Как и кто создает мозаичные панно для собора Рождества Христова в Челябинске
6 Марта 2024
Фото: предоставлены автором
Первоначальный замысел росписей собора Рождества Христова принадлежит Евгению Максимову, руководителю мастерской монументальной живописи в Москве, преподавателю Московского художественного института имени Василия Сурикова. Эскизы выполняет художник-иконописец Алексей Вронский.
Стройная система расположения сюжетов в настенной живописи нового кафедрального собора выражает основные истины христианского вероучения. Задача у создателей настенных росписей и мозаик состоит в том, чтобы пришедший в храм человек не просто разглядывал изображения, но сам как бы становился соучастником библейских событий.
День начинается с молитвы
Более полугода продолжается работа над мозаиками челябинского собора Рождества Христова в мастерской при Свято-Елисаветинском монастыре в Минске. В ближайшее время художники-мозаичисты завершат работу над композицией «Христос во гробе» для жертвенника нижнего храма собора. К Пасхе Христовой, 5 мая, планируется закончить работу над мозаичным панно «Литургия святых отцов» в алтаре. Над челябинскими мозаиками трудились около 30 мастеров.
День в художественной мастерской начинается с общей молитвы. В утреннее правило иконописцев входит молитва Оптинских старцев, молитва старцу Порфирию Кавсокаливиту, в монастыре которого периодически трудится мозаичная артель. По призыву патриарха Кирилла каждый день здесь молятся о мире на Украине. В 12:30 художники читают акафист святителю Николаю Чудотворцу.
— Это общее благословение духовника нашего монастыря протоиерея Андрея Лемешонка, — рассказывает сотрудница мастерской Лада Некрасова. — Все две тысячи служащих различных мастерских нашего духовно-просветительского центра выполняют это молитвенное правило. Кроме этого, несколько раз в год в каждой мастерской проходит встреча с духовником, на которой мы задаем вопросы, просим пастырского наставления. Работа над мозаиками — процесс сложный и кропотливый. Руководитель мастерской, художник-стенописец Дмитрий Кунцевич задает высокую художественную планку. В работе для челябинского собора Рождества Христова нас очень поддерживают молитвы и советы сестер Ново-Тихвинского монастыря Екатеринбурга.
Красота из кусочков смальты
Создание мозаичных композиций — процесс творческий, трудоемкий и многоэтапный.
— Сначала мы делаем эскизы композиций. Потом эскиз переводится современными средствами печати в натуральный размер, а уже затем мы начинаем предварительный набор панно, — рассказывает руководитель мастерской, художник-стенописец Дмитрий Кунцевич. — Предварительно на пластилиновую основу мастер по одному укладывает небольшие по размеру, местами до нескольких миллиметров, кубики смальты — модуль. Следит, чтобы оттенки частичек выстраивали верные цветовые отношения, размер камушков и направление рядов образовывали единую живописную ткань. Только в этом случае мозаика получится будто живая и заиграет богатством красок. После уточнений в предварительном наборе панно заново, модуль за модулем перекладывается на клеевой раствор так называемым прямым набором.
В мастерских художники сидят за высокими столами, на которых закреплены доски с эскизами мозаичных икон, многочисленные репродукции шедевров прежних эпох.
Мозаичный фон мастера делают из крупных модулей, одежду — из более мелких, лики — из крошечных. На один лик может уйти целый месяц. Каждый камушек должен быть неправильной формы, иметь естественный скол. Важны и швы между камнями. При этом смальта подбирается разных размеров, чтобы создавалась «вибрация», картина мерцала и выглядела бархатистой.
В своей работе художники Свято-Елисаветинского монастыря вдохновляются техникой византийской мозаики, которая зародилась еще в IV веке. Почти все мозаики в то время делались на золотом фоне, но вовсе не для того, чтоб показать богатство и роскошь. В древней Византии сияние драгоценного металла олицетворяло божественный свет.
— Окрашивая стеклянную массу, византийцы добавляли в нее соединения металлов: золота, ртути, меди. Внутри прозрачного стекла заплавляли листы сусального золота, отчего казалось, что мозаика светится. На мелкий модуль готовые блины, или бруски, смальты мы, как и византийские мастера, накалываем вручную, — делится секретами мастерства Дмитрий.
Для мозаичных панно челябинского собора используется смальта и золото. Иногда добавляется перламутр, цветное стекло, мрамор, галька, полудрагоценные минералы. Красочная палитра смальты насчитывает тысячи оттенков.
