Горячая линия Минздрава для вернувшихся из-за границы: 8 (351) 240-15-16. 
Оперативная информация по коронавирусу в мире, стране и регионе.

Без буйства общества. Можно ли не допустить, чтобы общественные дискуссии сваливались в плоскость политического бунта

26 Марта 2018 Автор: Федор Кручинин Фото: Вячеслав Шишкоедов
Без буйства общества. Можно ли не допустить, чтобы общественные дискуссии сваливались в плоскость политического бунта

Я принадлежу к той части людей, которые считают, что гражданское общество в России уже сформировалось. Не только в столицах, но и на самых ее окраинах, таких как та же Челябинская область. И хотя мы до сих пор слышим с высоких трибун и маленьких кухонь разговоры о его незрелости, мне кажется, что у власти сейчас стоит на повестке дня совсем иной вопрос: как взаимодействовать с этим сформированным институтом.

Но сегодня я не хочу говорить о той части этого института, существование которой зафиксировано многочисленными документами. Общественные палаты, некоммерческие организации, фонды и движения — все это официально оформлено и, конечно, в отдельных случаях весьма эффективно. Но сейчас мне интереснее куда менее предсказуемый элемент гражданского общества, возникающий, как правило, спонтанно, иногда показывающий чудеса самоорганизации, умело использующий современные платформы для коммуникации… А потому для власти некомфортный.

На начальном этапе здесь нет явных лидеров, нет общего понимания, как и куда двигаться, есть лишь то, что заставило людей поймать эмоцию. Но со временем появляются и лидеры, и методы, и более конкретная цель. Причем к этому моменту цель может оказаться куда более радикальной, чем в начале пути. Возникнуть «вспышка» способна вокруг любой проблемы, при условии, что та не тефлоновая. Экология и долгострои, защита животных и уроки религии, произвол полиции и увольнение популярного директора школы… Обществу наступили на мозоль — общество среагировало.

Игнорировать подобное — путь не только бестолковый, но и опасный. А вот как правильно реагировать, вопрос сверхсложный и в каждом отдельном случае сугубо индивидуальный. Но, чтобы быть готовыми, есть смысл не ждать «вспышек» у себя во дворе, а подсмотреть, что происходит в соседском. Потому что, хоть дворы и разные, страна-то у нас одна. И если что-то «щелкнуло» у одних, с высокой долей вероятности может повториться и у других, вопрос лишь в нюансах. Так что не робеем, подглядываем за последними событиями и думаем, могут ли они иметь развитие на Южном Урале.

Башня раздора

Снос недостроенной телебашни в соседнем Екатеринбурге челябинцы могли и пропустить, если бы не социальные сети, в которых живо отразились не только взрыв и столб пыли, но и начало дрейфа градозащитной общественной движухи в политическую. Немного истории для тех, кто не в курсе, а в Челябинской области таких, думается, немало. Телебашню в тогда еще Свердловске начали строить в 1983 году. Должна она была возвыситься над городом на 361 метр. До 1990 года строение подняли на высоту 220 метров, но далее дело не пошло.

С тех пор башня для одних стала бельмом на глазу города, для других — символом. Бельмом — потому что ее вполне можно рассматривать как один из памятников то ли коррупции, то ли государственного бардака. Известно, что на ее стройку было выделено 11 миллионов советских рублей, освоено из них было лишь 2, остальные канули в небытие. За символ недостроенную башню почитало в первую очередь более позднее поколение екатеринбуржцев. Ее даже рассматривали как архитектурную доминанту города, на нее ориентировались, когда назначали встречи, ее любили различного рода экстремалы… Некоторые даже находили вид на башню в Екатеринбурге сходным с видом на знаменитую стелу в Вашингтоне.

За почти 30 лет телебашню никто так и не достроил, не нашли ей и другого функционала, поэтому для властей, которые отдали это место бизнесу, снос строения, скорее всего, был очевидным решением. Но, как оказалось, для части горожан это было не только неочевидным, но и неприемлемым. Не будем глубоко вдаваться в историю противостояния городских властей и городских жителей. Отметим, что в ней были и митинги, и письма президенту, и проникновение активистов на башню с водружением на высоте российского флага, и их 9-часовое протестное сидение там… Но все закончилось в эту субботу взрывом. Теперь осколки башни разбирают на сувениры.

Одновременно наметился и переход части рассерженных горожан в политическую плоскость. Благо есть и близкая цель. В Екатеринбурге как раз готовятся упразднить систему прямых выборов мэра. Среди защитников башни уже идут недвусмысленные разговоры о том, что раз башню защитить не смогли, так будем защищать элемент муниципальной демократии.

