Век веры. В епархии возвращают имена челябинских святых

16 Октября 2018 Автор: Марат Гайнуллин Фото: Вячеслав Шишкоедов
Век веры. В епархии возвращают имена челябинских святых


Сто лет для епархии — это молодость. Так считает секретарь Челябинской епархии, настоятель Свято-Троицкого храма, протоиерей Игорь Шестаков. Разговор с ним начался с вопроса о том, что же такого важного произошло в 1918 году, что могло стать временным мерилом для того, чтобы сегодня отмечать вековой юбилей?

В честь святителя Николая

— Отец Игорь, если мы говорим о Челябинской епархии как о самостоятельной и о том решении, которое было принято на Поместном соборе в 1918 году, то не логично ли все же вернуться еще на полтора-два века назад? Ведь у Челябинской епархии была и своя предыстория...

протоиерей-Игорь-Шестаков_DSC_7750.jpg— Бесспорно, так! Челябинск возник как форпост, как военно-административный город. Соответственно, в нем не могло не быть церкви, поскольку в любом военно-административном образовании обязательно был божий храм. Так случилось и в Челябинске, в котором православная жизнь началась с церкви в честь святителя Николая.

Дальнейшее развитие города показало, что Челябинск достаточно моноконфессионален. При этом у нас не было такой запутанности, которая была, скажем, в соседнем Екатеринбурге или в других крупных городах, становившихся центрами мощного старообрядческого движения.

Челябинск никогда не превращался в кальку других российских городов. Вообще у Челябинска свой и весьма интересный сценарий развития. Так, у нас достаточно поздно, лишь в 40-х годах XIX века, начинается монашеское движение. Указом императора Николая Первого женская монашеская община Челябинска получает статус монастыря. В конце XIX века, когда Челябинск становится центром хлеботорговли и через него проходит Транссиб, он постепенно превращается в капиталистический город с совершенного определенным лицом. Это, конечно, сказалось, и на духовном облике города.

И когда в 1914 году была образована викарная кафедра, выбор неслучайно пал на Челябинск. Город мыслился центром притяжения так называемого Юго-Восточного Предсибирья. Принималось во внимание, что челябинский уезд достаточно крупный. Это и земли третьего отдела Оренбургского казачьего войска, это и Троицк как крупнейший административный центр юго-востока. И возникновение Челябинской епархии как самостоятельного субъекта просто вопрос времени.

Реалии истории были таковы, что это решение родилось, когда Россия была охвачена революционными событиями и Гражданской войной. В городе были чехи, здесь же формировалось правительство уфимской директории, здесь же проходил колчаковский восточный фронт. Челябинск во всех сводках того времени выглядел как крупнейший город стратегического значения.

крестный-ход_Шишкоедов_DSC0511.jpg

По зову души прихожан

— Так что будущая столетняя история Челябинской епархии началась с неоднозначных событий, очевидцы которых даже и представить себе не могли, во что они могут вылиться…

— Действительно, никто тогда и помыслить не мог, что возникнет богоборческая власть, которая будет жесточайшим образом преследовать православное духовенство, закрывать храмы, расстреливать священников. И что начнется обновленческий раскол, строительство социализма с его безбожными пятилетками. Причем на Урале особенно ожесточенно боролись с религией. Потому что с точки зрения победивших большевиков в городах, где был пролетариат, оставлять религию, как опиум для народа, было неразумно. Это, кстати, чувствуется и до сих пор, особенно в промышленных центрах Урала и Сибири, где ощущается зона напряженности.

Но история Челябинской епархии, которая прошла через все горнила, выпавшие на долю РПЦ в 20-40-х годах, на этом не закончилась. Епархия и в послевоенные годы имела самостоятельное управление, у нее были правящие архиереи и свое духовенство, свои храмы. И говорить о том, что с 1918 по 1986 год у нас тут было безвременье, тоже неправильно. У нас были свои новомученики и исповедники. Когда возобновили самостоятельную Челябинскую епархию, то вопрос о целесообразности ее образования не стоял, просто восстановили историческую справедливость, что было подтверждено и собором.

— С какими силами начала возрождаться церковь на Южном Урале?

— К середине 80-х годов прошлого века на территории Челябинской области существовало всего 17 приходов. И речь-то идет не о молодых городах, а городах с колоссальным пластом духовной истории, таких как Троицк, Кыштым, Верхний Уфалей, Касли, Миасс, Сатка, где до революции уже было два архиерея, один из которых старообрядческий.

И с 1989 по 1999 год епархия преобразилась невероятно: вместо 17 приходов стало более ста!
Были уникальные прецеденты и в годы войны, когда не только открывались, но даже строились новые храмы. Например, по зову души прихожан храм был построен в Пласте в 1943 году. А в Магнитогорске община Михаила Архангела сумела сохранить и отстоять свой храм и сделать так, чтобы в годы войны он служил.

епархия_Шишкоедов_DSC8009.jpg

2020-й — рубежный

— У Челябинска есть и новейшая история восстановления храмов…

— Их, к сожалению, немного. Это Троицкий, Александро-Невский храмы, началось обретение Одигитриевского монастыря. Но не будем забывать, что скромный дореволюционный Челябинск и Челябинск-миллионник — это два разных города. Однако и сегодня на весь мегаполис приходится всего 35 человек духовенства…

— Сколько сегодня на территории Челябинской епархии приходов?

— Сейчас зарегистрировано около 230 приходов, включая строящиеся и приписные храмы. Почти две сотни приходов — действующие. В самом Челябинске их более 20, некоторые из них в стадии достраивания. Например, кафедральный собор, у которого еще нет юридического статуса прихода. Или, например, храм Иоанна Богослова на Тополиной аллее. Он пока еще не освящен, но уже действует.

