Горячая линия Минздрава для вернувшихся из-за границы: 8 (351) 240-15-16. 
Оперативная информация по коронавирусу в мире, стране и регионе.

Формула счастья по Ивану Иоголевичу

6 Июня 2008

Наверное, каждый из нас мечтает получить четкие, понятные ответы на главные, основополагающие вопросы, например: как жить, что делать, чтобы быть счастливым? А еще лучше — найти бы умного и удачливого человека и попросить его расписать эту заветную формулу счастья по пунктикам и потом добросовестно выполнять их, отмечая галочками работу по достижению заветной цели...

Ольга Терехина   

Наверное, каждый из нас мечтает получить четкие, понятные ответы на главные, основополагающие вопросы, например: как жить, что делать, чтобы быть счастливым? А еще лучше — найти бы умного и удачливого человека и попросить его расписать эту заветную формулу счастья по пунктикам и потом добросовестно выполнять их, отмечая галочками работу по достижению заветной цели.

Иван Иоголевич — депутат Законодательного Собрания Челябинской области, победитель Всероссийского конкурса «Учитель года — 2005», учитель физики известного на всю страну челябинского лицея № 31. Вместе со старшим братом Владимиром, который совсем недавно был назначен начальником Челябинского юридического института, они родились и выросли в замечательной, дружной семье челябинских интеллигентов. Имя их отца Александра Иоголевича навсегда вошло в историю южноуральской педагогики: кандидат педагогических наук, заведующий кафедрой педагогического института, директор Дворца пионеров и школьников имени Крупской, создатель научного общества учащихся. Их мама тоже была педагогом — учителем русского языка и литературы. «Я в вас верю», — твердо говорил отец своим сыновьям. «Я горжусь вами», — мягким счастливым голосом поддерживала его мать. Может ли Иван Иоголевич, отличный физик, учитель от Бога, состоявшийся и счастливый человек, вывести для нас ту самую заветную формулу счастья?

Качество общения

— Формула в рамке не является знанием. А вот дорога к этой формуле и есть знание. По натуре я — Гамлет. Несмотря на занятия такой точной наукой, как физика, я привык во всем сомневаться. Не знаю, верно ли я оцениваю прошлое. Не уверен в будущем. Беру на себя смелость, предпринимая какие-то шаги в настоящем. Одним словом, сомнения, сомнения.

Но мне кажется, именно в сомнении зарождается мысль. Если разобраться, то все мы, абсолютно уверенные в том, что Земля движется вокруг Солнца, больше похожи не на Коперника и Бруно, а на тех, кто их преследовал. То, что принято без всякого сомнения, не имеет самого главного — мысли.

Наверное, на нас с братом все-таки отразилось то, что мы росли в семье педагогов. Между нашими родителями существовало своеобразное «разделение» чувств. Мама нас всегда жалела. Папа был очень добрым человеком, но вел себя с нами строго, разговаривал, как со взрослыми людьми. Очевидно, он понимал, что необходим некий противовес всеобъемлющей маминой ласке.

Помню, когда я уже учился в педагогическом институте и изучал возрастную психологию, то узнал, что, оказывается, есть такой подростковый переломный возраст, когда дети конфликтуют с родителями, и что все через это проходят. А я с удивлением обнаружил, что меня такая ситуация вообще не коснулась.

У нас в семье всегда были открытые, доверительные отношения. Родители мгновенно реагировали на любые изменения нашего с братом настроения. Им не надо было ждать, когда что-то случится. Ни о каких конфликтах не могло быть и речи. Папа приходил с работы поздно, усталый и вымотанный, но всегда находил время и силы, чтобы пообщаться с нами.

Часто, особенно после смерти отца, близкие люди говорили, что, наверное, не стоило ему столько времени отдавать работе, общественным делам. А я думаю, что в таком случае он просто был бы другим человеком. Время общения с ним было и остается очень важным для нас. Он дал нам за свою, к сожалению, не очень длинную жизнь столько, сколько может дать иной отец за несколько жизней. Здесь речь идет не о количестве общения, а о его качестве.

Отец учил нас мудрости. Мудрость — это нечто иное, более важное, нежели просто ум. Он учил нас оценивать последствия своих действий, смотреть на мир объемно, с разных сторон, а не только так, как тебе приятно его видеть. Отец учил нас относиться к себе критичнее, чем к окружающим. Сложно приходить к такому пониманию в зрелом возрасте. А когда этой атмосферой дышишь с ранних лет, то потом никаких особых проблем не возникает.

Мне, как педагогу, учителю, это состояние самокритичности тем более очень важно. Предъявляя какие-то требования ребенку, ты должен быть уверен, что сам соответствуешь этим требованиям. Ведь только тогда ты можешь говорить с ребенком строго и ответственно.

Отец никогда не делал нам поблажек. Ему могли позвонить буквально среди ночи и попросить решить проблему какого-то ребенка, попавшего в трудную ситуацию. Он тут же садился на телефон и поднимал на ноги кого только можно. И в то же время он никогда не использовал эти возможности для решения проблем своих детей.

