Почему Челябинск хотели превратить в город без «очагов дурмана»

11 Октября 2018 Автор: Марат Гайнуллин
Почему Челябинск хотели превратить в город без «очагов дурмана»


Вышел в свет сборник уникальных статей и материалов о церковно-религиозной жизни Челябинска в 1917-1937 годах. Автором сборника под названием «Разгром» выступил известный челябинский историк и краевед Владимир Боже.

А сколько было храмов?

— Ты сам пришел к этой теме или она к тебе?

Владимир-Боже_DSC0968.jpg— Все началось еще в советское время, когда я однажды задался простым вопросом: а сколько же было церквей в Челябинске до революции? Пошел в Публичку, в отдел краеведения, набрал кучу книг по этой теме и пришел к выводу, что сведения абсолютно не стыкуются: одни писали о восьми храмах, другие — о десяти. В Оренбургском архиве мне удалось разыскать документ за 1916 год, в котором как раз говорилось о количестве храмов в Челябинске. В нем поименно было названо 18 церквей разных статусов, одна из них находилась вне пределов Челябинска (Серафимовская, приписанная к женскому монастырю). Этот документ лег в основу моей первой публикации по историко-церковной тематике, которую я поместил в рукописном журнале краеведческого музея «Эхо».

— Почему книга начинается 1917 годом?

— Пал царизм, был упразднен Синод, церковь вступила в новую фазу развития. В марте 1917 года в Челябинске проходил первый съезд духовенства и мирян, где впервые был поставлены вопросы о создании самостоятельной епархии и о том, возможно ли участие церкви в политической жизни страны. Рисовалась такая картина: церковь получает дотацию от государства, при этом она должна быть самостоятельной. Обновленчество, которое стало развиваться в 1921-22 годах, возникло не на пустом месте. Теоретики большевизма писали, что священник — это такой же чиновник царский и РПЦ полностью себя низвела до служанки царизма, поэтому она должна быть уничтожена.

— То есть ущемление прав церкви началось при большевиках?

— Так принято думать. Но на самом деле этот процесс начался еще при Временном правительстве. Советы издали указ, по которому храм может существовать, если только при нем будет создана так называемая ответственная «двадцатка». Другими словами, если найдутся двадцать человек, которые берутся отвечать за этот храм. И все, казалось бы, оставалось, как и прежде: храмы стоят на месте, батюшка проводит службу, прихожане без опасений приходят в церковь. Но все оказалось не так просто. Наступает 1921 год. Год очень сильного голода. И голод этот, разумеется, не был результатом плохой погоды. Продразверстка изымала у крестьян зерно по максимуму. И, как следствие, у крестьян не оставалось порой зерна даже для посевных работ.

Если 1916 год взять за 100 процентов, то уже к 1922 году от посевных земель на Урале осталась лишь треть. При этом власть находилась в полной эйфории. Крестьяне начинают голодать и устремляются в города. В результате против них применяются законы о репрессиях, крестьян начинают судить военными трибуналами. В ответ начинаются большие народные волнения, в том числе Ишимское восстание, охватившее и Челябинскую губернию. И государство начинает понимать, что такие восстания могут смести власть. И тогда возникает тема, где и что брать. Ленин шлет Красину телеграмму с требованием приобрести за границей хлеба. На любых условиях!

— Но кто же станет сотрудничать с новой страной Советов, отказавшейся признавать царские долги…

— Вот именно! В результате Красин всеми правдами и неправдами пытается зерно получить, создаются благотворительные фонды. И тут у власти советов рождается гениальная мысль: изъять все ценности церковные и на вырученные средства приобрести недостающий хлеб!

В Челябинске была образована губернская комиссия по изъятию церковных ценностей. Примечательно, что в комиссию входили такие люди, как Николай Чернавский, основатель нашего архива.

Сам процесс изъятия был крайне болезненным. Исходя из канонов РПЦ не каждый мирянин во все помещения храма может войти. Однако процесс уже шел: началось вскрытие мощей, изъятие серебра и прочих ценностей. При этом все, кто шел против власти, жестоко преследовались.

