Лаборатория спектаклей. В Челябинске завершился Международный фестиваль «CHELoВЕК театра»

6 Марта 2019 Автор: Светлана Симакова Фото: Вячеслав Шишкоедов
Лаборатория спектаклей. В Челябинске завершился Международный фестиваль «CHELoВЕК театра»


С 28 февраля по 6 марта зрители увидели 14 спектаклей театров Европы и Азии, приняли участие в их обсуждении, пообщались с известными актерами, театральными педагогами и критиками. И, вероятнее всего, лишились покоя.

Семь лет фестиваль проповедует идею, что театр стоит на трех китах: человек-актер, человек-зритель, человек-критик. В Челябинск приглашаются театры, где работа с актером является главной задачей, а в спектаклях идет речь о жизни и судьбе каждого из нас.

 — Сегодня нужно объединяться на вечных ценностях: милосердие, добро, братство, — считает художественный руководитель фестиваля Евгений Гельфонд. — Предельно важно, чтобы территория фестиваля была гуманистической и созидательной.

Тюрьма для героя

Открылся фестиваль нашумевшим спектаклем театра «Особняк» (Санкт-Петербург) «Машина едет к морю» в постановке известного челябинцам режиссера Алексея Янковского. И это был мощный старт.

Постановка получила множество театральных наград на различных фестивалях и вызвала непримиримые споры. Кто-то считает спектакль, как и саму пьесу Алекса фон Бьерклунда, трагифарсом, который помогает зрителю осмыслить свою жизнь. Кто-то утверждает, что ничего смешного в истории нет и это настоящая трагедия людей, попавших в плен жизненных обстоятельств.

Мавшина едет к морю_DSC7701 (8).JPG

Первое, что приходит в голову, когда на сцене появляются слепой дед (актер Дмитрий Поднозов) и его странный внук Виктор (актриса Алиса Олейник), что автор текста и режиссер распахнули нам невидимый мир. Мало кто близко сталкивался с жизнью инвалидов. В СССР их прятали от общества, они были обречены на «тюремное» заключение в своих квартирах, где их окружали нищета и безысходность.

Такие ассоциации рождаются в начале спектакля. Но вскоре на сцену выходит дворник Борис (актер Анатолий Хропов). Здоровый детина, по всей видимости, с добрым сердцем, ведь он единственный стал кормильцем деда и внука. Но слепой старик говорит о Борисе, что тот заточил себя в тюрьму четырех стен, ничем не интересуется, ни о чем не мечтает. Что это: депрессия, лень?

Мавшина едет к морю_DSC7701 (6).JPG

Ответы на эти вопросы подсказывает драматург: когда дед, не докричавшись до внука-аутиста, включает телевизор, мы слышим, как диктор объявляет фильм Джима Джармуша «Чужероднее рая», герои которого путешествуют по Америке в поисках рая, счастья, адреналина. Но до Майами, о котором грезили, добираются только зимой и рая, к которому так стремились, не находят.

Приходится делать выводы: не только жизненные обстоятельства диктуют правила поведения, мы сами часто становимся причиной собственной тоски и неустроенности. Стало быть, разруха — в наших головах. Тема болезненная, острая, спорить об этом будут всегда.

Мавшина едет к морю_DSC7701 (13).JPG

Спектакль решен режиссером и актерами так, что равнодушным останется разве что камень. В откликах петербургские зрители признавались, что не выдержали эмоционального накала и сбежали из зала. Сам Алекс фон Бьёрклунд о постановке пьесы Алексеем Янковским говорит так: «Янковский пытается постичь пьесу, раскрыть ее, найти к ней дорогу. За это я ему очень и очень благодарен. Некоторые вещи он для меня открыл — то, о чем я и не подозревал».

О чем плачут матери

Открытием фестиваля можно назвать спектакль «Материнское поле» Государственного театра кукол Алма-Аты. Перед входом в зал зрителям раздавали наушники, потому что спектакль шел на казахском языке. Однако многие от синхронного перевода отказались. Во-первых, режиссер Дина Джумабаева поставила спектакль по известной многим повести Чингиза Айтматова. Во-вторых, опытный зритель предпочитает прочувствовать историю через театральный язык эмоций. А их было через край.

