Способна ли акула на сантименты?

«Служебный роман. Наше время» вышел на экраны. Душа ждала праздника. В первые же дни показа бегу в кинотеатр. Вижу полный зал (что редкость) и большое количество возрастной публики. Понятно: эти зрители пришли сравнивать. Но сравнивать, как оказалось, особенно нечего. Здесь, в римейке сценарий иной, лишь отдаленно напоминающий прежний фильм. А полюбившиеся народу образы просто амортизируются, как стиральная машина или холодильник «со стажем», из которых можно еще извлечь пользу.

Не скажу, что все так уж скверно. Наоборот. Нормальный для современной комедии уровень (несмешной). И, порой, пошловатый. Всплывает цитата из Вознесенского: «Секс — религия сегодня». Соответствует…

Об исполнителях. Светлана Ходченкова (Людмила Прокопьевна) и Марат Башаров (Самохвалов) — респект и уважуха. Правда, роль Башарова предлагали некогда Ивану Урганту… И он с ней как-то более совпадает. Он отказался, сославшись на занятость.

Но и Башаров, как мачо, тоже неплох! А вот Анастасия Заворотнюк (Ольга Рыжова) вообще никакого впечатления не оставляет. Этой актрисе еще жить и жить в сериалах. Как и Владимиру Зеленскому, исполнившему роль Новосельцева. Ну, никакой он, господа, вы уж меня простите. Женскому сердцу этот образ ничего не подсказал. Хотя тот, прежний Новосельцев (в исполнении Андрея Мягкова) был в чем-то трогателен и мил, его хотелось пожалеть. А жалость в России, практически, синоним любви.

По поводу сценария… В целом, эта словесная конструкция — добротная (авторы — Сарик Андреасян, Николай Ковбас, Владимир Зеленский). Хотя, конечно, встречаются некоторые проколы. Верно подмечена тенденция — молодые парни-секретари у деловых леди (вместо Верочки в новом фильме Вадик — Павел Воля). Мне приходилось бывать в офисах бизнес-вумен, реально наблюдала такое явление. Вот только почему Вадим постоянно, в больших количествах, ведет личные переговоры по телефону? В офисах солидных компаний такое не положено даже секретарям (и, наверное, тем более секретарям). Строгий запрет. Кстати, в фильме на это намек есть. Новосельцев и Рыжова ведут личные переговоры либо беседы на бытовые темы, спрятавшись… под столом. А тут секретарь — «лицо компании». И такая расхлябанность.

Картинка из жизни. Пришла, помню, в офис к деловой леди. Она рулила крупной страховой компанией. Когда-то мы вместе учились… Татьяна (назовем ее так) сделала, видно, знак секретарю: последовало обслуживание по особой категории. Не VIP, но что-то близкое к этому. К кофе молодой человек по имени, кажется, Саша принес конфеты, пирожное. В строгом деловом кабинете (не хуже, чем у Калугиной) были все же «цепляющие» глаз женские подробности. На европодоконнике — ухоженные цветы. Уловив направление моего взгляда, дама коротко пояснила: «Релакс». И еще одно отличие от Калугиной — у Татьяны была семья: муж и двое сыновей-студентов. Правда, мужа она называла «слабое звено». После дама, оглянувшись по сторонам (как будто в кабинете не стоит видеокамера), подошла к сейфу и извлекла оттуда дорогой коньяк (заметьте, дорогой, а не то пойло, что употребляют всю дорогу в фильме). «Отвесила» строго по чайной ложке в кофе — себе и мне. Это был доверительный жест. Показывающий, что она помнит о наших пересечениях в прошлом.

Быстро завершив деловой разговор, я попыталась вывести его на более дружескую волну — пустилась в воспоминания. И вот здесь наступил «момент истины». Моя собеседница довольно холодно мои эмоциональные всплески прервала, дав понять: минуты, отведенные на общение со мной, истекли. Поймав недоумевающий взгляд, протянула, дежурно улыбнувшись, пакет с символикой компании: «Это — для твоего сына». Там оказался стандартный набор какой-то корпоративной дряни: безразмерная футболка, кепка и ручка с блокнотом (мой сын не носит такое, он носит фирменные футболки. Зачем, спрашивается, было унижать? Или от этого особый кайф?). Впрочем, скорее так она пыталась компенсировать возникшую неловкость.

А мне она подарила на прощание симпатичный бархатный мешочек, украшенный, опять же, корпоративным брэндом, а в нем — конфеты эм-эм-денс. Но на них буковки уже другие — ее компании (медленное сумасшествие, ей-богу). Не знаю почему, может, потому что я во время кофепития на конфеты налегала. Конфеты я давно съела, конечно, а мешочек почему-то храню. Дурь, конечно. И, как сказала бы деловая женщина, — показатель лузера. У них по этому поводу формула очень жесткая: «Все ненужное надо без сожаления выбрасывать за борт».

К чему я рассказала об этом эпизоде? В фильме есть фраза, которую главная героиня Людмила Прокопьевна несколько раз заученно повторяет: «У акулы нет друзей!». Так вот, в том фрагменте из жизни мне было ярко продемонстрировано именно это правило. Так что и здесь у фильма — попадание в цель, что, конечно, похвально.

Но, к сожалению, таких попаданий немного. Досадно, что понятие «служебный роман» сведено к категории интрижки. Все-таки, хотя и служебный, но — роман! Это к чему-то обязывает. В старом фильме мы наблюдали роман и его развитие. Там была — трепетность. Калугина и Новосельцев читали друг другу стихи Пастернака… Но кому сейчас это надо? Роман… Нечто растянутое и неопределенное, охи и вздохи. Здесь все проще — немного постельных сцен, которые, бе­зусловно, принесут больше прибыли. Ведь этот фильм, прежде всего, коммерческий продукт. Однако интрига, следуя заданному стандарту из прошлого, переросла все же в брак. Отрадный момент.

Еще из таких позитивных моментов отмечу саундтрек. Звучит одна из моих любимых рок-групп «Океан Эльзы», есть песня Джеймса Бланта. Ну, и мотивы из рязановской версии. Причем не адаптированные даже. Кстати, утверждают, что эти ребята (создатели новой разновидности фильма) не спрашивали разрешения у прежних авторов. Ни на что — ни на музыку, ни на сценарий (изначально сюжет был разработан Брагинским (это пьеса «Сослуживцы»). Они, видимо, исходили из принципа: права выкуплены, к чему лишние расшаркивания и сантименты?

Лишь Павел Воля, в силу врожденной интеллигентности, позвонил Лие Ахеджаковой и спросил: мне предлагают исполнить вашу роль, не возражаете? На что Ахеджакова ответила, что «все понимает, ведь она — артистка». И дала благословение. В Сети, кстати, по поводу «Служебного романа. Наше время» объявлен бойкот. Одна из причин — в вышесказанном.

Да, и работу оператора (Петра Братерского) стоит отметить. Виды в фильме порой просто шикарные. Смотришь и наслаждаешься.

Вот такой фильм. Несколько затянутый, предсказуемый. Диалоги рыхлые, шутки не новые… Мне он показался каким-то недоработанным. Спешили куда-то его создатели, что ли? А здесь более тонкая работа нужна. На шедевр ведь отечественный замахнулись.

Да, и еще одна тенденция, направление даже целое — мода на римейки. Здесь еще — поле непаханное. «Джентльмены удачи», «Бриллиантовая рука», «Иван Васильевич меняет профессию», «Девчата»… Но, может, хватит уже разрушать, а?

ИРИНА БОГДАНОВА