Нас с братом это не смущало и не задевало. В нашей семье были единые принципы, единые ценности, что исключало возникновение непонимания и конфликтов. Мама в первом эмоциональном порыве пыталась обижаться на отца: ведь свои же детки, самые любимые. Но это у нее быстро проходило, и она всегда поддерживала отца, поэтому у нас не возникало сомнения, правильно ли он поступает.

Отец говорил: «Мы часто даем вам разные советы, но в двух ситуациях вы должны будете решать сами: при выборе профессии и при выборе спутника жизни».

В класс пришел «дирижер»

— Как это ни парадоксально, но родители не очень были рады, когда я сделал свой профессиональный выбор. Наверное, потому, что они понимали, как тяжел крест, который взваливает на себя тот, кто решил стать учителем.

Я закончил физико-математическую школу № 31, в которой сейчас и работаю, довольно успешно, с серебряной медалью — возможности выбора при поступлении в вузы были очень серьезные. Но атмосфера семьи сделала свое дело — я решил стать учителем, потому что у меня были Учителя. Пример родителей стал для меня определяющим в тот момент. «Больше дела — меньше слов», — любил говорить отец.

Вообще, я думаю, что значение личного примера — самое главное в воспитании. Сейчас часто говорят о том, что в школе «мало внимания уделяется воспитательной работе». Как это может быть? Ведь ученик проводит в школе почти половину своей жизни, и все это время он общается с учителями. Воспитание не должно выноситься только лишь на «мероприятие». Учитель входит в класс не только для того, чтобы рассказать тему урока. Дети реагируют не на слова, которые мы пытаемся им внушить, а на то, что мы делаем, как относимся к тому, что преподаем.

Четыре класса в параллели, у всех одинаковая тема. Надо четыре раза ее повторить. И это происходит изо дня в день. Я нашел для себя выход: если строишь урок не от темы, а от ученика, то повторения не происходит. Чем лучше освоишь сам предмет, тем меньше думаешь о нем, а больше — о детях, которые сидят перед тобой в классе. Получается, что интересно и ученику, и тебе. К тому же срабатывает этот самый воспитательный принцип, когда ребенок чувствует, что он тоже значим на уроке. Учитель — это не первая скрипка в оркестре, а дирижер.

Я никогда не называю учеников по фамилии, только по имени. Стараюсь запомнить их имена максимально быстро. Учу ребят слушать друг друга. Значительную часть времени на уроке после объяснения материала говорят они: чем больше на уроке меня, тем меньше — ученика.

Когда мир преображается

Поиск второй половины был у меня довольно долгим, зато выбор сделан осознанно и качественно, так, что не нужно перевыбирать. Естественно, что в более молодом возрасте обращаешь внимание на определенные вещи, а когда тебе уже под тридцать, понимаешь, что нужен спутник жизни, с которым можно вырастить детей, найти поддержку. Таким человеком стала для меня Ирина, которая тоже работает в нашей школе, она учитель математики.

У нас растет маленькая дочь — Оля, ей два годика. Пока мы находимся на этапе подготовки к садику. Мы с женой стараемся учить и воспитывать ее с опережением. Я считаю, что наша Оля уже довольно много знает, понимает, имеет право на свое мнение и даже воспитывает нас, дает пищу для размышлений. Сейчас очень напряженная жизнь — работа в школе, депутатские обязанности. И для меня мощным источником энергии является семья.

Прихожу домой, кажется уже совсем без сил, но выходим с дочкой гулять, и мир преображается. Спрашиваю у нее: «Куда пойдем, Оленька?» «Ну, наверное, куда-нибудь», — уверенно отвечает она.

У нас очень теплые отношения с братом и его семьей. В детстве я был счастлив от того, что у меня трое «родителей»: мама, папа и брат, который старше меня на одиннадцать лет.

Сейчас одна проблема — не хватает времени для общения, встречаемся в основном по семейным праздникам. А вот с его сыном, моим племянником Евгением, я вижусь гораздо чаще. Он уже окончил ЮУрГУ, работает в университете. В свое время Женя был победителем различных олимпиад по программированию и сейчас готовит наших ребят из лицея к таким соревнованиям. Недавно они приехали со Всероссийской олимпиады по информатике, получили там второе и третье места. У него уже есть маленькая дочка, ровесница моей Ольги.

Так получилось, что мои родители не дожили до появления внучки. Но папина сестра Нина Зельмановна Сиротина стала для нашей Оли прекрасной бабушкой.

Как преодолевать семейные конфликты? Прежде всего, не надо на них ориентироваться. Люди почему-то не могут подняться над противоборством. Отец учил нас уметь поступиться своими амбициями, стать на точку зрения другого. Мне кажется, что подавляющее большинство людей все-таки добры по своей природе. Просто мы, к сожалению, не всегда друг друга понимаем.

Публикации на тему
Новости   
Спецпроекты