Жизнь, танец, Володя—все неразрывно…

Триумфально завершил работу в Челябинском государственном академическом театре оперы и балета имени Глинки фестиваль балета «Татьяна Предеина приглашает…».

В большом гала-концерте (режиссер Константин Уральский) приняли участие многие молодые звезды Большого театра, музыкального — имени Станиславского и Немировича-Данченко, Кремлевского балета. Атмосфера зрительского восторга и благодарности находилась буквально на точке кипения. А взрыв произошел в финале: исполнителей буквально заглушили овации и крики «Браво!».

Главным героем этого вечера, без сомнения, стал почетный гость фестиваля народный артист СССР Владимир Васильев. Гала-концерт давался в честь Екатерины Максимовой, также величайшей балерины прошлого столетия, партнерши и жены «Танцовщика ХХ века».

С экрана, установленного на сцене, были показаны фотографии легендарной пары, отрывки из кинофильмов, где снимались звезды, кадры телевизионной хроники. И был невероятно волнующий момент, когда в конце первого отделения выстроившиеся журавлиным клином артисты застыли, протягивая ушедшей в вечность легенде балета живые цветы. А «Гений танца», «Бог танца» Владимир Васильев преклонил перед портретом колен. И это искреннее волнение волной прокатилось по всему залу. Многие не скрывали слез.

Владимир Васильев получил сначала негласный титул гения танца на выпускном вечере после окончания хореографического училища в Москве. Тогда прозвучала фраза «Мы присутствуем при рождении гения». Позже «гением танца» молодого Владимира Васильева назвал знаменитый балетмейстер Касьян Голейзовский. А титул «Бог танца» подарила Васильеву Франция.

Екатерина Максимова и Владимир Васильев не раз бывали в Челябинске, начиная с шестидесятых. Сцена нашего оперного театра принимала многих знаменитостей, но такого горячего приема, такой любви, мне кажется, была удостоена именно эта пара. Она поражала не только своим фантастическим мастерством, но абсолютным отсутствием звездности, простотой, которая присуща чаще всего только большим, настоящим личностям.

Надо сказать, что Челябинску крупно повезло на эти встречи, которые не кончаются и сегодня. А началось все с приезда в театр одной из любимых учениц Екатерины Сергеевны Татьяны Предеиной, поддерживающей со своим педагогом теплые отношения. Потом начал приезжать Владимир Васильев, который поставил на нашей сцене два прекрасных балета: «Золушку» Прокофьева и «Анюту» Гаврилина. И Васильев, и Максимова много вложили в наш театр, и этот дух присутствует здесь и сегодня. Достаточно посмотреть на Татьяну Предеину, так поразительно напоминающую на сцене Екатерину Максимову. Праздником стал и приезд Владимира Васильева на фестиваль «Татьяна Предеина приглашает…».

…Он вышел перед публикой в последний день фестиваля и сказал:

— Я смотрел на эти кадры и думал: что же остается после того, как артист уходит из жизни? Пока он на сцене, он счастлив. Вдвойне, если при жизни получает то, что заслуживает: любовь, уважение, возможность делиться тем, что умеет и может с огромным количеством людей.

А вот потом? Когда легенда уходит в вечность? Как ни печально, самые простые, самые великие имена забываются очень скоро. Я возглавляю фонд Галины Улановой, и весь прошлый год для балетного мира прошел под знаком ее столетия. Увы… сегодня многим молодым имя Улановой уже ничего не говорит. Поэтому я вижу великий смысл в том, что мы провели ряд юбилейных вечеров, посвященных ее памяти.

Размышляя о перспективе будущего фестиваля, уже посвященного ушедшей из жизни музе, Владимир Викторович говорит, что был бы счастлив, если бы такой фестиваль проходил в Челябинске. Он не хочет употреблять слово «память», его мечта, чтобы фестиваль был мажорным, разноликим, многогранным, чтобы он никогда не превращался в обыденный, а соответствовал бы личности, чье имя носит.

