Он сам был глотком кислорода

28 Апреля 2008

Хайм Исаевич Вайнштейн стал легендой при жизни. Все, кто его знал, понимали: это ученый с мировым именем, прекрасный диагност, лектор, врач от Бога. Он долгие годы возглавлял кафедру пропедевтики внутренних болезней Челябинского мединститута, читал лекции и студентам, и врачам, руководил научным студенческим обществом, из которого выросла большая часть сегодняшней профессуры медакадемии.

Лидия Старикова   

Хайм Исаевич Вайнштейн стал легендой при жизни. Все, кто его знал, понимали: это ученый с мировым именем, прекрасный диагност, лектор, врач от Бога. Он долгие годы возглавлял кафедру пропедевтики внутренних болезней Челябинского мединститута, читал лекции и студентам, и врачам, руководил научным студенческим обществом, из которого выросла большая часть сегодняшней профессуры медакадемии.
Недавно 105-летие со дня рождения профессора Вайнштейна в городском музее медицины отметили его ученики — профессора Игорь Шапошник, Валерий Привалов, Анатолий Празднов, Олег Калев. Вспоминали этого неординарного человека самыми добрыми словами.

В свое время мне тоже довелось встречаться с профессором Вайнштейном, который организовал в горбольнице № 1 лечение кислородом. Запомнились страстность, горячность, вера в будущее, которое предрекал ученый своему детищу.

— Он не преувеличивал,— говорит сегодня Игорь Шапошник, нынешний заведующий кафедрой пропедевтики внутренних болезней Челябинской медакадемии.— Метод лечения кислородом Вайнштейна известен и используется во многих городах России. Он был первым человеком в мире, который занялся этой проблемой. Он лечил с помощью кислорода гипертонию, сахарный диабет и другие болезни. Обидно было позже прочитать в американском журнале об «открытии» этого метода за рубежом. В советское время профессору и в голову не пришло оформить патент, как-то обозначиться в мировой медицине.

И еще. Он никогда не ждал «милостей от природы». Ездил на предприятия, шахты, санатории, где объяснял, доказывал пользу кислородного лечения в целях профилактики вредных заболеваний. И к нему прислушивались.

Игорь Шапошник с восторгом вспоминал, как артистично Вайнштейн читал лекции студентам, как умел имитировать и наглядно демонстрировать симптомы многих болезней. Каким был эрудированным, блестящим и остроумным. Хайм Исаевич всегда говорил, что у него восьмичасовой рабочий день: с 8 утра и до 8 вечера. Он мог остановить возникший спор фразой: «Ну что вы право? Грачи прилетели…» и все замолкали.

Вспоминали, как Хайм Исаевич лечил писателя Гроссмана и тот был в восторге от его рассказов. Вайнштейн жил на четвертом этаже дома на улице Красной и часто наблюдал с балкона за жизнью во дворах маленьких частных домиков, стоявших на месте кинотеатра «Урал». И однажды написал рассказ. Он все время видел прикованную цепью собаку, которая рвалась на свободу. Что только ни делал пес, чтобы освободиться от неволи. И однажды это случилось. Вырвавшаяся на свободу собака бросилась на улицу и тут же попала под колеса машины… Марк Гроссман предложил напечатать сборник рассказов: грустных, трогательных и веселых, очень тонких по смыслу, которых у Хайма Исаевича было множество, но тот не воспользовался знакомством с писателем, и рассказы где-то затерялись.

Вайнштейн обожал Пушкина.

— Однажды,— вспоминает Игорь Шапошник,— он остановил меня: «Вот скажи, как это «Уж небо осенью дышало…» Небо не дышит, да еще осенью, но почему так гениально? Общение с Вайнштейном для многих тоже было глотком живительного кислорода.

Профессор Олег Калев пришел на встречу с подарком — он принес в музей аппарат для измерения давления, принадлежавший Вайнштейну.

— Велик был соблазн оставить его на память, но не могу,— сказал Олег Федорович.— И тоже поделился теплыми воспоминаниями.

Хайм Исаевич приехал в Челябинск в годы войны. До этого был Киев, красный диплом выпускника мединститута, кандидатская степень, которую ему присвоили по совокупности научных трудов,— он начал печататься еще студентом, а за жизнь выпустил семь монографий и 240 научных трудов. Вайнштейн защитил бы и докторскую, но помешала война: на Урал он не взял подготовленные материалы, которые затерялись, как многое в той войне. Написал новую диссертацию и с блеском защитился в 1948 году.

Конечно, он мечтал вернуться домой, но в числе 12 профессоров был приказом оставлен в Челябинске, где создавался медицинский институт союзного значения. Благодаря Вайнштейну и другим киевским светилам в Челябинске бурлила научная жизнь.

Хайм Исаевич опекал своих родителей, потом братьев и сестру. Он был одинок в личном. Но круглые даты его биографии с завидным постоянством и трепетом отмечают его благодарные ученики. Как было и в этот раз на 105-летии большого ученого, истинного интеллигента, светлого и доброго человека

Публикации на тему
Новости   
Спецпроекты