Нина Дашевская: «Я пишу просто для людей»

20 Сентября 2019
Нина Дашевская: «Я пишу просто для людей»


С 4 по 5 октября в Челябинске при поддержке медиахолдинга «Гранада Пресс» пройдет главное литературное событие осени — «Южно-Уральская книжная ярмарка-2019». В программе: книжные новинки, творческие мастер-классы, лектории и встречи с популярными писателями. Один из хедлайнеров мероприятия — писатель Нина Дашевская.

Нина Дашевская пишет книги для детей и подростков. Она играет на скрипке в квартете, а раньше работала в оркестре, поэтому многие ее издания связаны с музыкой.

Герои книг — самые разные: это и мышь-подросток Тео, живущий в оперном театре, и композитор Вивальди, и велосипед Вилли. Но самые главные работы Нины — про современных подростков: они занимаются музыкой и катаются на роликах, пытаются разобраться в своих отношениях с друзьями, со своим городом и сами с собой.

В 2016, 2017 и 2018 годах Нина Дашевская была номинирована на международную премию памяти Астрид Линдгрен, а книги «Я не тормоз» и «Тео — театральный капитан» вошли в международный каталог Мюнхенской библиотеки The White Ravens.

В 2018 году в театре «Малый» (Великий Новгорд) был поставлен спектакль «Я не тормоз», режиссер — Надежда Алексеева.

Из разговора с Ниной Дашевской:

— Есть ли отличие «подросткового» писателя от «взрослого»? Или разница только в целевой аудитории?

— Разницы в аудитории как раз нет. Подростки читают взрослые книги, возьмите хотя бы школьную программу (к счастью, они читают не только ее). Так же и многие взрослые читают подростковую литературу. Я не пишу «специально для подростков», просто мне интересен этот возраст. В моих текстах нет ничего, за что можно было бы ставить «18+». Пишу просто для людей, никак специально не подстраиваясь под возраст. Это работает и в другую сторону: у моих книг есть и совсем маленькие читатели.

Главное же отличие, на мой взгляд, — в подростковом тексте не должно быть полной безысходности. Должен быть показан какой-то выход, или направление к выходу, или хотя бы оставлена незапертая дверь. У взрослого есть и опыт, и все же некоторая отстраненность: мало кому удается нырнуть в книгу так, как в детстве. А подростка оставлять в тупике не нужно.

— Сложно ли было решиться на публикацию первой книги?

— А я не решалась. И не думала, что это возможно. Отправить рукопись на конкурс — это не «решиться на публикацию», это очень просто. Именно через конкурсы обо мне и узнали издатели. Хотя еще до этого мне выпал счастливый случай: у меня вышла самая первая, даже нулевая книга (потому что сейчас я пишу совсем иначе) в издательстве «Детское время». И вот тогда я просто бы походила вокруг и ушла. Но мне помог муж: именно он подошел к издателю, а не я.

Эта дорога — издание книги — состоит из многих шагов, иногда она растягивается на несколько лет. Так что это не какое-то одно решение, а путь, который одни тексты проходят, другим достаточно публикации в журнале. А что-то так и остается просто файлом в компьютере.

— Как вы думаете, чего не хватает в современной детской литературе?

— Странное скажу. Не хватает качественной критики. Профессионалов в этой области можно по пальцам пересчитать. Я имею в виду не «мало нас ругают», вовсе нет. Мне хочется, чтобы книги (а их много, хороших и разных, на разный вкус) доходили до самых разных детей в нашей огромной стране. Чтобы они выбирались из Москвы, Петербурга и еще нескольких крупных городов — дальше. И самые обычные родители, учителя, библиотекари знали бы о новых книгах. А для этого нужны разговоры о современной детской литературе. Они существуют, но в довольно узком кругу. Мы знаем друг друга; знаем важные книги, которые вышли или были переведены, разные мнения. И уже заранее понимаем, на что стоит обратить внимание. Но все равно очень часто читатель приходит в магазин, внимательно выслушивает даже знающего консультанта и спрашивает Носова и Гайдара.

Я совсем не против Носова и Гайдара, но предубеждение против «этого непонятного современного» есть.

Разговоры о книгах создают среду. Есть писатели, которые могут окопаться в башне (или засесть в далекой деревне), никого не слушать и хорошо писать. Но все же их единицы. А так — среда необходима. И для этого совершенно необязательно жить в Москве. В самых разных городах нашей страны я встречаю людей, которые прекрасно разбираются в новых (и старых) книгах. Но таких людей немного.