Материал для мозаики лежит в виде плиток разного размера и толщины на стеллажах, россыпью в контейнерах и стаканах на столах.
По долговечности и сохранности мозаика лучше многих живописных техник, отмечают специалисты.
Лик Спасителя доставят на самолете
Пятнадцать квадратных метров мозаики будут уложены в нижнем приделе кафедрального собора, освященного в честь равноапостольного князя Владимира.
— Центральную часть композиции Вселенских учителей мозаики «Литургия святых отцов» мы привезли в Челябинск в декабре прошлого года, — продолжает мастер. — Смонтировали готовые участки на стене, швы зашили смальтой и золотом на месте. То же сделали с фигурами святителей: сначала выложили их в специальный раствор в мастерской, а недавно доставили их в собор. Скоро приедут художники-мозаичисты, смонтируют фрагменты и зашьют швы.
Мозаика — искусство монументальное, и смотреть на композицию лучше после завершения всех работ. Причем богослужение — непременное условие для полноценного восприятия церковной живописи.
— Вторая мозаика «Христос во Гробе» выполняется целиком, у нее сложная форма ниши, и сам образ непростой даже для хорошего мастера, — подчеркивает Дмитрий Кунцевич. — Поясное изображение Христа со скрещенными руками на груди требует от художника высокой квалификации, профессиональных знаний. На днях работу привезут в Челябинск и установят в нишу нижнего придела собора.
Мозаика и материал для ее завершения отправятся из Минска в Челябинск грузовой машиной. Погодные условия: мороз, жара, солнце, осадки — не страшны данным материалам. Главное, хорошо упаковать: вес немаленький. Лик Спасителя и мелкие детали привезут с собой на самолете мастера.
Дмитрий Кунцевич уверен: посредством искусства иконописцы могут затрагивать в душе человека прекрасное, заложенное Богом представление о благе, пробуждать высшие устремления, напоминать о рае.
— В определенном смысле художник-иконописец не имеет права на личные измышления и фантазии, его взгляды должны полностью соответствовать учению Церкви. Иконописец призван войти в жизнь Церкви и через молитву, Таинства впустить в себя Бога, который и является по-настоящему Творцом, тогда как художник — Его сотрудник, что весьма ответственно. Икона, роспись, храм — это целый мир, существовавший задолго до нас, и который будет существовать до скончания века, рождаясь и перерождаясь в произведениях церковных авторов. Мир Божественный — область, затрагивающая учение Церкви, место, где благодать Божия касается души человека, — считает мастер.
День начинается с молитвы
Более полугода продолжается работа над мозаиками челябинского собора Рождества Христова в мастерской при Свято-Елисаветинском монастыре в Минске. В ближайшее время художники-мозаичисты завершат работу над композицией «Христос во гробе» для жертвенника нижнего храма собора. К Пасхе Христовой, 5 мая, планируется закончить работу над мозаичным панно «Литургия святых отцов» в алтаре. Над челябинскими мозаиками трудились около 30 мастеров.
День в художественной мастерской начинается с общей молитвы. В утреннее правило иконописцев входит молитва Оптинских старцев, молитва старцу Порфирию Кавсокаливиту, в монастыре которого периодически трудится мозаичная артель. По призыву патриарха Кирилла каждый день здесь молятся о мире на Украине. В 12:30 художники читают акафист святителю Николаю Чудотворцу.
— Это общее благословение духовника нашего монастыря протоиерея Андрея Лемешонка, — рассказывает сотрудница мастерской Лада Некрасова. — Все две тысячи служащих различных мастерских нашего духовно-просветительского центра выполняют это молитвенное правило. Кроме этого, несколько раз в год в каждой мастерской проходит встреча с духовником, на которой мы задаем вопросы, просим пастырского наставления. Работа над мозаиками — процесс сложный и кропотливый. Руководитель мастерской, художник-стенописец Дмитрий Кунцевич задает высокую художественную планку. В работе для челябинского собора Рождества Христова нас очень поддерживают молитвы и советы сестер Ново-Тихвинского монастыря Екатеринбурга.
Красота из кусочков смальты
Создание мозаичных композиций — процесс творческий, трудоемкий и многоэтапный.
