Остались несломленными. В Челябинске выходит книга воспоминаний малолетних узников фашистских концлагерей

10 Апреля 2015 Автор: Артем Гржимайло
Остались несломленными. В Челябинске выходит книга воспоминаний малолетних узников фашистских концлагерей

11 апреля мир отмечает Международный день освобождения узников нацистских концлагерей.

«Брось все и читай!»

Для редакции «ЮП» эта памятная дата имеет особое значение: через несколько дней в свет выйдет книга «Несломленные» — о трагических судьбах малолетних узников концлагерей, живших и ныне живущих в Челябинске. Ее автор, журналист нашей газеты Марат Гайнуллин в течение нескольких лет собирал воспоминания тех, чье детство превратилось в ад по одной лишь причине: они родились накануне войны.

Одним из самых первых читателей книги, пребывавшей еще в гранках, стала самый известный в Челябинске библиотекарь, «книжкина мама» Надежда Капитонова. Около 40 лет вела она на Челябинском ТВ передачи для детей «Встреча с книгой», более 20 лет ее голос звучит в радиопередаче «Брось все и читай!». Героями ближайшей передачи «мисс Марпл литературного краеведения», как называют Надежду Анатольевну, как раз и станут те самые «Несломленные».

По ее собственному признанию, не было даже и смысла художественно составлять рассказ о книге. Рассказы ее героев самодостаточны. Надежда Анатольевна цитирует воспоминания, которые ее особенно поразили.

Детишек расстреливали в воздухе

«…Кормили в Саласпилсе, как правило, одним и тем же — мерзлой брюквой или баландой из листьев свеклы или моркови. Запивали ее чаем с заваркой из кислого, гнилого сена. В редкие дни выдавали варево: в котле плавала лошадиная нога прямо с копытом и шерстью, вокруг черви. Но для них и это была еда. Иногда подбрасывали объедки с немецкого стола».

«…в барак приносили детей после нацистских экспериментов — им ломали кости, прививали болезни. Почти каждый день их водили к врачам и брали у них кровь  для немецких солдат. Обескровленные малыши таяли на глазах. Говорили, что для каких‑то опытов им в баланду что‑то специально подсыпали. За малейшую провинность их били плетью. Один такой свистящий удар мог свалить с ног малыша. Два-три удара дети уже не выдерживали…».

«Между бараками стояла скамейка для экзекуций, здесь же была виселица: на наших глазах пытали и вешали, несчастные в предсмертных муках содрогались и в конце концов затихали. И всегда нас заставляли смотреть. Помню шестнадцатилетнего мальчика, который сидел на цепи и ел траву. Помню здоровенного гитлеровца, у которого было ежедневное развлечение: подбрасывал детишек и с веселым смехом расстреливал их в воздухе…»

Пепел вместо человека

«…мы убирали сотни и сотни трупов жителей города: после бомбежки отдельно валялись руки, ноги, головы… Тогда же произошел эпизод, который врезался в память на всю жизнь. На путях стоял отцепленный вагон. Там, должно быть, везли арестантов. Металлические стены и сиденья деревянные. Все арестанты были прикованы цепями — руки и ноги. Когда они сгорели, то превратились в пепел — по контурам как будто человек, все есть: голова, руки, ноги. Подойдешь, толкнешь — человек на твоих глазах рассыпается в одно мгновенье. Кто эти люди? Военнопленные, антифашисты? Не знаю. До сих пор снится — просыпаюсь».

«…самым страшным было очищать те самые печи, в которых сжигали людей. Как только печи немного остынут (ток пропускали по краям), тотчас запускали нас, и мы залезали в эти печи и все там вычищали, ссыпали в машины, а потом уже — на поля… Кормили очистками картошки, свеклы, хлеб — из опилок. Иностранные подчиненные — французы, поляки — нас не били, а немцы били. Но меня как‑то не трогали: должно быть, слишком уж маленькая и щупленькая была.

Сжигали и умерших, и больных, и здоровых, и детей, и взрослых. До сих пор не могу смотреть фильмы про войну — любая деталь напоминает о тех ужасах».

И тает список…

Все герои книги — реальные люди. Родом они все, конечно же, не из Челябинска. Сюда их, по сути, сослали после войны, и долгие годы они вынуждены были носить клеймо отверженных, изгоев. Должно было пройти еще долгих 47 (!) лет после Победы, чтобы их признали жертвами войны. Только в 1992 году узники концлагерей были реабилитированы и приравнены к участникам Великой Отечественной войны.

…В тот год, когда в блокноте журналиста появилось самое первое воспоминание, в списке Челябинского общества малолетних узников фашистских концлагерей значилось 430 человек. В день сдачи книги на верстку этот список сократился до 237 человек…

Поделиться

Сегодня | 16:16
Дом для литья. Как меняется жизнь в Каслях

Каслинский район отметил свое 100-летие. В этот день в муниципалитете побывал губернатор Алексей Текслер. Глава региона проинспектировал социальные объекты и поздравил каслинцев с вековым юбилеем со сцены отремонтированного Дворца культуры.

Сегодня | 14:21
Знать и помнить. Герои прошлого и наших дней на защите Отечества

В Челябинском региональном отделении Российского военно-исторического общества хранят историческую память.

Новости   
Спецпроекты