В чем соль этой ситуации для Челябинска, спросите вы. Дело в том, что параллели есть. Причем достаточно прямые. В этот же момент уже в нашей территории разворачивается общественная дискуссия вокруг старого здания аэропорта. Похожесть ситуации, как говорится, налицо. В Екатеринбурге снос башни во многом был определен необходимостью преображения города в рамках подготовки к «ЭКСПО». В Челябинске — реконструкция аэропорта запланирована в рамках подготовки к саммитам ШОС и БРИКС. В Екатеринбурге те, кто инициировал снос башни, кивали на то, что она построена по типовому проекту (подобные, к примеру, есть в Таллине и Вильнюсе), а стало быть, не имеет никакой архитектурной ценности. В Челябинске выступающие за то, что старому зданию аэропорта не место в новом комплексе, приводят довод, что строение типовое и потому архитектурно не ценное. В Екатеринбурге изначально проводился конкурс, в котором победил проект, где башня должна была быть достроена, но впоследствии власти проигнорировали результаты этого решения. В Челябинске в победившем на подобном же конкурсе проекте старое здание аэропорта сохранялось, но сейчас намечено строительство комплекса аэровокзала без исторического строения. И главное, как и в Екатеринбурге, в Челябинске уже появились люди, готовые защищать старое здание.

Остается вопрос, сумеют ли на Южном Урале найти баланс в этой общественной дискуссии и не допустить ее развития в политическую плоскость.

Мусорный ветер

Другое событие, взволновавшее те же соцсети на прошлой неделе, случилось намного дальше от Челябинска, в подмосковном Волоколамске. Там жители вышли на массовые и во многом спонтанные акции протеста из-за едкого многодневного запаха со стороны свалки. Опять же не будем вдаваться в историю развития волоколамской ситуации, отметим лишь, что она значительно накалена и местные власти там сейчас находятся в очень некомфортной среде.

В истории с Волоколамском у Челябинска также есть свои параллели.

Первая: в городе не менее остра проблема свалки. Она периодически вызывает у жителей города желание заткнуть нос. Решить проблему утилизации мусора в областном городе не могут уже давно. Сейчас вроде бы все сдвинулось с мертвой точки, поэтапно прописана программа действий, и забрезжил лучик надежды, что свалка внутри города станет лишь плохим сном челябинцев. Главное — успеть до того момента, когда у горожан лопнет терпение.

Но есть и вторая параллель. Во многом проблема свалки под Волоколамском обострилась из-за того, что туда начали свозить московский мусор и маленький город не выдержал такого «наплыва». На Южном Урале решение челябинской мусорной проблемы пока двинулось в сторону создания новых мусорных полигонов на новых территориях, а не мусоросжигательных заводов. Стало быть, рано или поздно мы столкнемся с ситуацией, когда жители околомусорных земель почувствуют себя, мягко сказать, некомфортно. Таким образом, сохраняется риск перерастания и этой проблемы в политическую плоскость по волоколамскому сценарию.

P.S. Чтобы не допустить появления на территории Челябинской области горячих точек, власти нужно думать немного наперед и не бояться подглядывать за опытом соседей. Понятно, что общественная дискуссия не всегда для чиновников и депутатов удобна, нередко кажется, что она тормозит процесс развития, оппоненты не компетентны и не обладают все полнотой информации. Но, поверьте, общественная дискуссия всегда куда более комфортна, чем общественный бунт.

15.01.2021 | 14:00
Собрали глав. Какие акценты в начале года расставил губернатор

На первом в этом году областном аппаратном совещании Алексей Текслер поставил ряд важных задач перед своими заместителями, региональными министрами, а также главами муниципалитетов.

25.12.2020 | 16:09
Лично в директ. О чем говорил на пресс-конференции Алексей Текслер

В четверг, 24 декабря, состоялась традиционная итоговая пресс-конференция губернатора Челябинской области. Событие как всегда содержало интригу: журналисты ждали от главы региона громких заявлений и ответов на острые вопросы. И Алексей Текслер не подвел.

30.04.2020 | 15:53
Какой опыт вынесла Челябинская область из месяца в режиме самоизоляции

В рамках проекта «Экспертный клуб — Челябинск» прошла заочная дискуссия о том, какие проблемы выявила нынешняя нестандартная ситуация, в которой оказалась страна в целом и наш регион в частности.

04.03.2020 | 12:29
Владимир Мякуш рассказал о «кухне», где готовились поправки к Конституции России

Почему поправки в Основной Закон страны можно назвать прививкой власти от рисков, почему потребуется править более 80 законов, чтобы новые положения Конституции превратились в рабочий инструмент… Об этом и многом другом в интервью с Владимиром Мякушем, председателем регионального парламента.

Новости   
Спецпроекты