Материнское-поле_Шишкоедов_DSC8134.jpg

Все произведения Айтматова невероятно поэтичны и пронизаны человеческими эмоциями. «Материнское поле» — повесть о матерях, сыновья которых не вернулись с фронтов Второй мировой войны. Это общая боль матерей всех бывших советских республик, поэтому плакали не только актеры-рассказчики, но и почти все зрители.

Запах свежего сена, невероятно красивые казахские песни, ритмический рисунок спектакля — все заставляло забыть, что мы сидим в зрительном зале. Потом многие говорили, что на мгновение вернулись в прошлое, такое до боли родное.

Материнское-поле_Шишкоедов_DSC8153.jpg

Завораживала не только органика существования актеров на сцене, но и их взаимодействие с куклами-марионетками. Как точен язык жеста, как ритм, выбиваемый кирзовыми сапогами и деревянными ложками, переносит зрителей то на поле брани, то на железнодорожную станцию с военными эшелонами. Звуковая палитра спектакля так богата и оригинальна, что помниться будет очень долго. Такие постановки всегда драгоценные подарки.

Материнское-поле_Шишкоедов_DSC8195.jpg

Ставка на актера

Другой спектакль на иностранном языке (фарси) — постановка «Брайль» иранского режиссера Мехди Шейхванда, история о жестокости по отношению к женщине, о преступном насилии. В Иране, по словам режиссера, она была хорошо принята зрителями и критиками.

Однако челябинские критики отметили прежде всего дефицит театральных эмоций и чувственных переживаний. Не хватило их и зрителям: актерам не удалось втянуть зал в происходящее, хотя поднятая проблема остра не только в исламских, но и европейских государствах.

спектакль-Брайль_Олег-Крагаполов_53008424.jpg
Фото Олега Каргополова

  — Все от ума, — считает театровед Майя Давыдова. — В театральном тексте, предложенном иранской труппой, главная мысль одна: насилие — это нехорошо. Но ведь этого знания, увы, недостаточно для трагедии. Недостаточно и действительно страшного жизненного факта. Потому что театр требует не фактов, а их точного чувственного переживания, эмоционального и интеллектуального посыла.

По мнению режиссера Владимира Кулагина (Нижний Новгород), текст только тогда вызывает эмоции, когда актер пропускает его через себя: «Я старомодный режиссер. Меня привлекает театр переживания, когда зритель становится соучастником происходящего».

спектакль-Брайль_Олег-Крагаполов_53274648.jpg
Фото Олега Каргополова

Об этом же говорил на встрече со зрителями ректор Российского института театрального искусства, известный театральный критик Григорий Заславский.

— Сегодня много говорят, что будущее театра связано с новыми технологиями. Но ведь кинематограф появился в конце XIX века, в XX — телевидение, однако театр в это же время развивался не в сторону использования перечисленных новшеств. Напротив, все более отдавался тому, чтобы понять возможности человеческой психики и физиологии, возможностей на сцене. Театр будущего — это театр новых смыслов и открытий, связанных с человеком, с актером, — отмечает он.

спектакль-Брайль_Олег-Крагаполов_53343479.jpg
Фото Олега Каргополова

Именно такие театры приглашаются на челябинский фестиваль седьмой год подряд и вызывают неизменный зрительский отклик.

19.03.2019 | 12:49
Кукольники в «черном кабинете». Что скрывается за сценой челябинских театров

Театр — это не только спектакли. У него есть невидимая зрителю сторона: репетиции, процесс рождения новых постановок, поездки на гастроли и многое другое. Об этом мы хотим рассказать в нашем новом проекте «За сценой».

18.03.2019 | 16:27
Челябинцы в конце марта увидят «Крик тишины»

Во вторник, 19 марта, в Челябинске стартует юбилейный десятый кинофестиваль «Золотые аплодисменты».

19.03.2019 | 12:49
Кукольники в «черном кабинете». Что скрывается за сценой челябинских театров

Театр — это не только спектакли. У него есть невидимая зрителю сторона: репетиции, процесс рождения новых постановок, поездки на гастроли и многое другое. Об этом мы хотим рассказать в нашем новом проекте «За сценой».

13.03.2019 | 18:33
Под звездой Баха. В Челябинске пройдет фестиваль в честь великого композитора

19 марта в челябинском органном зале «Родина» откроется VI Международный фестиваль «Дни Баха на Южном Урале». В афише пять концертов с участием замечательных музыкантов России и зарубежья.

Новости   
Спецпроекты