Грудью на защиту храмов

— А как челябинцы воспринимали закрытие храмов?

— Крайне болезненно! Пример. Когда в 1920 году в Челябинске решено было закрыть Одигитриевский женский монастырь, то с первого раза властям это сделать не удалось. В тот день в городе проводилась ярмарка, и большое количество людей устремилось к монастырю. Челябинцы грудью встали на защиту и буквально своими телами не дали закрыть монастырь.

И тогда чекисты прибегли к радикальным мерам, взявшись за чистку. Тут же нашлись 40 человек, которые, по их мнению, были зачинщиками. При этом защитники храма справедливо аргументировали тем, что строился он отнюдь не на средства государства, а на пожертвования самих монахинь и средства благотворителей. Но власти уже было все равно.

В те же дни были расстреляны Дмитрий Неаполитанов, Николай Орлов и другие знаковые личности. Ситуация становилась очень напряженной. Представителей церкви жестко преследовали, не позволяя даже собираться на квартирах, куда, по доносам информаторов, тут же приходили чекисты, происходили аресты, и священнослужителей отправляли в разные уголки страны. Пик борьбы с церковью пришелся на рубеж 20-х и 30-х годов. Хотя первым храмом, который был снесен в Челябинске еще в 1923 году, стала Перцевская церковь, стоявшая на пересечении современных улиц Цвиллинга и Коммуны.

— Репрессии коснулись не только православных храмов?

— В соответствии с письмом ВЦИК разрешалось оставить в каждом городе по одному храму одной конфессии. То есть Челябинск имел право на один православный храм, один католический, синагогу и мечеть. Плюсом к этому — дома баптистов, старообрядцев. Но и этого не произошло. Челябинские воинствующие безбожники во главе с Эмилием Чоппом, именем которого сегодня, кстати, названа одна из улиц города, с энтузиазмом взялись за уничтожение храмов, видевших еще пугачевцев, Александра Первого, Столыпина… Были разрушены монастырский комплекс, костел… В те дни в ходу был девиз: «Превратим Челябинск в город без единого очага дурмана»!

фото-к-Боже_официальный-сайт-Одигитриевского-монастыря.jpg
Фото с официального сайта Одигитриевского монастыря

— Как и за счет кого в это трагическое время пополнялось духовенство?

— Меня всегда мучил этот вопрос. Если после реформы в начале XIX века была образована триада — духовное училище, семинария, академия, то после революции 1917 года все это было закрыто, в том числе и в Челябинске. Выясняется, что кадры набирались из мирян. Но их с каждым годом становилось все меньше и меньше. Потому что священники подвергались репрессиям, их расстреливали. И этот процесс шел практически до 1937 года. При этом государство пыталось внести раскол в ряды РПЦ.

И в Челябинске в одно и то же время действовали храмы тихоновской ориентации, то есть ортодоксальной православной церкви, и так называемые обновленцы, которые как раз и появились в период голода. Они говорили, что апостолам, дескать, для того, чтобы проповедовать слово божье, не нужны были храмы. А у нас, мол, сегодня люди от голода умирают. Что же мы будем жалеть какое-то имущество?

Дома советов в… храме

— А кто из известных челябинцев был среди обновленцев?

— Совершенно разные люди. Один их них — митрополит Василий Некрасов, в прошлом выпускник Московской духовной академии, мудрый человек с разумной аргументацией. Вместе с тем были и другие, имевшие низшее образование и совершенно не понимавшие, что происходит в действительности. Например, обновленческий архиепископ Гавриил (Ландышев), отрешивший от занимаемых должностей, например, таких популярных священников, как Антоний Альбокринов. В результате его действия привели к расколу челябинского духовенства на приверженцев патриарха Тихона и обновленцев. Этот раскол дополнялся тем, что власти арестовывали не только местных священников, но и архиереев и самого патриарха Тихона. Аресты привели к тому, что была разрушена система управлению церковью. Многие церкви вынуждены были уйти в автокефалию и действовать по своему усмотрению. В результате возникло такое течение, как григорьевцы, по имени архиепископа Григория (Яцковского) из Екатеринбурга, выступавшего за учреждение коллегиального органа управления — Временного высшего церковного совета. Он дважды приезжал в Челябинск и, очевидно, до того искусно вел здесь агитацию, что даже один из самых популярных священников в городе Петр Холмогорцев перешел в григорьевский раскол.