Радует, что такую возможность челябинские власти рассматривают со всей серьезностью, и, возможно, такое событие ждет нас уже в будущем году. Театр тоже горит желанием воплотить эту прекрасную идею. Особенно после высказанного Васильевым согласия принять в программе и организации самое горячее участие. Уже обговаривалась идея новой постановки к каждому фестивалю, поскольку сам маэстро заметил, что «источник еще не высох», а подтверждение этому — приглашения для постановок за рубеж, работа с самим Франко Дзеффирелли, который в свое время снимал Васильева с Максимовой в нашумевшем фильме-опере «Травиата».

Почему фестиваль в честь жены так много значит для Владимира Васильева? Откройте замечательную книгу, написанную Екатериной Максимовой «Мадам «нет», где она пишет:

«Мы» — так я говорю, так думаю, это уже, наверное, в подсознании. Конечно, мы вместе целую жизнь. Володя всегда рядом, в любом радостном, горьком, смешном или трагическом событии. Жизнь, танец, Володя. Володя, танец, жизнь — все неразрывно связано…

А вот слова Владимира Васильева:

— После гала-концерта к столетию Улановой «Мона Лиза русского танца» меня спрашивали, а с каким образом ассоциируется у меня Катюша? Я никогда не думал над этим. Нас всегда воспринимали, как единое целое. Она — часть меня. Она, как и Уланова, тоже в чем-то была до конца загадкой. Катя была невероятно талантливая, очень честная, совестливая, она просто отдала свою жизнь балету. И во всем этом была наша неразрывность…

С Владимиром Викторовичем интересно говорить. Обо всем, — уточняет он, — кроме политики. О современном балете, например. Его вовсе не пугает этот термин, он не слепой фанат классики, на которой воспитан. «Главное, чтобы то, что приходит на балетной сцене, не было упражнениями, вызывающими удивление. Надо, чтобы сердца артиста и зрителей бились в унисон, чтобы в танце были духовность и чувства…».

Васильева огорчает коммерциализация искусства, но и при этом он вовсе не склонен к пессимизму: «мир же живет с этим…».

Он не любит негатива, но говорить об этом не хочет: «Сейчас скатимся к нашему телевидению, попсе и всему прочему». Я — за позитив.

С именем Владимира Васильева часто связаны слова «открытие» и «возвращение». И это так. Именно Васильев открыл для балета композитора Валерия Гаврилина, который категорически отказывался писать музыку к балету. Ее собрали «по кусочкам» из разных произведений. Гаврилин не хотел об этом слушать, но Васильев уговорил его посмотреть «всего один номер». Уходя, Валерий Александрович старался не показать слез. Затем вышел фильм, потом — премьера в Неаполе, в России.

Васильев открыл для оперной сцены сегодня очень популярного Астора Пьяццоллу.

— Когда мы с Катей ушли из Большого, — вспоминает он, — перед нами открылся весь мир. И вот по приглашению театра «Колон» в Буэнос-Айресе я сделал номер «Фрагменты одной биографии», где пять пар исполнили пять сюжетов — из истории одной человеческой жизни. И все — на музыку танго Пьяццоллы. В «Колоне» был настоящий взрыв, публика приняла выступление с восторгом. Позже Астор и его друзья-композиторы говорили, что это был прорыв. Наверное, ведь с той поры Пьяццоллу играют на самых престижных сценах, а мы с Астором дружили до последнего его дня.

Был еще важный момент: в 1995 кризисном году Васильев возглавлял Большой театр. И пошатнувшийся было престиж балета Большого в мире вновь был восстановлен. Зарубежные газеты после организованных Владимиром Васильевым гастролей пестрели заголовками «Триумфальное возвращение Большого», «Снова великий Большой».

…В прошлом году Владимир Васильев отметил семидесятилетие. Вечер в его честь прошел и в Нью-Йорке. Зал Нью-Йорк-Сити на две с половиной тысячи был заполнен до отказа. Съехались его друзья со всего мира. Но всех потрясло, когда в конце на сцену вышел сам Васильев, который приготовил для финала собственный номер на элегическую музыку баллады № 1 Шопена, которую очень любила его Катя. Впечатление было огромным. Но никто не удивился: ведь Боги и в семьдесят остаются богами…