— Какие книги обязательно нужно дать прочитать подростку?

— Никакие. Нет таких книг, которые обязательно надо. Все люди разные: одним нужно одно, другим другое. Пушкин, например, не читал всей той великой русской литературы, которая случилась после него. И вырос Пушкиным. А если мы сейчас дадим подростку все то, что читал Пушкин, ему будет очень трудно... и все равно Пушкиным он не вырастет. Поэтому я за выбор.

Я не люблю слова «обязательная программа». Для меня, например, в детстве не оказались важными ни Толстой, ни Достоевский. «Мой» был Чехов. И Набоков. И опять Чехов. А кто-то прекрасно обошелся без Чехова, но ему был необходим Толстой.

При этом мне в детстве очень интересна была фантастика. И, казалось бы, как можно без фантастики? А вот можно. Есть дети, которым это совсем не нужно. При этом совсем не упрекнешь их в недостатке воображения.

Так что задача взрослых — показывать, что есть разное. Предлагать разное, кому-то посоветовать, кому-то «подсунуть», кому-то наоборот сказать: вот это тебе точно не надо читать! (Кстати, этот прием отлично работает.)

Конечно, нам хочется простых ответов: 100 книг, которые надо прочесть, чтобы вырасти успешным — умным — счастливым. Но простые ответы обычно неправильные.

Прочитанная через силу книга не дает ничего или почти ничего. Да, кто-то, начав «из-под палки», увлечется. Но большинство скажет: больше никогда.
Мне кажется, значительно большего внимания заслуживают списки книг конкретных людей. Не «обязательно к прочтению», а «вот это я, конкретный человек, люблю. Для меня это было важным». И если вы доверяете этому человеку, если он вам интересен, можете пойти за ним вместе со своим ребенком.

— А что в детстве любили читать вы?

— Вообще всё. Я человек увлекающийся, а нашем доме было много книг. Старшие брат и сестра читали, и во многом их чтение было определяющим. Но так — всё подряд. Книги про пионеров, физиков, художников, сказки — любые. Одно время я особенно увлеклась фантастикой, причем короткими рассказами (их печатали в журнале «Юный техник», потом стала брать их в библиотеке). И только классе в седьмом меня «пробило» Набоковым. Потом в ближайшие несколько лет я его «переела» и совсем не могла видеть его тексты. Зато у меня уже был Чехов.

В уже почти взрослом возрасте я читала Крапивина, и Алексина, и Голявкина — меня никогда не оставляли детские книги. Но все же главные авторы, наверное, Аркадий и Борис Стругацкие. Другие были иногда ближе, иногда дальше, а вот Стругацкие всегда очень попадали и всегда оказывались новыми, другими. И сейчас так. И все больше понимаешь, что это совсем не фантастика.

— В вашей книге «Около музыки» Аркадий Калина влюблен в скрипку, но больше в море. А во что влюблены вы?

— Про себя мне не хотелось бы говорить много. Я достаточно вкладываю себя в тексты, думаю, там обо мне можно узнать больше, чем из любого интервью. Хотя и тексты совсем не про меня, дело же не во мне.

Когда вы читаете, дело вообще не во мне. Дело в вас. А я только даю некоторое направление вашим мыслям.

Творческая встреча с Ниной Дашевской пройдет 4 октября в 15:00, в Выставочном зале Союза художников России (ул. Цвиллинга, 34).

Следите за программой мероприятий, готовьте вопросы и читайте книги любимых авторов на абонементе Публички и в библиотеке «ЛитРес».

Публикации на тему
  • 17.10.2019 | 17:37
    Правда через смех. Почему огромное количество спектаклей ставится интернетом

    За три года «Центр ненормативной лирики» стал в Челябинске местом сосредоточения современной драматургии, успешным независимым театральным проектом. Здесь не ругаются матом, несмотря на название. «Ненормативность» проявляется, скорее, в отходе от равнодушного восприятия современной жизни, сложной и порой абсурдной. Здесь пытаются понять, что происходит в мире и как в нем не потерять себя. ЦНЛ верен себе и поставленной задаче. В чем она, эта задача, заключается, мы спросили у создателя центра, актера Челябинского молодежного театра и режиссера Бориса Черева.

  • 17.10.2019 | 15:23
    Второе преображение. Реставраторы сохранят исторический облик здания челябинской оперы

    В Челябинском театре оперы и балета имени М.И. Глинки завершаются ремонтные работы. Главный театр региона с инспекцией посетил заместитель губернатора Челябинской области Вадим Евдокимов.

Новости   
Спецпроекты