— К кому тяготела большая часть челябинцев?

— Большинство тяготело к традиционному вероисповеданию, а к обновленцам челябинцы ходить не любили. Между тем храмы изымались и отдавались именно обновленцам, у которых не было такого количества прихожан.
В те же годы Челябинск стал позиционироваться как город великих строек и гигантской индустрии. Стали раздаваться голоса: у нас, дескать, нехватка помещений, а у них простаивают храмы! Так надо их изымать и использовать для социалистического строительства! И изымали, и использовали. Например, здание того же Одигитриевского монастыря решили перестроить в Дом советов. Снесли старейший в городе Христорождественский монастырь, римско-католический костел, сохранившиеся храмы использовали в хозяйственной деятельности.

Тогда же в местных газетах стали призывать к использованию камня и металла с кладбищ! Под такую жесточайшую кампанию попало, в частности, Казанско-Богородицкое кладбище, которое располагалось на территории от нынешнего магазина «Ритм» до кинотеатра имени Пушкина.

РПЦ в летаргии

— У тебя ко всем источникам был доступ?

— Дело в том, что все личные дела репрессированных челябинских священников заполучить в советское время однозначно не было никакой возможности. И только в период перестройки эти спецхраны стали открываться. Я работал и с фондами государственного архива Челябинской области, и с архивами ФСБ. В результате и удалось восстановить многое из того, что было неведомо.

— Почему ты заканчиваешь 1937 годом?

— С 1917 по 1937 год — это сложнейший период и в истории страны, и в истории православия. К 1937 году уже совершенно обескровленная РПЦ фактически впала в летаргию. На территории всего Советского Союза оставалось всего четыре епископа!

Если посмотреть хронику тех трагических лет, то окажется, что репрессированным оказалось практически все челябинское духовенство. В самом Челябинске оставался единственный действующий храм — Свято-Симеоновский. Удивительно, но вся церковная жизнь Челябинска и была заключена в стенах этой маленькой, некогда кладбищенской церкви…

фото-к-Боже_Рубеж-20-30-х-гг.-прошлого-века-–-время-антирелигиозных-кампаний.-На-снимке-—-Антипасха.jpg
Рубеж 20–30-х гг. прошлого века – время антирелигиозных кампаний.
На снимке – Антипасха.


Вчера | 16:42
Лещ под берегом. За новогодним уловом рыбаки отправились на озеро Касагалы

— А че? А где уже мы? Когда приедем? — Приподняв взъерошенную голову, Валерик мутно уставился на мелькающий за стеклом зимний пейзаж. — Что-то не пойму, Увильды проехали али как?

Вчера | 16:13
Когда забота стала работой. В Челябинской области ежегодно расширяется список мер социальной поддержки

Согласно статистике, каждый третий житель Челябинской области обращается в подразделения министерства социальных отношений за тем или иным видом помощи.

05.12.2018 | 13:11
О каких тайнах строительства Магнитогорска молчали писатели Гайдар и Катаев

После публикации на сайте «ЮП» статьи «Почему магнитогорца обвинили в покушении на убийство Сталина» в редакцию обратился давний друг нашей газеты, известный челябинский библиотекарь Надежда Капитонова, признавшаяся, что описанные в ней трагедии имеют отношение и к ней.

05.12.2018 | 10:18
Добрый доктор. В историю Челябинска он вошел как трижды избираемый глава

Мы продолжаем проект «Имя в городе», посвященный предстоящему 85-летию со времени образования Челябинской области.

Новости   
Спецпроекты