Она ушла тихо

4 Мая 2009

Кто достоин памяти человеческой и как ее заслужить? Об одинокой женщине, посвятившей всю свою жизнь чужим детям, возможно, добрым словом отзовутся поседевшие ученики. А больше и некому

Кто достоин памяти человеческой и как ее заслужить? Об одинокой женщине, посвятившей всю свою жизнь чужим детям, возможно, добрым словом отзовутся поседевшие ученики. А больше и некому. Нина Яковлевна Климова хотела быть полезной людям и сделала немало добрых дел. В тяжелые и голодные 30—40-е годы она все силы отдавала борьбе с безграмотностью в Челябинской области. Была директором двух крупных школ города и сделала их, несмотря на бесконечные материальные трудности, образцовыми на уровне всей страны.


Много занималась решением социальных вопросов в области. Прожила большую и трудную жизнь. Хочется вспомнить о ней сегодня. О женщине-директоре, добром человеке, большой труженице. Ее имя неизвестно для южноуральцев, но оно вписано в историю нашего края.


Троечный аттестат
В семье железнодорожного мастера Якова Климова было семеро детей. Инна была старшей. Впоследствии свое буржуазное имя Инна Климова сменила на Нину. Причины такого переименования неизвестны, но многие ее документы на протяжении десятилетий выдавались то Инне, то Нине. Сама Климова предпочитала, чтобы ее называли Ниной, так мы и будем ее звать. Когда отец умер, Нине было двенадцать лет, а младшему в семье — всего девять месяцев. Безработной матери ничего не оставалось делать, как пойти работать на железную дорогу сторожем. Семья жила на переезде около Тюмени в сторожевой будке. Но при этом мать умудрилась всем своим детям дать образование. Нина окончила тюменскую гимназию далеко не блестяще: из восьми предметов по четырем тройки. Возможно, оценки были такими, так как девочке приходилось много подрабатывать репетиторством, чтобы принести в дом лишнюю копейку. Но по любимой естественной истории — отлично, а по истории всеобщей и русской — четыре. Как она писала в своей автобиографии, хотелось учиться дальше, но нужно было помогать матери поднимать семью. И Нина пошла работать учительницей истории в сельскую школу. Вскоре от сыпного тифа умирает мать девушки, и Нине приходится стать главой семьи. В это время один из старших братьев затерялся во Владивостоке, а другой был мобилизован в армию Колчаком. Четверо младших остались на Нининых руках. Надо было съезжать, чтобы освободить домишко для другого сторожа. Но ехать семье было некуда, и Нина сама устроилась на железную дорогу сторожем.


Революцию она приняла сразу и безоговорочно и развернула активную деятельность, помогая становлению новой власти. Вновь стала учительствовать, много времени уделяла ликвидации неграмотности, организовала в Тюмени клуб для подростков. Это было трудное время. Ее младшая сестра так вспоминала эти годы: «Утром встанешь — висит на столбе человек в лаптях. Значит, белые пришли. На другой день на том же столбе труп в сапогах — красные власть забрали».


Крупская и Климова
В 1924 году Нина Яковлевна отправилась учиться в Москву в академию коммунистического воспитания имени Крупской. Там на съезде работников по дошкольному воспитанию она впервые увидела Надежду Константиновну. С Крупской Климова встречалась и позже, уже будучи первым директором челябинской областной школы № 1, когда в 1936 году решением Совнаркома была утверждена членом Совета при Наркомате просвещения РСФСР. Крупская тоже входила в этот совет, участвовала во всех его заседаниях, общалась с делегатами. На память об этих встречах сохранилась фотография, где Климова и Крупская сидят за одним столом наискосок друг от друга. Поговаривали, что именно знакомство с Надеждой Константиновной защитило Нину Яковлевну в тяжелые годы репрессий, когда были арестованы многие учителя и саму Климову обвиняли в преподавании по образцу «старорежимной гимназии». Так или иначе, Климова очень гордилась знакомством с первой «леди» Советского Союза 30-х годов и даже написала о ней свои воспоминания.
Учебу в академии Нина оставила по семейным обстоятельствам и уехала с мужем в Муром. Но семейная жизнь не заладилась, возможно, потому, что муж, тоже учитель, был неравнодушен к спиртному. Так или иначе, супруги развелись, детей у них не было. Всю оставшуюся жизнь Климова прожила в семье младшей сестры Евгении Стрижовой, посвящая себя племянникам и ученикам.