— Сначала мы делаем эскизы композиций. Потом эскиз переводится современными средствами печати в натуральный размер, а уже затем мы начинаем предварительный набор панно, — рассказывает руководитель мастерской, художник-стенописец Дмитрий Кунцевич. — Предварительно на пластилиновую основу мастер по одному укладывает небольшие по размеру, местами до нескольких миллиметров, кубики смальты — модуль. Следит, чтобы оттенки частичек выстраивали верные цветовые отношения, размер камушков и направление рядов образовывали единую живописную ткань. Только в этом случае мозаика получится будто живая и заиграет богатством красок. После уточнений в предварительном наборе панно заново, модуль за модулем перекладывается на клеевой раствор так называемым прямым набором.
В мастерских художники сидят за высокими столами, на которых закреплены доски с эскизами мозаичных икон, многочисленные репродукции шедевров прежних эпох.
Мозаичный фон мастера делают из крупных модулей, одежду — из более мелких, лики — из крошечных. На один лик может уйти целый месяц. Каждый камушек должен быть неправильной формы, иметь естественный скол. Важны и швы между камнями. При этом смальта подбирается разных размеров, чтобы создавалась «вибрация», картина мерцала и выглядела бархатистой.
В своей работе художники Свято-Елисаветинского монастыря вдохновляются техникой византийской мозаики, которая зародилась еще в IV веке. Почти все мозаики в то время делались на золотом фоне, но вовсе не для того, чтоб показать богатство и роскошь. В древней Византии сияние драгоценного металла олицетворяло божественный свет.
— Окрашивая стеклянную массу, византийцы добавляли в нее соединения металлов: золота, ртути, меди. Внутри прозрачного стекла заплавляли листы сусального золота, отчего казалось, что мозаика светится. На мелкий модуль готовые блины, или бруски, смальты мы, как и византийские мастера, накалываем вручную, — делится секретами мастерства Дмитрий.
Для мозаичных панно челябинского собора используется смальта и золото. Иногда добавляется перламутр, цветное стекло, мрамор, галька, полудрагоценные минералы. Красочная палитра смальты насчитывает тысячи оттенков.
Материал для мозаики лежит в виде плиток разного размера и толщины на стеллажах, россыпью в контейнерах и стаканах на столах.
По долговечности и сохранности мозаика лучше многих живописных техник, отмечают специалисты.
Лик Спасителя доставят на самолете
Пятнадцать квадратных метров мозаики будут уложены в нижнем приделе кафедрального собора, освященного в честь равноапостольного князя Владимира.
— Центральную часть композиции Вселенских учителей мозаики «Литургия святых отцов» мы привезли в Челябинск в декабре прошлого года, — продолжает мастер. — Смонтировали готовые участки на стене, швы зашили смальтой и золотом на месте. То же сделали с фигурами святителей: сначала выложили их в специальный раствор в мастерской, а недавно доставили их в собор. Скоро приедут художники-мозаичисты, смонтируют фрагменты и зашьют швы.
Мозаика — искусство монументальное, и смотреть на композицию лучше после завершения всех работ. Причем богослужение — непременное условие для полноценного восприятия церковной живописи.
— Вторая мозаика «Христос во Гробе» выполняется целиком, у нее сложная форма ниши, и сам образ непростой даже для хорошего мастера, — подчеркивает Дмитрий Кунцевич. — Поясное изображение Христа со скрещенными руками на груди требует от художника высокой квалификации, профессиональных знаний. На днях работу привезут в Челябинск и установят в нишу нижнего придела собора.
Мозаика и материал для ее завершения отправятся из Минска в Челябинск грузовой машиной. Погодные условия: мороз, жара, солнце, осадки — не страшны данным материалам. Главное, хорошо упаковать: вес немаленький. Лик Спасителя и мелкие детали привезут с собой на самолете мастера.
Дмитрий Кунцевич уверен: посредством искусства иконописцы могут затрагивать в душе человека прекрасное, заложенное Богом представление о благе, пробуждать высшие устремления, напоминать о рае.
— В определенном смысле художник-иконописец не имеет права на личные измышления и фантазии, его взгляды должны полностью соответствовать учению Церкви. Иконописец призван войти в жизнь Церкви и через молитву, Таинства впустить в себя Бога, который и является по-настоящему Творцом, тогда как художник — Его сотрудник, что весьма ответственно. Икона, роспись, храм — это целый мир, существовавший задолго до нас, и который будет существовать до скончания века, рождаясь и перерождаясь в произведениях церковных авторов. Мир Божественный — область, затрагивающая учение Церкви, место, где благодать Божия касается души человека, — считает мастер.
Поделиться