— Есть ли у епархии своей некий генплан строительства храмов? Или их появлению мы обязаны одной лишь инициативе прихожан?

— Этот процесс взаимный. Сама жизнь подсказывает. Строятся новые микрорайоны — Чурилово, Красное Поле, конечно, там нужны храмы. Это понимают и прихожане, и епархия. При этом изменились география города, его лицо. Понятно, что в Парковом никогда не было церкви, там был лес. И кафедральный собор на пересечении улицы Салавата Юлаева и Градского проспекта тоже начинали строить в лесу. Были сомнения: а пойдут ли туда люди? Но сейчас-то там вырос огромный микрорайон, который шагнул далеко за рамки городской черты, и дойти до храма можно буквально пешком.

— Кстати, когда предполагается завершить строительство кафедрального собора?

— Неслучайно 2020 год отмечен рубежом. Пока мы идем в графике. Скажу лишь, что первый этаж к этому времени мы точно будем иметь. А значит, будем проводить богослужения, собирать общину, приход.

Христовы люди

— Есть ли на Южном Урале достойные кандидатуры, кто мог бы претендовать на статус местночтимых подвижников?

— Мы тщательно изучаем жизнедеятельность челябинских святых. Это очень кропотливая работа, которая связана в том числе и с архивами. Не все так просто и с канонизацией новомучеников. Так, например, священник Дмитрий Неаполитанов к новомученикам пока еще не отнесен. Хотя, слава Богу, появилась улица его имени.

— Происходит ли какая-либо эволюция нравственного облика служителя церкви за последние сто лет?

— Вопрос сложный. Духовенства дореволюционного или эмигрантского у нас физически не осталось. Священники сегодня — это на 99 % выходцы из советского и постсоветского общества. Выходцы из рабочих и крестьян, которые рекрутировались в 60-70 годах, это тоже уже очень пожилые люди. Так что челябинское духовенство представляют люди в большинстве своем до 50 лет. Это другое воспитание. Это другая культура, в том числе и духовная.

Еще в 90-х годах сильно бросалось в глаза расслоение: вот выходцы из семей духовенства, а вот выходцы из светской среды. Сейчас эта разница нивелировалась. Второе — существенно вырос образовательный ценз наших священников, в активе которых как минимум духовная семинария. Подавляющее большинство имеют высшее светское или духовное образование, а иногда и то и другое. У нас есть священнослужители с учеными степенями! Согласитесь, еще 30-40 лет назад такое и представить себе было невозможно!

И вот что важно. Сегодня в общественной среде священник чувствует себя абсолютно нормально, естественно, он не чувствует себя неким чужеродным элементом. Равно и как дети священника, которым в советское время нередко устраивалась обструкция с запретом участвовать в школьных мероприятиях. Сегодня дети священнослужителей спокойно поступают в светские вузы, при этом не всегда желая идти по стопам родителей, это тоже фактор времени. Быть может, с точки зрения традиций дореволюционного общества это и нарушение сословных рамок.

А что касается морали, то замечу, что прежним поколениям священнослужителей была более свойственна замкнутость. Дореволюционные священнослужители — это вообще люди другого измерения. Я сталкивался со священниками из эмигрантской среды и скажу, что мы очень далеки от них. Это совсем другая этика, другие отношения, другое мировоззрение. Чтобы подняться до их уровня… Думаю, что для этого у нас просто нет соответствующей среды.

— Кого бы вы выделили из челябинских священников столетней давности как нравственный ориентир для себя лично?

— Можно вспомнить того же расстрелянного протоиерея Дмитрия Неаполитанова. Он не впадал ни в какие расколы, его безмерно уважала паства. Можно назвать и тех, кто служил в нашем храме, отца и сына Петра и Александра Кремлевых. Мне глубоко импонирует образ Михаила Громогласова, служившего в Верхнеуральске. Это все были яркие личности, проявившие себя, заметьте, в очень непростое время. Это люди, беззаветно преданные служению. Не отступившие. Не спасовавшие. Я читал уголовные дела многих священнослужителей. И было очевидно, с каким мужеством и стойкостью они воспринимали несправедливое обличение. Они прекрасно понимали, на что идут. Но они не потеряли ни веры, ни упования. Одно могу сказать про них: это Христовы люди. И они, бесспорно, достойные ориентиры для каждого из нас…

Сегодня | 16:42
Лещ под берегом. За новогодним уловом рыбаки отправились на озеро Касагалы

— А че? А где уже мы? Когда приедем? — Приподняв взъерошенную голову, Валерик мутно уставился на мелькающий за стеклом зимний пейзаж. — Что-то не пойму, Увильды проехали али как?

Сегодня | 16:13
Когда забота стала работой. В Челябинской области ежегодно расширяется список мер социальной поддержки

Согласно статистике, каждый третий житель Челябинской области обращается в подразделения министерства социальных отношений за тем или иным видом помощи.

05.12.2018 | 13:11
О каких тайнах строительства Магнитогорска молчали писатели Гайдар и Катаев

После публикации на сайте «ЮП» статьи «Почему магнитогорца обвинили в покушении на убийство Сталина» в редакцию обратился давний друг нашей газеты, известный челябинский библиотекарь Надежда Капитонова, признавшаяся, что описанные в ней трагедии имеют отношение и к ней.

05.12.2018 | 10:18
Добрый доктор. В историю Челябинска он вошел как трижды избираемый глава

Мы продолжаем проект «Имя в городе», посвященный предстоящему 85-летию со времени образования Челябинской области.

Новости   
Спецпроекты