Лучшие школы страны
Ее карьере и активности можно позавидовать. Переехав с сестрой в Челябинск, она очень скоро стала директором образцовой школы № 1, проработав в этой должности шесть лет. В это время, судя по газетной публикации того времени, первую школу на улице Красной называли гордостью не только Челябинска, но и всей страны. Автор пишет, что благодаря стараниям Климовой школа преобразилась неузнаваемо: стала просторной, чистой, отремонтированной, в кабинет биологии проведен водопровод, в кабинете химии сделан вытяжной шкаф, теплица в идеальном порядке. «Блестят полы, стекла окон, а в отлакированные печи можно смотреться, как в зеркала. В комнатах цветы и даже молоденькие деревья, на стенах картины». Учителя школы свободное время тратили на повышение квалификации, ездили даже на курсы в Москву.
Как вспоминает Александр Федорович Стрижов, племянник Климовой, квартиры директоров раньше размещались прямо в школе, и его семья вместе с Ниной Яковлевной жила в пристрое к школе в двухкомнатной квартирке. Все его детство прошло в школах: сначала семья жила в первой школе, потом в 48-й, затем отец Стрижова тоже стал директором и перевез семью жить в свою школу, которая находилась во дворе Центрального гастронома.


В 1936 году имя Климовой было занесено в областную Книгу Почета лучших учителей-отличников. А в 1938 году Нину Яковлевну перевели работать директором тоже широко известной в Челябинске школы № 48. Это была большая по тем меркам школа, единственная оборудованная слесарными и токарными станками для занятий трудом. По воспоминаниям Климовой, одной из самых главных задач ее на этом посту было выполнение всеобуча в сложные предвоенные годы.
После трех лет работы Нину Яковлевну перевели на должность председателя горкома союза школьных работников, затем она заведовала школой № 85 и занималась вопросами народного образования в облисполкоме.


Всегда улыбочка на лице
Какие только проблемы не приходилось ей решать в дальнейшем! Судя по бережно сохраненным ею командировкам и направлениям, была политруком полевой бригады, проверяла состояние библиотечного дела в Златоусте, в годы войны контролировала выполнение некоего постановления на опытном заводе № 100 и других промышленных предприятиях, брала на карандаш работу комиссий по устройству детей, оставшихся без родителей, проводила экскурсии в Миасском заповеднике для сотрудников облисполкома.
Александр Федорович вспоминает, что тетя была добрейшей души человеком, настоящей второй мамой:
— Ни одной у нее морщинки хмурой никогда не было, всегда улыбочка на лице. Никогда не видал ее гнева, не было ни всплесков, ни крика, ни обид. Настроение ровное и доброжелательное. Она всегда была рада гостям и родственникам. Жил у нас в войну племянник из Москвы, а потом дядя, вернувшийся из ссылки. Нина Яковлевна приютила его, хотя это могло обернуться для нее плачевно. Дядя этот был человеком необыкновенным. Он являлся послом в Тибете и Китае, очень много знал интересного об этих странах. После десяти лет заключения его прятала наша семья в Челябинске.
Сам Александр Федорович с тетей общался мало. Не так уж много точек соприкосновения у племянника-сорванца, мечтавшего о мореходке, и тети-директора. Он рано сбежал из дома и получил очень редкую в то время специальность машиниста электровоза.
— Моя первая зарплата, самая маленькая, без надбавок, превосходила зарплаты всей семьи,— вспоминает он. — В то время директор школы получал очень мало — всего 150 рублей в месяц, а я заработал сразу 360.
Дороги тети и племянника разошлись. Стрижов, орденоносец и делегат партийных съездов, жил яркой и насыщенной жизнью, много путешествовал, в том числе и за рубеж, на экзотические острова и в Африку. Однажды ему даже посчастливилось сидеть за одним столиком с Юрием Гагариным. Высокооплачиваемая работа позволяла Александру Федоровичу помогать деньгами и продуктами семье, родителям, сестре, тете. А жизнь тети, Нины Яковлевны, проходила в трудах. Она долго работала, стараясь оставаться полезной. Умерла в 92 года в Тюмени, куда ее совсем беспомощной забрала племянница. Нина Яковлевна ушла тихо. И люди забыли ее…
Редакция благодарит первого заместителя начальника архивной службы Галину Кибиткину за предоставленные материалы.


Публикации на тему
Новости   
Спецпроекты