имели возможность совершенствоваться в графических техниках, обе успешно выставлялись на выставках российских и зарубежных. Обе имеют профессиональные награды высокого ранга.

Если бы я вошла на выставку с улицы, я совершенно адекватно восприняла бы эти стебли алоэ, притворяющиеся огромными пальмами, растрепанные пестрые стога, напоминающие, скорее, о постимпрессионизме, чем о реальном запахе сена. Я бы с наслаждением воспринимала декоративность натюрмортов — прозрачность цветных бутылок и плотность крынок, умилялась бы котам и петухам, изображенным с редким артистизмом. Но в том то и дело, что я вошла в экспозицию из зала с выставкой Ткачева, где все акварели, рисунки, монотипии имели отношение к реальной жизни, уже ушедшей, но умело сохраненной художником в его лучших произведениях.

Выставка Серовой и Савочкиной оглушает яркостью цвета, крупностью листов, плотной «перечислительностью» предметов. Огромная стенка, заполненная листами Екатерины Савочкиной, оставляет впечатление витража, где звучность каждого цвета подчеркнута черными линиями. Возникает некая «осколочность» восприятия, тревога за всех нас, живущих в мире, где никто не озабочен тем, как вернуть гармонию и тишину. Наверное, это объективное существование талантливого художника в современности, и у меня нет никаких претензий. Нет, наверное, все-таки есть. Куратор выставки искусствовед Денис Граханов, кандидат философии, почему то счел нужным выставить свои вполне дилетантские рисуночки в экспозицию. А в ней, как известно, не бывает ничего случайного. Поэтому снижение общего профессионального уровня выставки — на совести ее куратора.

Постскриптум: Было бы неверно закончить статью, не упомянув великолепный диптих Любови Серовой «Падал снег» с его чистым новогодним ощущением, которого сегодня, в бесснежном декабре, так недостает. Несправедливостью было бы — не вспомнить листы Екатерины Савочкиной с изображением заброшенного села Костомы, с покосившимися домами, одинокой колоколенкой, играющими собаками и бабами, беседующими на деревенской улочке. Образ патриархален, красив и не уходит из памяти. Они все-таки очень талантливы, наши землячки Любовь Серова и Екатерина Савочкина. И мне хочется надеяться, что соседство произведений Михаила Ивановича Ткачева не останется для них случайностью.

Ирина Духина

Любовь Серова. "Четыре". 2004 г.

Михаил Ткачев. "Сумерки". 1985 г.


Публикации на тему
Новости   
Спецпроекты