Станислав Дужинский: «Люди адаптируются к новой экономической реальности»

— Совокупный кредитный портфель банков сокращается, вкупе с ростом просроченной задолженности это означает постепенное снижение качества кредитного портфеля. Какими темпами, на ваш взгляд, идет сейчас этот процесс?

— Шок валютного рынка в конце прошлого года и последовавший за ним инфляционный всплеск привели к резкому падению реальных зарплат населения. Это в свою очередь оказало значительное давление на спрос на новые кредитные продукты, предъявляемый населением. Естественно, что пик негатива пришелся на первый квартал 2015 года. Потом постепенно люди стали адаптироваться к новой экономической реальности. Первым восстановительную динамику в конце весны стал демонстрировать POS-сегмент.

— Можно ли говорить о том, что наиболее напряженный период пройден в 2014-м — первой половине 2015 года, а сейчас ситуация управляемая и предсказуемая?

— В следующем году при определенном восстановлении благосостояния населения можно ожидать нулевой динамики портфелей. В этих условиях банки по-прежнему сосредоточены на качестве своих активов. Довольно жесткие требования, предъявляемые к заемщикам, с одной стороны, еще больше ограничивают выдачи, но благодаря им мы ожидаем, что с середины 2016 года доля просроченных кредитов по системе начнет снижаться. Однако пока ситуация на рынке розничного кредитования остается непростой. По предварительным оценкам, снижение розничного кредитного портфеля в целом по банковской системе может составить около 15 % по итогам этого года.

— До начала кризиса основной акцент работы розничных банков приходился на кредитование, потом он сместился на работу с просрочкой, корректировку системы одобрения и привлечение вкладов. Когда вы заметили первые признаки закредитованности клиентов?

— Еще в начале 2013 года. Даже те заемщики, которые исправно платили по кредитам, начали допускать просрочки. Мы понимали, что это может привести к лавинообразному росту просрочек по кредитам. Поэтому мы ощутимо повысили требования к заемщикам, усилили взаимодействие со всеми кредитными бюро, ограничили частоту получения новых кредитов. Потом к проблеме закредитованности добавился макроэкономический негатив. В этих условиях мы по-прежнему ведем последовательную борьбу с просрочкой, и нам удалось добиться снижения просроченной задолженности даже на снижающемся портфеле.

— Стоит ли ожидать оживления потребительского кредитования в том виде, в котором оно существовало до середины 2014 года? Если да, то как скоро?

— Макроэкономические прогнозы говорят о том, что в следующем году ожидается замедление инфляции. Это окажет положительное влияние на динамику реальных доходов населения, которые будут близки к нулевым. При благоприятном развитии событий и отсутствии новых экономических шоков доходы российских домашних хозяйств начнут расти в 2017 году. Банк России ожидает восстановление потребительского спроса в 2018 году. Можно предположить, что спрос на кредиты также полноценно восстановится в 2017-2018 годах. Хотя уже в следующем году рейтинговое агентство Fitch ожидает постепенного роста новых выдач.

— Планирует ли банк пользоваться возможностью банкротства физлиц (или уже воспользовался)? Если да, каких категорий должников это коснется в первую очередь?

— Доля наших клиентов, подпадающих под действие нового закона, невелика. В настоящее время мы не готовим процедур по инициации банкротства данных клиентов. Если у клиентов нашего банка наступила трудная жизненная ситуация, которая не позволяет им выплачивать кредит, или они чувствуют, что такая ситуация вскоре может наступить, то нужно сразу обратиться в банк. Нужно написать заявление о своих трудностях, по возможности подробно изложив свою ситуацию и приложив документы, которые свидетельствуют об ухудшении финансового состояния. Банк рассмотрит заявление и предложит клиенту приемлемый вариант реструктуризации. Этот путь наиболее предпочтителен для всех сторон по сравнению с процедурой банкротства.