Классная «Коробка»

В оригинале фильм Ричарда Келли «Посылка» (The Box), уже вышедший в прокат, называется «Коробка». О том, что такая разница принципиальна, становится понятно из просмотра ленты.

Ранним утром в дом четы Льюис позвонили. Под дверью супруги Норма (Кэмерон Диаз) и Артур (Джеймс Марсден) обнаружили посылку. В посылке — коробку с красной кнопкой. Вскоре, на черной машине, за коробкой подтянулся и ее хозяин — некто Арлингтон Стюард (Фрэнк Ланджелла), джентльмен без свойств и половины лица.

Он предложил Льюисам сделку: они жмут на кнопку — и где-то на Земле умирает человек, но зато они получают один миллион долларов в чемоданчике.

Поскольку деньги Артуру и Норме нужны (он работает в НАСА, но его не берут в космонавты; она — преподаватель английской литературы, но служебное положение больше не освобождает ее от скидки на оплату обучения их сына), они всерьез задумываются над тем, взять или не взять грех на душу.

Хорошие новости: «Посылка» не ретро-триллер, как могло показаться по трейлеру. То есть, конечно, это ретро (70-е годы, США) и триллер (с элементами фантастики). Но не только. Дело в том, что Келли, кажется, никогда и не стремился делать чисто жанровое кино.

В отличие от одного из своих любимых режиссеров Стивена Содерберга (который поочередно снимает то арт-хаусные фильмы, то мейнстрим), автор «Посылки» мешает в своих работах и арт, и мейнстрим. Прославившее его подростковое фэнтези о конце света под названием «Донни Дарко», ставшее культовым уже много позже своей премьеры, дало понять это с внятной четкостью.

Как дало оно и понять, что перед нами талантливый визионер, который, увы, скорее всего, не будет понят в свое время. Келли, на мой взгляд, слишком тоньше даже своей потенциальной аудитории: ему явно есть что сказать. Другое дело, что не каждый готов его слушать: на показе, на котором я был в кинотеатре, многие откровенно смеялись (в то же время не исключено, что эта такая защитная реакция организма).

Келли прикрывается фантастикой, как, допустим, ею прикрывался Стэнли Кубрик, чтобы через аллегорическую форму донести до людей нечто существенно важное. При всем чувстве безнадежности, что царит в его картинах (исключение, пожалуй, составляют только «Сказки юга», которые сам режиссер окрестил комедией об апокалипсисе), Келли, кажется, верит в людей.

Как истово он верит и в то, что непоправимую ошибку можно исправить только ценой человеческой жертвы.

«Посылка» — жесткая, моралистическая притча. Да, возможно, она неидеальна: главным актерам тут, в отличие от «Донни Дарко», тяжелее проникнуться симпатией (Диаз местами явно переигрывает), диалоги не блещут остротой (хотя, возможно, дело и в дубляже), а сюжет, пусть и продуманный, все равно нередко играет со зрителем в поддавки.

Однако от Келли с экрана все равно продолжает переть такая энергия, от которой разом могут питаться несколько АЭС. Что делает «Посылку» по-настоящему жутким фильмом. И в этом он «Дарко». Очень «Дарко».